Логотип

Роль архитекторов в создании осветительных приборов в России
второй половины XVIII – XIX вв

Осветительным приборам принадлежала существенная роль в парадных и жилых интерьерах России XVIII-XIX вв. Стремление осветить пространство воплощались в самых разнообразных формах и конструкциях при использовании различных материалов – бронзы, хрусталя, цветного стекла, фарфора, стали, мрамора, восточного алебастра и проч.

Обычно вопросы освещения дворцового или другого жилого помещения решал архитектор, подбирая соответствующую осветительную арматуру, и даже часто заказывая ее по собственному рисунку. Архитектор составлял рисунок-проект, который передавался мастеру, и составлялся договор. Сначала мастер-бронзовщик выполнял образец светильника, а потом, получив одобрение, исполнял соответствующее заказу количество осветительных приборов. Сохранился целый ряд документов и эскизов, позволяющих восстановить в ряде случаев авторов проектов тех или иных русских осветительных приборов XVIII и XIX веков.

Светильник по рисунку А.Н. ВоронихинаСветильник. Петербург. Мастерская Белса (?). По рисунку А.Н. Воронихина. 1805 г. Готовое изделие.

Известно, что при отделке комнат Екатерининского дворца в Царском селе Ч. Камерон делал рисунки фонарей, которые выполнял мастер Шарлемань. По имеющимся описаниям можно представить себе конструкцию этих несохранившихся светильников.

Камерон отдавал в своих интерьерах предпочтение стенной и подвижной осветительной арматуре, принципы которой восходили к оформлению интерьеров английских архитекторов братьев Адам. Основным приемом освещения у Камерона были свечники-бра, убранство которых перекликалось с орнаментальным убранством стен; иногда осветительные приборы входили в оформление рам зеркал.

Сохранились документы об изготовлении восьми люстр в 1796 году в Мраморную галерею Зимнего дворца, которую отделывал архитектор Дж. Кваренги.

По его рисунку, утвержденному Екатериной II, эти люстры выполнял один из лучших люстровщиков Петербурга – Иван Цех, который «обязался сделать их из собственных его, Цеха, лучших материалов, употребя хорошее мастерство, как в чеканных и гладких местах, так и в позолоте. Стекла на сии люстры положить цесарские, первого разбора, лучшей воды и грани по мерам в рисунке означенным... Все оные люстры работою окончить и повесить 22 сент. будущего 1797 года, ценою договорился получить по четыре тысячи за каждый люстр, а за восемь – тридцать две тысячи рублей по опробованному рисунку сделать наперед один люстр и повесить оный в сказанной зале и есть ли по рассмотрению приказано будет что-либо в препорциях прибавить или убавить, то во сие должен выполнить, не требуя сверх назначенной цены особого платежа, и против сего уже опробованного люстра сделать все прочие». Из восьми люстр мастер успел сделать сначала только две и позже еще одну. По этим люстрам, сохранившимся до наших дней, можно составить представление об осветительной арматуре, которую проектировал Кваренги.

Одним из замечательнейших создателей русской осветительной арматуры был Николай Александрович Львов – выдающийся архитектор эпохи классицизма, ученый, поэт. С именем Львова связывается тип так называемой гатчинской люстры. Такие люстры оформлялись в виде хрустальной корзины, собранной из гирлянд подвесок на цепях и спускающейся от хрустального «фонтана». Внутри к стержню из цветного стекла прикреплялись подсвечники. Этот тип люстр, разработанный для Гатчинского дворца при Павле I, распространился по всей России. Кроме того, Львов работал над созданием масляных ламп.

Светильник по рисунку А.Н. ВоронихинаСветильник. Петербург. Мастерская Белса (?). По рисунку А.Н. Воронихина. 1805 г. Эскиз.

Особенно много люстр потребовалось в конце XVIII века для строящегося в Петербурге Михайловского замка. Архитектор В. Бренна, создавая проект отделки и убранства парадных залов и жилых помещений замка, много внимания уделил осветительной арматуре.

Люстры разного размера и формы Бренна заказывал с учетом цветовой гаммы интерьера. Бронзовщики Отто Бейер, Иван Цех и др. занимались изготовлением люстр по проектам архитекторов. Основная масса заказов доставалась Ивану Цеху, который, по-видимому, владел большой мастерской.

Мастера, работавшие на Цеха, создали для Михайловского замка двадцать одну люстру четырнадцати образцов и шесть стеклянных фонарей разных типов в бронзовой оправе с хрустальным убором. В 1802 году, когда Михайловский замок уже перестал быть царской резиденцией, некоторые люстры из него перенесли в старый Исаакиевский собор. Для этого И.Цеху пришлось их переделать: синее стекло было заменено рубиновым, чтобы светильники гармонировали с другими люстрами собора.

В день переезда в Михайловский замок, 8 февраля 1801 года, Павел I дал срочный заказ Цеху на четыре бронзовые люстры-фонаря для Кавалергардского зала. Цех выполнил заказ за один месяц, но 11 марта 1801 года Павел был убит, поэтому Цех, опасаясь, что его работа не будет принята, срочно представил уже готовые фонари. Фонари были приняты, Цех получил за них девять из обещанных шестнадцати тысяч рублей, но их поместили уже не в Михайловский замок, а отправили в Павловск.

Люстры недостаточно хорошо освещали большие помещения, средняя часть стен освещалась светильниками на кронштейнах, типа бра, или стоячими светильниками в виде ваз. Нижняя часть стены освещалась напольными торшерами деревянными или бронзовыми. Бренна, например, кроме люстр, также проектировал и резные золоченые торшеры для дворца в Павловске, а по проектам его ученика К. Росси большими белыми с золотом торшерами были украшены многие залы Михайловского, Тверского, Аничкова дворцов. Над разработкой торшеров много работал и А.Н. Воронихин, который создал массу проектов, правда, не полностью осуществленных. По его эскизам создавались торшеры из цветного уральского камня в бронзовой оправе для больших залов Эрмитажа.

Авторство того или иного осветительного прибора возможно определить далеко не всегда. Мастеру предоставлялся не только проектный рисунок, но иногда даже образец, которому нужно было следовать при изготовлении нового осветительного прибора, внося при этом оговоренные изменения. Так, например, Бренна заказывал для Большого тронного зала в Михайловском замке «богатый бронзовый люстр по фасону высланного из Франции, с некоторыми, однакож, переменами новейшего вкуса».

Работая над реставрацией поврежденных пожарами дворцов (Строгановского и Павловского) А.Н. Воронихин продумывал каждую деталь, каждый элемент интерьера, отводя в нем важное место осветительной арматуре. Среди его проектов появился новый тип осветительных приборов, напоминающих римские светильники – масляные лампы, подвешенные на цепях. Такими лампами он заменял хрустальные люстры Бренны. Эти светильники имели форму фигурных чаш и были сделаны из белого мрамора, декорированного бронзовыми накладками. Вслед за Воронихиным другие архитекторы стали проектировать подобные люстры. Так, в 1808 году Кваренги заказал люстры-светильники для Смольного института. Их мраморную часть выполнял мастер-мраморщик Яков Щенников, а бронзовое оформление и монтаж – И. Цех.

В 1815-1816 гг. К. Росси, ставший к этому времени прославленным архитектором, проектировал убранство некоторых залов Павловского дворца. Стараясь не нарушить сложившийся ансамбль, он создает светильники-люстры на основе ворнихинских, но в то же время соответствующие стилю ампир. В 1820-е гг. в моду входят люстры из золоченой и патинированной чеканной бронзы, образцы которой проектирует Росси. Чаши строгого рисунка украшались характерным для ампира орнаментом, а мелкие скульптурные фигурки гениев, танцовщиц и проч. использовались в качестве дополнительного декора. Введенный Росси прием сочетания бронзы с хрустальными деталями находит широкое применение. Хрустальные вазы, шары или чаши входят в композицию люстр. В Петербурге бронзовые ампирные люстры с прекрасной чеканкой изготовляли Павел Шрейбер и его сын Андрей, Иван Бауман, Китнер и др.

Когда, начиная с 30-х гг. XIX века, в России широкое распространение получают масляные лампы, архитекторы проектируют и их. Масляные лампы для дворцовой библиотеки в Павловске проектировал К. Росси, а выполнял Китнер. Лампы Китнера пользовались повышенным спросом, они славились своей конструкцией и отделкой: в 1839 году Китнер был награжден за них золотой медалью на Анненской ленте.

Трудно назвать архитектора, который в России XVIII-XIX вв. не занимался бы проектированием осветительной арматуры для своих зданий. Люстры проектировал и М.Ф. Казаков для церковных интерьеров и дворцов. В церкви в Павловске есть люстра по проекту Казакова, выполненная ювелиром И. Бухом. Осветительной арматурой занимался и О. Монферран. Среди его работ люстры золоченой и зеленой «античной» бронзы с хрустальным убором, серебряная лампа с фигуркам лебедей, а также светильник из синего смальтового стекла.

Для середины и второй половины XIX века характерно большое разнообразие и богатство осветительных приборов. Роскошные люстры с хрусталем в стиле середины XVIII века изготовляли в английском магазине «Никольс и Плинке» в Петербурге, например, в 1858 году там были созданы двадцать восемь бронзовых люстр для Павильонного зала Эрмитажа по проекту А.И. Штакеншнейдера. Для второй половины столетия особенно характерны люстры, богато декорированные длинными подвесками из граненого хрусталя, пышные торшеры, хрустальные светильники с ярко вызолоченной бронзой. Такие бронзовые люстры украшали многие дворцы Петербурга и Москвы.

Архитекторы эпохи модерна в конце XIX – начале XX вв. проектировали свечные и электрические люстры, настольные лампы, лампионы с цветным стеклом, а также плафоны цветного стекла, декорированные по принципу витражей. Сама форма осветительных приборов этого времени, и их размещение были направлены на создание определенных световых эффектов. Многие архитекторы, особенно Р.Ф. Мельцер, добивались очень органичных интерьеров в стиле модерн во многом благодаря умелому использованию осветительных приборов с соответствующими декоративными и светотехническими эффектами.