Логотип

 

Живописный Восток

Неожиданное возвращение украденной из Эрмитажа в 2001 году картины французского художника-ориенталиста Жана-Леона Жерома (1824–1904) «Бассейн в гареме» (1876) стало важным событием как для искусствоведов, так и для любителей творчества художника.

Как факт возврата полотна, так и тематика и сюжет самой работы способствовали возникновению в настоящее время особого интереса к ориентализму как направлению в искусстве и, в частности, к творчеству Жана-Леона Жерома.

Бассейн в гареме, 1876. Холст, масло. 73,5 x 62,0. Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Термин «ориентализм» в первую очередь ассоциируется с работами французских художников-романтиков XIX века. Впервые он был употреблен в 30-х годах XIX века, а его последующее распространение связано с деятельностью художественных критиков. Научная интерпретация феномена ориентализма была дана Эдвардом Саидом в его книге «Ориентализм», вышедшей впервые в 1978 году и выдержавшей двенадцать переизданий. Вкратце суммировать суть его исследования можно одной фразой из книги: «Восток (ориентализм) — это почти всецело европейское изобретение, со времен античности он был вместилищем романтики, экзотических существ, мучительных и чарующих воспоминаний и ландшафтов, поразительных переживаний». Ориентализм как широкое историко-культурное явление объединяет на протяжении нескольких веков самые различные сферы духовной жизни — литературу, изобразительное искусство, архитектуру, музыку и философию. В отличие от других направлений в искусстве, ориентализм связан не только с европейской историей; при рассмотрении этого явления нельзя не учитывать такие факторы, как международная политика, история «иного» народа, незнакомая европейцу религия, и просто другие, непонятные люди со своими традициями и жизненными понятиями и ценностями. Причину постоянного интереса европейцев к Востоку Эдвард Саид охарактеризовал следующим образом: «Восток — это (...) один из наиболее глубоких и неотступных образов Другого». Образный перевод термина «ориентализм» в искусстве можно определить как «видение» Востока, положительное или отрицательное, основанное на воображении или исторических фактах, сформировавшее в нашем сознании экзотический образ.

История появления тех или иных жанров в ориентализме (бытовой; исторический; жанр портрета; ориенталистский пейзаж, в разных его модификациях, в том числе архитектурный и морской; работы на библейские сюжеты; картины, в которых подчеркнуто экзотическое начало) напрямую зависит от появления сюжетов, интересовавших художников в разное время. Работы XV, XVI и XVII веков — это картины с «восточными» мотивами, работы на библейские сюжеты, а также работы портретного и исторического жанра. Ориенталистские элементы в картинах появлялись в результате знакомства с восточными торговцами, богатством товаров иноземных купцов, описаниями экзотических далеких земель.

Другая область применения ориенталистских мотивов в искусстве Ренессанса — их использование в религиозных сюжетах. Таковы циклы Витторе Карпаччо (1450–1525), Джованни ди Никколо дель Мансуэти (1485–1527), Витторе Беллениано (1456–1529) и других. С конца XV века у художников появился новый источник вдохновения — работы Констанцо де Мойсиса (XV век) и Джентиле Беллини (1429–1507), художников-первооткрывателей мира Османского султаната, совершивших поездку в Стамбул в 1478 и 1479 годах соответственно, по приглашению султана Мехмета II Фатиха.

История появления многочисленных работ портретного жанра в ориентализме также связана с именем Джентиле Беллини, выполнившего в Стамбуле шесть портретов султана Мехмета II (до нашего времени сохранился только один портрет, находящийся в Национальной портретной галерее в Лондоне), и с именем итальянца Паоло Джовио (1483–1552). Врач по профессии, он жил и работал в Риме и в первую очередь был известен как историк и коллекционер, владелец огромного собрания более четырехсот портретов исторических персонажей, которое было выставлено на его вилле на озере Комо. Основу коллекции османских портретов составили копии, заказанные Джовио с комплекта одиннадцати миниатюр портретов османских султанов, выполненных турецким художником Нигари (Реис Хайдар), и подаренных адмиралом Барбароссой графу Орсини в 1543 году.

По мнению Эдварда Саида, «XVIII век подготовил дорогу современному ориентализму». Связано это в равной мере как с искусством, так и с литературой и музыкой. В 1704 году во Франции вышел в свет первый том первого перевода «Тысячи и одной ночи», выполненного французским исследователем и лингвистом Антуаном Галланом (1704–1717).

В 1721 Шарль Монтескье (1689–1755) опубликовал «Персидские письма», в основе сюжета которых — переписка между персиянами, охватывающая вопросы политики, истории, религии и повседневной жизни. Популярнейшее издание писем жены британского посла в Стамбуле леди Мэри Уортли Монтагю (1689–1762) вышло в 1763 году, после ее смерти. В 1782 году Моцарт (1756–1791) впервые представил оперу «Похищение из сераля».

Интерес ко всему восточному повлиял также и на моду. В Европе стали очень популярны маскарады на восточные темы. Уникальным политическим событием стал визит в Париж в марте 1721 года первого османского посла Ахмеда III — Мехмеда Саида Эффенди. Этот образованный дипломат написал отчет о своей поездке и по возвращении опубликовал его в первой открывшейся в Турции типографии под заглавием «Отношения». В XVIII веке в Стамбуле в разное время работали такие художники как Жан-Батист Ванмур (1671–1737), Жан Этьен Лиотар (1702–1789], Антуан де Фавре (1747–1821), Жан-Франсуа Дюшато (XVIII век), Антуан Меллинг (1763–1831), Фрэнсис Смит (XVIII век), Фердинандо Тониоли (XIII век) и другие. Большое влияние на европейское искусство оказала публикация ста одной работы франко-фламандского художника Жана-Батиста Ванмура в виде серии гравюр «Сто гравюр с изображениями различных жителей Леванта, выполненные по картинамнаписанным с натуры в период с 1707 по 1708 год по заказу маркиза де Ферриоля ...». Сюжеты из жизни турецкого общества и османского двора распространились по всей Европе, сформировав на довольно длительное время образ Востока и восточных людей среди европейской публики. К гравюрным образцам Ванмура в XVIIIвеке обращались Франсуа Буше (1703–1770), Жан Антуан Ватто (1684–1721), Жозеф-Мари Вьен (1716–1809), Уильям Хогарт (1697–1764), братья Джованни Антонио Гварди (1699–1760) и Франческо Гварди (1712–1793), Карл Ван Лоо (1705–1759), Жан-Оноре Фрагонар (1732–1806). Ориенталистскими мотивами увлекался и Жан-Огюст Доминик Энгр (1780–1867), в работах которого гравюры Ванмура также нашли свое отражение.

В XIX веке путешествия на Восток среди художников приобрели массовый характер. Причин для этого было много, но основной являлась экспансия европейских стран и захват колониальных территорий. Можно заметить, что географической распределение и их интерес к той или иной стране в некоторой степени определяла политика государства. Английские художники чаще всего путешествовали в Индию, Египет, на Святую Землю. Французские художники — в Марокко и Алжир. Американские и немецкие художники — в Египет и Палестину.

Ориентализм XIX века начинается с творчества Эжена Делакруа (1798–1863). Его картина «Алжирские женщины» (Лувр, Париж), впервые выставленная в салоне 1834 года, — не просто шедевр ориентализма, открывающими европейскому зрителю загадочный Восток с его яркими красками, экзотическими благовониями и размеренным темпом жизни. Эта картина — наиболее точное воплощение реального Востока.

Голуби. Холст, масло. 60,3 x 81,6. Эстимейт £500 000–700 000. Лот продан за £736 000. Аукцион Christie’s 14 июня 2006 года «Искусство художников ориенталистов», лот №27. © Christie’s Images, Ltd

 

Среди других замечательных художников-ориенталистов следует назвать Теодора Шассерио (1819–1856), Проспера Марилья (1811–1847), Александра Декана (1803–1860), Эжена Фромантена (1820–1876), не только художника, но путешественника и писателя, и многих других. Конечно же, очень важным в развитие ориентализма XIX века был вклад русских художников — Константина Маковского, Василия Поленова, Ивана Айвазовского.

Наиболее интересным для нас является творчество Василия Верещагина (1842–1904). Непосредственный участник туркестанских боев, он видел иной Восток, чем Делакруа, Фромантен или Шассерио, Восток, полный насилия и жестокости, но существующий и живущий на фоне красоты и благородства средневековых архитектурных сооружений времен Тамерлана.

Наряду с такими мастерами, во второй половине XIX века появились новые художники, которые сконцентрировали свое внимание на деталях и фотографической точности изображения. Самый известный среди них — Жан-Леон Жером. В опубликованной в 1868 году в Gazette des Beaux-Arts статье критик Эмиль Галишон охарактеризовал его как художника-этнографа и назвал его работы «подарками наблюдения». Стремление Жерома к ясности и четкости форм сделало нормой документальный реализм для ориенталистских картин второй половины XIX века. Именно Жером в наибольшей степени несет ответственность за распространение ориенталистских сюжетов среди широкой публики.

В свое время он был одним из самых известных европейских художников. Василий Верещагин, ученик Жерома в Парижской Академии художеств с 1864 по 1866 год, в своем письме к критику В.В. Стасову писал, что он «... если не первый, то, без сомнения, один из величайших современных художников ...» Уже ранняя работа молодого Жерома «Бой петухов» (Музей д’Орсэ, Париж), выставленная на Парижском салоне 1847 года, пользовалась успехом среди посетителей и благосклонностью критиков.

В 1856 году художник совершил свою первую, но далеко не последнюю, поездку в Египет. Там он провел восемь месяцев, путешествуя по Нилу и изучая местные нравы и обычаи. За поездкой в Египет последовали Турция, Палестина, Греция, Алжир. Уже к середине 1860-х годов Жером — преуспевающий художник. Он не только получает многочисленные заказы, его работы также активно распространяются в виде гравюр и литографий. Этим занимался с поистине коммерческим размахом его тесть Адольф Гупиль, владелец картинной галереи и магазина.

В 1864 году французское правительство предложило Жерому должность профессора в Парижской Академии художеств, которой художник посвятил сорок лет жизни. Пользуясь заслуженной славой талантливого преподавателя, он воспитал таких художников как Осман Хамди Бей (1842–1910), Фредерик Артур Бриджман (1847–1928), Эжен Жирарде (1853–1907), Василий Верещагин, Эдвин Лорд Уикс (1849–1903) и многих других.

К сожалению, закат славы и популярности Жерома начался еще при его жизни. Как непримиримый оппонент импрессионизма, он подвергался постоянной критике за свои «устаревшие взгляды». После смерти Жерома в 1904 году Везул, родной город художника, отказался от его дара — большой коллекции картин — по причине отсутствия места в местном музее. К сожалению, Жером оказался забыт в своей собственной стране, и лишь в 1981 году во Франции была организована первая ретроспективная выставка его работ.

Согласно исследованию Джеральда Аккермана, из шестисот известных картин художника двести пятьдесят пять были посвящены теме ориентализма. Одна из самых известных ориенталистских работ Жерома — «Заклинатель змей» (1880, Художественный институт Кларка, Уильямстаун, Массачусетс, США). Интересно, что именно она публикуется на обложке издания Саида «Ориентализм». На картине обнаженный мальчик со змеей развлекает представлением группу мужчин. На протяжении длительного времени эта картина подвергалась жестокой критике, обвинявшей Жерома в пропаганде насилия, или даже педофилии. Годами критики обсуждали обнаженные ягодицы мальчика, к сожалению, не замечая талант художника в изображении настенных керамических панно в стиле изник, расписанных синей краской по белому фону — произведения искусства шестисотлетней давности с изумительной арабской каллиграфией. Художник детально изобразил все трещинки, сколы, и даже замененные плитки с вниманием настоящего ценителя старины и уважением к наследию прошлого.

Сюжеты ориенталистских работ Жерома определялись его особенным интересом к бытовым повседневным сценам — «Голубая мечеть», «Голуби», «Покидая мечеть», «Портные, шьющие флаги», «Молитва». Известный особенной точностью исполнения и вниманием к деталям, художник полагался не только на свою память, но и на большое количество рисунков, сделанных во время путешествий, а также на использование фотографического аппарата. Подобная «аккуратность» очень важна для «этнографически-ориенталистских» картин, так как часто невнимательность к деталям и незнание европейскими художниками местных традиций и обычаев приводило к появлению картин, несущих оскорбительный смысл для восточного зрителя. Интересно, что Жером очень тщательно копировал даже арабские каллиграфические тексты, встречающиеся на декоративных керамических плитках в интерьерах мечетей, как, например, на картине «Голубая мечеть». Следует заметить, что это не известная мечеть Султан Ахмет, а мечеть Рустем Паша, построенная в XVI веке. Эта работа Жерома — один из нескольких примеров детального изображения восточного интерьера, где художник мастерски изобразил текстуру различных поверхностей — сияние глазурованной поверхности полихромных плиток, ажурный белый мрамор минбара, многоцветие одежд молящихся. Картина поражает своим ярким колоритом, и в первую очередь множеством оттенков голубого и синего — основных цветов турецких керамических плиток «изник». Сюжет картины «Портные, шьющие флаги», по утверждению исследователя творчества Жерома Ричарда Аккермана, был основан на фотографии известного французского фотографа Эрме Дезире, изобразившего бедных каирских портных за этим нелегким делом. Мрачная монотонная сцена Дезире у Жерома становится более радостным событием, благодаря использованию ярких цветов флагов. Как и действо на картине «Голуби», на которой изображена спокойная и в некотором смысле семейная сцена — группа женщин из гарема, охраняемая евнухом, кормит голубей во дворе дворца Топкапи перед залом Дивана (имперского совета). Приглушенные цвета архитектурной постройки оживлены желтыми, зелеными, синими накидками женщин и ярко-красным кафтаном евнуха. Картина «Египетские пирамиды на восходе» (1895) — одна из поздних работ Жерома, долгое время считавшаяся утерянной. Выполненная в несколько нетрадиционной для художника колоритной манере, она представляет Египет скорее воображаемый, чем реальный. В искусственном озере, результате ежегодного разлива, отражается пустыня. Бледно-голубой цвет воды, окрашенные розовым верхушки пирамид, белая дымка — все создает образ почти мистического миража, последних мгновений перед пробуждением природы. Выполненная через пятнадцать лет после последнего путешествия художника в Египет, картина — ностальгическое выражение его воспоминаний о загадочном Востоке.

Необходимо также упомянуть о группе картин, которую, на мой взгляд, ошибочно относят к ориентализму, в то время как речь идет скорее о работах направления экзотизм. Причина их появления — излишняя увлеченность экзотической стороной Востока. Чаще всего подобные работы создавались художниками либо никогда не бывавшими на Востоке, либо проведшими там очень краткое время, достаточное лишь для получения поверхностных впечатлений о стране как о вместилище всего экзотического, необычного и иногда даже скандально-неприличного в европейском понимании этого термина. В первую очередь это касается тематики гарема и представления в искусстве данного семейного института Востока как центра эротических наслаждений. К подобным работам относится и возвращенная картина «Бассейн в гареме», а также самая дорогая из проданных на аукционе работа Жерома — «Большой бассейн в Бурсе» (или в Бусре, как назвал работу сам художник, использовав древнее название города). Интересен для нас и провенанс картины. В 1885 году работа была выставлена на Парижском Салоне и в этом же году приобретена российским императором Александром III. В 1918 году картину передали в музей Эрмитаж, в 1930 году она была продана на Запад. Место действия на картине — так называемые «Новые бани» в Бурсе, построенные в 1552 году предположительно великим Синаном. Шедевр гаремной тематики картин Жерома,картина тем не менее представляет своего рода эротическую утопию воображаемого Востока.

В заключение хотелось бы заметить, что, к сожалению, популярная в русских искусствоведческих изданиях характеристика Жерома как «салонного художника» не определяет его важности для такого направления в искусстве, как ориентализм. Созданные им работы знакомят нас с целой галереей характеров и событий, показанных в их привычной среде; они открывают наше сознание для более глубокого и детального восприятия «образов Другого».

В начало раздела "Живопись и графика">>>