Логотип

 

Князь Багратион в изобразительном искусстве

При жизни популярность «льва русской армии» была столь высока, что гравированные портреты бесстрашного генерала выходили тысячными тиражами в России и за границей. Их можно было увидеть не только в кабинетах дворянских особняков, но и в самых отдаленных уголках империи, где они, подобно иконам, украшали стены бревенчатых изб.

Неизвестный художник. П.И. Багратион. 1816. Акварель. Местонахождение неизвестно

Личность доблестного российского главнокомандующего, князя Петра Ивановича Багратиона (1765–1812), всегда приковывала к себе внимание историков и военных специалистов. Прославленный генерал воспет поэтами и писателями, его образ запечатлели многие именитые художники: В. Тропинин, С. Тончи, Дж. Доу, И.И. Марков,Л. Сент­Обен, Д. Дайтон, М. Мерабишвили, З. Церетели, А.И. Вепхвадзе, С. Федоров, Ю. Иванов, З. Азгур, П. Бондаренко. При жизни популярность «льва русской армии» была столь высока, что гравировальные портреты генерала выходили тысячными тиражами в России и за границей. Их можно было увидеть не только в кабинетах дворянских особняков, но и в самых отдаленных уголках империи, где они, подобно иконам, украшали стены бревенчатых изб.

Бог рати он

В сражениях князь Петр Иванович Багратион постиг «самую великую правду о человеке — торжество духа, попирающего смерть». По мнению многих современников, он был лучшим генералом русской армии. Наполеон, верно оценивавший способности людей, говорил: «Генералов хороших у России нет, кроме одного Багратиона».

Петр Иванович Багратион происходил из царской династии, правившей Грузией почти десять веков. Род Багратиона ведет свое начало от Адарнасе Багратида. После вхождения Грузии в состав Российской империи (1801), грузинский царский дом разделился на четыре ветви. При утверждении императором Александром I«Общего российского гербовника» (1803) ветвь князей Багратионов внесена в число родов российских княжеств. Военную службу Петр Багратион начал сержантом в Кавказском мушкетерском полку. В 1783 году он был тяжело ранен в бою, оставлен на поле сражения как убитый, но подобран чеченцами. Из признательности к его отцу, в свое время оказавшему им какую–то услугу, чеченцы не только спасли молодого Багратиона, но и доставили в русский лагерь без выкупа.

Несмотря на громкое имя и княжеский титул, он был небогат, протекции не имел и к 30–ти годам, когда другие князья становились генералами, дослужился едва до майора. И это несмотря на то, что в 1788 году при штурме Очакова был замечен светлейшим князем Потемкиным и по его ходатайству «произведен из подпоручиков в капитаны, минуя чин поручика». Багратион сражался на Кавказе, в Польше, на равнинах Италии, в заснеженных Швейцарских Альпах, в Австрии, Пруссии и на Дунае. За мужественный и честный характер он заслужил уважение фельдмаршала Суворова, ласково по–отечески называвшего его «мой князь Петр». Суворов подарил ему шпагу, с которой Багратион не расставался до конца своих дней.

С началом военных действий Австрии и России против Франции в 1805 году ему был вверен авангард армии Кутузова. За Аустерлиц Петр Иванович был пожалован орденом Св. Георгия 2–й степени. В 1809 году Багратион был произведен в генералы от инфантерии и, предвидя возможность вторжения Наполеона в пределы России, выдвинул план, предусматривавший заблаговременную подготовку к войне. Он был одним из инициаторов партизанского движения. Войну 1812 года князь Багратион встретил на посту главнокомандующего 2–й Западной армии, прикрывавшей московское направление, где оказались сосредоточенны главные силы Наполеона. Французский император поставил перед своими маршалами задачу не допустить соединения русских войск. Однако Багратион сумел вывести свою армию к Смоленску на соединение с 1–й Западной армией Барклая де Толли.

В романе «Война и мир» Лев Толстой пишет: «…героем из героев был князь Багратион, прославившийся своим Шенграбенским делом и отступлением от Аустерлица... Тому, что Багратион выбран был героем в Москве, содействовало и то, что он не имел связей в Москве, и был чужой. В лице его отдавалась должная честь боевому, простому, без связей и интриги, русскому солдату, еще связанному воспоминаниями Итальянского похода с именем Суворова».

Солдаты любили князя, называли отцом и так объясняли непонятную фамилию: « Бог–рать–он» — он и бог, он и рать. «Я всегда с вами, а вы —со мной!» — обращался полководец к войскам перед битвой.

Бородинское сражение стало для Багратиона роковым. Осколок ядра раздробил генералу берцовую кость левой ноги. Снятый с коня Багратион еще продолжал руководить своими войсками, но, потеряв сознание, был вынесен с поля сражения. На следующий день, в донесении царю Александру I: «Я довольно не легко ранен в левую ногу пулею с раздроблением кости, но нималейше не сожалею о сем, быв всегда готов пожертвовать и последнюю каплею моей крови на защиту отечества и августейшего престола».

Существует предание, что «…после Бородинского сражения раненого Багратиона везли на грубой солдатской повозке по Москве, его увидел на улице богатый человек. Истекающему кровью герою он предоставил свой персональный экипаж с мягким ходом. В нем Петр Иванович был доставлен в имение к другу и родственнику князю Б.А. Голицыну в село Симы, в тридцати километрах от Юрьева­Польского. Прискакавший сюда гонец сообщил, что Москва сдана французам. Полководец не смог этого пережить. Он сорвал с ран повязки и умер». Петр Иванович Багратион скончался от гангрены, спустя 17 дней после ранения. В 1839 году по инициативе поэта–партизана Д.В. Давыдова, который пять лет был адъютантом князя, его прах из деревни Симы перенесен на Бородинское поле.

Графические портреты

Из наиболее известных портретов Багратиона выделяется камерный рисунок французского художника Луи Сент­Обена и рисунок русского генерала И.И. Маркова. Луи Сент­Обен принадлежал к талантливой семье знаменитых граверов ХVIII столетия и приходился племянником Огюсту де Сент­Обену, сделавшему прекрасные портреты Петра I, Екатерины II и многих других исторических личностей. Рано скончавшийся Луи Сент­Обен известен серией выполненных с натуры гравированных портретов исторических деятелей первой четверти ХIХ века, в том числе героев Отечественной войны 1812 года. Среди них наиболее интересны портреты Кутузова, Багратиона, Сеславина.

Портреты генералов были заказаны Сент­Обену для перевода в гравюру. Портрет Багратиона он создал по оригиналу итальянского художника С. Тончи. Изысканная серебристая линия карандаша художника передает мягкие переходы света и тени, ложится сплошной штриховкой на одежду и аксессуары, отчетливо объемно моделирует черты лица персонажа. В своих рисунках Луи Сент­Обен умел показать не только внешнее сходство, но и уловить самое характерное в натуре модели. В глубоком и умном взгляде Багратиона отразилась его романтическая натура.

Очень нравился самому Багратиону карандашный портрет, сделанный генералом И.И. Марковым (1811). В дружеском наброске резко очерчен орлиный профиль полководца, есть что­то от шаржа, но, вместе с тем, и интимная камерность.

В. Тропинин. Портрет П.И. Багратиона. 1816. Холст, масло. 93,5 х 72,5. ГИМ

Живописные портреты

В Англии в ХVIII–ХIХ веках вошла в практику историческая портретная галерея. Джордж Доу, создававший портреты для Зала Ватерлоо вВиндзорском замке, обратил на себя внимание русского императора Александра I, предложившего английскому художнику создать Галерею памяти героев 1812 года.

Изображение Багратиона было выполнено Доу с неизвестного прижизненного портрета. Очевидно, он обращался к портрету Н. Тончи, гравированному в 1805 году И. Саундерсом. На портрете Военной галереи Багратион изображен одетым в общегенеральский мундир с золотым шитьем в виде дубовых листьев на воротнике, с голубой Андреевской лентой, с тремя звездами орденов Андрея Первозванного, Св. Георгия 2–го класса и Св. Владимира 1–й степени и многими крестами. В дни решающих сражений, к которым по традиции того времени всегда готовились как к смотру, люди переодевались в чистое белье, надевали парадные мундиры, ордена, белые перчатки, султаны на кивера и т. д. Именно таким Багратиона увидели в последнем сражении его доблестной жизни.

В Росси Доу имел бесчисленные заказы, поэтому многое он поручал помощникам. По мнению исследователей, посмертные изображения высшего генералитета, включая портрет Багратиона, Доу исполнил сам или в значительной степени «прошел» своей кистью.

В отличие от русских художников, для Доу Отечественная война была суммой сражений, успешно одержанных русскими военачальниками. Совсем другие чувства угадываются в патриотической теме «1812 год», прошедшей сквозь все творчество В.А. Тропинина. Глубоко взволнованный событиями войны с Наполеоном, художник создавал портреты русских воинов на протяжении всей жизни. Среди портретов­памятников погибшим героям есть посмертное изображение легендарного П.И. Багратиона (1816).

Неординарность натуры прочитывается в волевом лице полководца с умными, едва заметно улыбающимися глазами (по словам Дениса Давыдова, в минуты опасности «князь шутил более обыкновенного»), всей его мужественной стати. Багратион указывает на поле боя, и этим написанный Тропининым портрет удивительным образом перекликается с парадным портретом фельдмаршала Кутузова, созданным Доу для Военной галереи. И все же портрет Тропинина лишен официальной парадности, более лиричен.

Парк Победы

Тема истории России стала центральной в творчестве президента Российской академии художеств Зураба Церетели. Особенно ярко она раскрылась в монументальных произведениях художника, в том числе в эмальерных композициях на станции метро «Парк Победы». Метро расположено в непосредственной близости от Мемориального комплекса на Поклонной горе, художественное решение которой было выполнено под руководством Зураба Церетели.

Общепризнанно, что наше метро — самое красивое в мире. Многие его станции, уникальны по архитектурному и художественному образу. Московское метро «Парк Победы» (2003) стало продолжением прекрасной традиции — создания уникального памятника, отражающего доблестные страницы истории отечества. Поархитектурному решению оно задумано как две параллельные платформы, посвященные победе русского народа в войнах 1812 и 1941–1945 годов. Выбор стиля определен тем, что 1812 год — расцвет московского классицизма, а 1945 год — расцвет сталинского ампира. Панно, посвященное войне 1812 года, повествует о героях эпохи, где среди блистательной плеяды исторических персонажей, созданных Церетели, выделяется князь Багратион. Он, как и генералы русской армии, изображен рядом с Кутузовым в полный рост, — все они запечатлены на фоне полковых знамен, что подчеркивает торжественность момента. У ног героев знамена побежденной французской армии. Для раскрытия величественных образов художник использовал принцип европейского парадного портрета. Золотой фон здесь прочитывается как символ божественной благодати.

Зураб Церетели об этой работе: «Когда я получил этот заказ, я начал изучать архивные материалы. Я старался не стилизовать, не утрировать образы Кутузова, Багратиона, Барклая де Толли, а передавать их этнографически точно. Этот же принцип я использовал в своей работе над композициями для интерьера Министерства обороны России: «Куликовская битва», «1812 год», «Победа. 1945 год», которые я выполнил в технике перегородчатой эмали и литой бронзы».

Особенность этих произведений, как и всех монументальных эмальерных композиций Зураба Церетели, заключается еще и в том, что художник не только досконально изучил и освоил это древнейшее искусство, но и, учитывая новые технологии, впервые стал создавать грандиозные эмальерные панно. Подобный органичный синтез искусств придает экстерьерам и интерьерам зданий черты художественной уникальности и самобытности.

Неизвестный художник. Петр Иванович Багратион. 1840-е. Холст, масло. 68,0 х 55,0. Собрание Музея¬панорамы «Бородинская битва». Москва

Величественный памятник герою

Грузия и Россия отдали дань величию князя Петра Ивановича Багратиона, установив конные памятники в своих столицах. Оба памятника создал выдающийся скульптор, академик Российской академии художеств Мераб Мерабишвили.

В Тбилиси бронзовая статуя Петра Багратиона вознеслась над Курой в дни празднования 200–летия Георгиевского договора между Россией и Грузией. Мераб Мерабишвили в течение нескольких лет работал над созданием памятника, изучал архивы, биографию полководца, знакомился с мемуарами. Предварительно скульптор создал сотни эскизов. В результате ему блестяще удалось передать всадника и коня как единое целое, как образ Победы. Не случайно в мужественной стати Багратиона есть что­то от Георгия Победоносца. Доктор искусствоведения Лео Рчеулишвили написал к открытию памятника: «Багратион словно летит к победе… удивительное ощущение сиюминутности события, мощной энергии героя, жизнь которого подобна прекрасной легенде о подвиге, о самоотверженном служении Родине».

Спустя четырнадцать лет в Москве на Кутузовском проспекте4 сентября 1999 года в рамках празднования Дня города был открыт еще один памятник П.И. Багратиону работы Мераба Мерабишвили (архитектор Борис Тхор), ставший репликой тбилисского монумента. Этот район Москвы формировался как историко–героический. Здесь, на Можайском направлении, расположены основные исторические реликвии, связанные с событиями Отечественной войны 1812 года: Бородинская панорама, Триумфальная арка, Поклонная гора, возведен мост «Багратион».

В московском памятнике Мераб Мерабишвили развил тему скульптурной композиции конной статуи с подчеркнуто героическим пафосом. Здесь князь Багратион предстает в вихре сражения.

Закончить хотелось бы словами: Петр Багратион был легендарным героем Отечественной войны 1812 года, «Ахиллом Наполеоновых войн», чья кровь была пролита на Бородинском поле за Россию. 

В начало раздела "Живопись и графика">>>