Логотип


Холодное оружие работы И.П. Бояршинова

Продолжателем традиции украшения холодного оружия, введенной на Златоустовском заводе И.Н. Бушуевым, стал талантливый мастер Иван Петрович Бояршинов (1804-1848). Как и И. Бушуев, И. Бояршинов в 1817 году поступил в ученики к Шафам, а уже через год начал делать оружие самостоятельно, хотя на его работы, как и на работы других учеников этих немецких мастеров, по-прежнему ставили свою подпись Шафы. В 1826 году, после ухода с завода Шафов, И. П. Бояршинов назначается вторым мастером отделения украшенного оружия (старшим мастером был назначен И. Бушуев), а в 1834 году он становится ведущим художником фабрики. Работая вместе с Бушуевым, Бояршинов развивал и совершенствовал основанные Бушуевым принципы декора холодного оружия, ставшие характерными для продукции Златоустовского завода.

Сабли офицерские. И.П. Бояршинов. 1832 и 1830 ггСабли офицерские. И.П. Бояршинов. 1832 и 1830 гг.

Сохранилось 11 подписных работ И. П. Бояршинова, которые хранятся в Историческом музее в Златоусте. Среди них – детская фехтовальная рапира, выполненная в 1827 году, с гранями, украшенными каллиграфическими надписями, и с античным декором; детский фехтовальный эспадрон работы 1828 года с профилями греческих воинов на голоменях; пехотная шпага, созданная в 1829 году, украшенная арматурами. Изредка Бояршинов заимствовал у Бушуева излюбленные мотивы этого мастера, как, например, на офицерской сабле работы 1832 года, овал крестовины которой украшен крылатым конем. Но в отличие от своего учителя, который предпочитал изображать батальные сцены, Бояршинов украшал свое оружие, главным образом охотничьи ножи и кинжалы, изображениями сцен охоты в Уральских горах.

Кроме работ по украшению холодного оружия, И. П. Бояршинов сделал уникальные рисунки для «Атласа Златоустовской оружейной фабрики», на которых был изображен процесс производства холодного оружия на заводе и которые, таким образом, служили учебным пособием для начинающих мастеров. Подобное изображение мастеров фабрики в процессе работы есть и на клинке сабли, выполненной мастером в 1834 году. В отличие от И. Н. Бушуева, который украсил свою саблю 1824 года аналогичным сюжетом, Бояршинов изобразил за работой настоящих мастеров, а не путти. В «Атласе» также присутствуют акварели, воспроизводящие виды на оружейную фабрику и селения иностранных мастеров, процесс жжения угля и добычи руды. Акварельные листы подписаны: «Рисован с натуры Василием и Иваном Бояршиновым 1827 года».

Сабли офицерские. И.П. Бояршинов. 1835 и 1836 ггСабли офицерские. И.П. Бояршинов. 1835 и 1836 гг.

Формировавшийся как мастер в период господства в России классицизма и ампира, Бояршинов строил свои композиции на клинках в соответствии с законами этих стилей, с присущими им строгостью и симметрией, а также с использованием характерных них античных орнаментальных мотивов и военных атрибутов. В то же время Бояршинов одним из первых на Златоустовской оружейной фабрике увлекся восточными мотивами в украшении клинков. На сабле, которую он выполнил в 1830 году, мастер изобразил вооруженных турецких воинов в обрамлении восточных орнаментальных мотивов. При этом, украшая сабли с сильно изогнутым восточным клинком, Бояршинов строил декор со всей классицистической строгостью, нередко с использованием античных мотивов, например изображений Афины и Ареса, греческих богов войны.

Со временем в декоре холодного оружия работы Бояршинова начинает преобладать орнамент, который ранее играл лишь роль обрамления сюжетных сцен.

Сабли с преобладанием орнаментальных мотивов в декоре мастер выполнял, в частности, в 1828 (детская офицерская сабля) и 1832 (восточные сабли) годах, но вершиной развития орнаментального декора стала укаршенная Бояршиновым в 1836 году восточная сабля с высоким рельефным золоченым узором, плоскости клинка которой сплошь заполнены пышным переплетением завитков аканта, вееров, полумесяцев, геометрических фигур и проч. В таких композициях мастер отходил от классицистической строгости построения. В 1830-е годы орнаментальные изображения на клинках Златоустовской фабрики фабрики благодаря И. П. Бояршинову начинают вытеснять сюжетные изображения и приобретают главенствующую роль.