Логотип


Глава 5.

ВЕЛИКИЕ ПРИОРСТВА РОССИЙСКИЕ

конец XVIII века

Павел I • Конвенция с Мальтийским орденом • Захват Мальты Бонапартом • Избрание Павла I Великим Магистром • Обустройство Ордена в России •Мальтийская символика как Российская государственная • Мальтийские реликвии

Павел I* {*  Павел I (1754–1801) – Император Всероссийский (с ноября 1796 г). – одна из самых неоднозначных личностей в российской истории. Будучи от природы очень одаренным ребенком – «Если бы Его Высочество человек был партикулярный (обычный. – Авт.) и мог совсем предаться одному только математическому учению, то бы по остроте своей весьма удобно мог быть нашим российским Паскалем», – писал его учитель С.А.Порошин. Павел рос в атмосфере сплетен и интриг, царивших при дворе Екатерины. Прусский король Фридрих II, кумир юного Павла, так писал после знакомства с ним: «Он показался гордым, высокомерным и резким, что заставило тех, которые знают Россию опасаться, чтобы ему не было трудно удержаться на престоле, на котором, будучи призван управлять народом грубым и диким, избалованным к тому же мягким правлением нескольких императриц, он может подвергнуться участи, одинаковой с участью его несчастного отца». ZZСтав Императором, первое, что совершил Павел, – это восстановил справедливость по отношению к своему отцу, короновав его посмертно. Зрелище было почти фантасмагорическое: «Корону Императора нес за его гробом граф Алексей Орлов, обвиненный всем светом в убийстве Петра III». ZZЧтобы оградить свои права и права своих наследников на престолонаследие, он в 1797 г. издал «Учреждение об императорсой фамилии», навсегда наведшее порядок в престолонаследии дома Романовых. Павел I ограничил права и привилегии дворянства, чем заслужил его ненависть. ZZСократил барщину. Запертил продажу крестьян без земли, с молотка. Любовь к Императору простого люда приписывало ему чудесное избавление от смерти, остались свидетельства о чудесах и исцелениях, произошедших на его могиле. ZZ«История всех царей, низложенных с престола ил убитых, была для него мыслию... ни на минуту его не покидавшей. Эти воспоминания возвращались, точно привидение, которое безпрестанно преследуя его, сбивало его ум и затемняло его разум,» – писал французский посол Сегюр. Страх за собственную жизнь доходил у Павла до мании, «будучи человеком вспыльчивым, он мог по совершенно незначительному поводу или откровенному доносу жестоко расправиться с любым придворным, лишить всех чинов и званий и отправить в ссылку». Вспыльчивый, но и отходчивый Павел ссылал без числа, но за все время своего царствования, не подписал ни одного указа о казни!ZZПавел I пользовался огромным авторитетом в Европе. Его внешнеполитическая деятельность обширна и заслуживает специальных исследований и публикаций.}

Учитель десятилетнего Павла С.А.Порошин писал в своем дневнике 28 февраля 1765 г.: «Читал я Его Высочеству Вертотову историю об Ордене мальтийских кавалеров. Изволил он потом забавляться и, привязав к кавалерии своей флаг адмиральский, представлять себя кавалером Мальтийским».

Это семя упало на благодатную почву. Прошли годы и Император Павел I захотел создать в России рыцарское сословие, подобное европейскому.

Еще в 1782 г. Павел Петрович, путешествуя по Европе, был принят в Риме папой Пием VI. Эта встреча оставила сильное впечатление у Павла на всю жизнь. Уже после смерти Екатерины II, Павел I подписал проект о нунциатуре и даже изъявил желание, чтобы нунций прибыл в российскую столицу еще до его коронации. Им стал Лоренцо Литта (родной брат бальи графа Джулио Литта).

После начала французской революции Павел дал французскому королю Людовику XVII убежище в Митаве, а на Волыни и Подолии разместил семитысячный корпус, состоящий из 5 полков французов-эмигрантов на русской службе, под командованием принца Конде.

*  *  *

«В 1796 г. байли граф Литта, брат папского нунция при петербургском дворе, явился в Петербург с просьбою к русскому Императору от лица Мальтийского ордена, возвратить ему доходы, получаемые Орденом от своего острожского приорства на Волыни, которое по второму присоединению западных областей от Польши отошло к России. Доходы Острожского приорства, по счету Ордена, простирались до 120000 польских злотых в год. Государь по ходатайству Литты не только возвратил означенные доходы Ордену, но и увеличил их до 300000 злотых особой конвенцией» [57].

Граф Литта докладывал Великому Магистру 19 декабря 1796 г.:

«Монсеньор.

С живейшим удовольствием уведомляю Вашу светлость о самом благоприятном движении наших дел. Вследствие первого доклада, сделанного министерством Его Императорского Величества согласно с моими предшествующими извещениями касательно интересов Мальтийского ордена, этот монарх обнаружил самые лучшие и самые благоприятные намерения относительно нас, оказывая нам то же правосудие и то же доброе расположение, которое он обращает на все предметы, его империи. Граф Остерман и князь Куракин, лично принимающие в этом деле самое обязательное участие, поспешили мне об этом сообщить.

Его Императорское Величество намерено учредить здесь Мальтийский орден таким образом, чтобы он в России пользовался тем же блеском и тем же уважением, коими он по справедливости пользуется в владениях других держав, и что он поэтому желает, чтобы Мальтийский орден в России держался бы в точности своей конституции и законов как относительно управления и распоряжения своими имениями, так и соблюдения всех статутных правил в отношении личного состава.

Санкт-Петербург, № 59» [73].

Итак, Павел I выразил желание закончить дело об Острожском майорате в пользу Ордена, заключив с Великим Магистром особую Конвенцию.

Конвенция с Мальтийским орденом

В декабре 1796 г. для заключения конвенции с представителем Мальтийского ордена бальи графом Литтой*{*  Интересен официальный титул Литта, который стоял под этим документом: «Юлий Рене, бальи, граф по праву дворянства почетного языка Итальянского, командор разных командорств военного ордена св. Великомученика и Победоносца Георгия III степени; польских орденов Белого орла и св. Станислава кавалер, Российского флота контр-адмирал и Полномочный министр знаменитого Ордена Мальтийского и Его Преимущества Гроссмейстера».}, Павел I назначил государственного канцлера и президента коллегии иностранных дел А.А.Безбородко и вице-канцлера А.Б.Куракина.

4 января 1797 г. Конвенция была подписана: «Его Величество Император Всероссийский, последуя своему правосудию и во изъявление приязни и Высочайшего Своего благоволения к знаменитому Мальтийскому Ордену, признает за благо, подтверждает и ратификует за Себя и Преемников Своих на вечные времена, во всем пространстве и торжественнейшим образом заведение помянутого Ордена в Своих владениях». 

Конвенция, состоявшая из 37 пунктов, дополненная затем еще 8 пунктами*{*  Полный текст Конвенции с «прибавочными» статьями приводится. в Приложениях №№8–9.}, учреждала в России Великое Приорство Мальтийского ордена, в состав которого могли войти дворяне-католики из числа русских подданных. Кроме того, Орден получал гарантии сохранности своих владений в Польше и России, а также ежегодные взносы русского казначейства в доход Ордена.

В соответствии с Конвенцией в состав Великого Приорства Российского было включено уже существовавшее Польское Великое Приорство и согласно статье XXIII были учреждены десять родовых Командорств, специально для той части русской знати, которая исповедовала католичество в Российской Империи.

Для Мальтийского ордена эта Конвенция имела большое экономическое и политическое значение. Во-первых, создавалось Великое Приорство Российское, которое должно было заменить «внутри Мальтийского Ордена Великое Приорство Польши». Кроме ежегодного дохода в 120 тысяч флоринов, которые Орден предполагал получить от последнего, доходы русских наследников должны были составить 300 тысяч флоринов. А ежегодный взнос в казну Ордена поднимался до 41 тысячи флоринов. Было дано разрешение для создания новых командорств, а достоинство Великого приора и Командора «должно при любых обстоятельствах рассматриваться как субъект Империи при возможном подчинении Мальтийскому Ордену». Также был урегулирован и прием в «Орден Мальтийских рыцарей, и подтверждение доказательств аристократического происхождения», они должны были происходить «согласно принятой в Великом Приорстве Польши практике». Кроме этого Павел I согласился выплачивать Ордену сумму в 96 тысяч флоринов, как погашение задолженности Великого Приорства Польши.

Джулио Литта отправляет на Мальту подлинные документы и сопроводительные письма с кавалером Рачинским. Но в Анконе Рачинский попадает в руки французов, которые конфисковали и всю дипломатическую почту. Вскоре содержание его курьерской сумки появилось на страницах французских газет, развернувших ожесточенную компанию против Павла I, обвиняя его в желании захватить Мальту.

Пока были изготовлены заново акты Конвенции, и пока второй курьер прибыл на Мальту, наступила середина лета. За два дня до прибытия русского посланника умирает де Роган. Новый Великий Магистр барон Фердинанд фон Гомпеш (дюссельдорфский немец и бывший посол немецкого императора на Мальте. – Авт.) собрал Капитул лишь 7 августа. Он же и подписал Акт ратификации, а в знак признательности Совет решил возложить на русского императора титул Протектора (покровителя) Ордена. Литта был назначен чрезвычайным послом Ордена в Петербурге. А послом России при Ордене стал Энтони О’Хара, служивший в России еще со времен Елизаветы Петровны.

Рыцарь Рачинский привез Литте полномочия Великого Магистра и 27 ноября 1797 г. полномочный посол Мальтийского ордена торжественно въехал в Санкт-Петербург. В тот же день состоялась аудиенция у Павла I, которому был предложен и принят им титул Протектора Мальтийского ордена. Павел I известил об этом через своих посланников все европейские дворы.

В дневнике епископа римско-католической церкви в России Сестренцевича сохранилось описание торжественного въезда Литты в Петербург:

«27 ноября 1797 г. посол Мальтийского ордена имел торжественный въезд в Петербург от калинкинских ворот (посол приехал ранее этого времени в Россию, но он проводил время в Гатчине, отсюда 27 ноября приехал в Петербург). 36 карет обыкновенных и 4 придворных ехали впереди его; в одной из придворных карет сидел с князем Юсуповым и Валуевым посол; 29 ноября назначена была ему торжественная аудиенция во дворце. Император принимал посла, сидя на троне. Митрополит Гавриил, Евгений Булгарис, я и другие духовные стояли на возвышении около трона. Посланник произнес весьма сильную речь, в которой просил Императора принять титло Протектора религии мальтийских рыцарей и Крест (с медальоном. – Авт.) знаменитого Гроссмейстера их Ордена Ла-Валетта, сохранившийся доселе в их сокровищнице вместе с драгоценными мощами. Потом просил, чтобы Императрица и вся царская фамилия приняли также кресты. Императрица явилась и села на троне. Посол был в мантии черного цвета» [57].

Сам Император, Императрица, их сыновья – Великие князья Александр, Константин и Николай, а также Безбородко, Куракин, Чарторыжский, Радзивилл, Грабовский и принц Конде были награждены мальтийскими крестами.

*  *  *

События, связанные с подписанием Конвенции, внесли в жизнь Ордена существенные нарушения. Дело в том, что Великим Приором, как и Первым Командором, могли быть лица, католического вероисповедания, принесшие обеты безбрачия. Только такие лица могли получать Большие Кресты. В данном случае вручение Императору и его семье этих знаков, как и присуждение Великим Магистром фон Гомпешем Больших Крестов канцлеру князю Безбородко и вице-канцлеру князю Куракину, подписавшим Конвенцию вместе с бальи графом Джулио Литта, можно рассматривать как выражение особых привилегий, за те выдающиеся заслуги перед Орденом, которые проявили эти лица. Но ни в коем случае как Кресты, которые присуждались в Ордене после принесения особой религиозной клятвы*{*  Приведем замечания, сделанные по этому поводу историографом Мальтийского Ордена фра К.Тумановым, что Великое Приорство Российское в качестве наследника Польского Приорства, пользовалось теми же привилегиями и правами, которые были получены во время его основания и которые были гарантированы Великим Приорством Баварии, иначе говоря, речь идет о разрешении вступать в брак Первому Великому Приору и Первому Командору. С принцем Конде, который был назначен Великим Приором, правда, дело обстоит несколько иначе, хотя он был вторично женат. Во-первых, он был католиком и, во-вторых, он получил разрешение на вступление в брак от Великого Магистра 1 июня 1798 г.}.

Появление Великого Приорства Российского католического и желание вступить в Орден большого количества лиц некатоликов, привело Императора к идее создания другого Приорства, в которое можно было бы принять русских поданных некатолического вероисповедания. Прецедент уже был на лицо. Ведь вскоре после основания Великого Приорства Российского в нем из восьми бальи Большого Креста было лишь два католика. А из тридцати пяти членов Приорства – третья часть – десять человек, тоже не были католиками.

Бальи Дж.Литта пытался склонить руководство Ордена к решению отделить некатоликов в самостоятельный Приорат. И этого удалось добиться 1 июня 1798 г. (!)

Великий Магистр фон Гомпеш и Тайный Совет дали свое согласие и свои подписи. В архиве Мальтийского ордена имеется соответствующий документ: «Того же дня (1 июня 1798) Его Преосвященство и Священный Совет, получив все сведения от Досточтимого нашего посланника фра Ренато Конти относительно Литта касательно нового устройства Священного Ордена в пользу русской знати греческого вероисповедания, своим авторитетом мы утверждаем Досточтимому бальи графу де Литта, подписываем и подтверждаем» [4].

Однако последующие события не дали воплотить в жизнь это решение. А в XIX в. оно уже считалось «схизмой» (расколом, ересью. – Авт.) в Ордене [14a].

Захват Мальты Бонапартом

Через полгода после утверждения Мальтийского ордена в России Мальта была захвачена французскими войсками под командованием генерала Бонапарта.

А.М.Станиславская писала в своей великолепной pаботе «Русско-английские отношения и пpоблемы Сpедиземномоpья в 1798–1807 гг.»:

«В истоpии отношений России и Англии конца XVIII – начале XIX века красной нитью проходит борьба двух противоречивых тенденций, обусловивших резкую смену периода вражды и дружбы, военных конфликтов и военного сотрудничества, притяжения и отталкивания. В 1790–1791, 1800–1801, 1807–1812 гг., Россия и Англия оказывались то на грани военного столкновения, то в состоянии войны. Вслед за этим, однако, неизбежно наступала новая фаза, и узы военного сотрудничества вновь связывали обе державы.

В 1795 г. был заключен союз Англии, Австрии и России, направленный против Франции. Все же Россия не приняла прямого участия в военных действиях первой коалиции.

В 1797 г. правительство Павла I сделало попытку урегулировать отношения с Францией. Причиной тому был политический расчет: Император хотел вернуться к традиционной, с таким успехом проводившейся в 60–80-х гг. XVIII века политике нейтралитета в англо-французском соперничестве. Предварительный мирный договор Франции и Австрии в Леобене 7 апреля 1797 г. и мирный договор в Кампо-Формио 6 октября 1797 г. похоронили планы Павла о роли посредника и арбитра.

Франция стремилась создать себе на Средиземном море опорные пункты. 8 мая 1798 г. французский флот вышел из Тулона и Генуи, направляясь к Египту. На пути Бонапарт в июне 1798 г. захватил остров Мальту» [80].

*  *  *

Наполеон писал в 1797 г.: «Недалеко то время, когда мы поймем, что для действительного сокрушения Англии нам надо овладеть Египтом» [52].

12 апреля 1798 г. французская Директория утвердила планы Бонапарта по захвату Египта и Мальты.

Во время французской революции Мальтийский орден, рыцарями которого были представители многих древнейших дворянских родов Европы, постоянно ободрял и поддерживал французских эмигрантов, представляя старинные привилегии дворянства. Это и было главной причиной ненависти к нему руководства Французской республики, захватившей все орденские владения во Франции. Мальта стала прибежищем французской аристократии, что и послужило поводом к захвату острова. 19 мая 1798 г. французская эскадра с сорока тысячью солдат на борту во главе с Наполеоном на флагманском корабле «Орион» вышла из Тулона.

9 июня 1798 г. флот Наполеона встал на якоря у Большой гавани Мальты, потребовав у представителей Ордена впустить суда в гавань для пополнения запасов пресной воды, на что получил отказ от Капитула и Великого Магистра барона Гомпеша, располагавшего двумястами французскими, девяностами итальянскими, двадцатью пятью испанскими, восемью португальскими, пятью баварскими и четырьмя германскими рыцарями. Флот Ордена в это время состоял из пяти галер и трех фрегатов.

Штурмовать Мальту Наполеон поручил своему генералу Бертье, но штурма не понадобилось. 10 июня весь остров, кроме Лавалетты, Бирги и Флорианы (главных крепостей компактно расположенных вокруг Большой Гавани) принадлежал высадившимся французам, которым почти не было оказано сопротивление. После суточного перемирия 12 июня 1798 г. на борту «Ориона» Наполеон Бонапарт и представители Ордена и острова подписали капитуляцию, из уважения к прошлой славе Ордена названную конвенцией – Мальта переходила под суверенитет Французской республики.

По этому документу (полностью приводится в Приложении №10) Мальтийский орден лишался островов Мальта,  Гоццо и Комино и всей недвижимости, имущество рыцарям разрешалось забрать, Магистру Гомпешу назначалась пенсия и было обещано «доставить... по смерть, какое-либо владение, соответствующее тому, которого он лишается...» [50].

13 июня 1798 г. Мальта была сдана французам.

«Французы в их победоносной шествии, мимоходом, напали также на Мальту и Великий Магистр Гомпеш сдал им эту крепость, по беспечности или трусости, ибо когда один из французских генералов ее осмотрел, он сказал: «Очень счастливо, что мы нашли кого-то, кто нам открыл ворота этой крепости!» [50].

53 рыцаря из находившихся на острове перешли на службу к Бонапарту, позднее, во время египетской экспедиции создав особую боевую единицу – Мальтийский легион. За неделю пребывания Наполеона на Мальте он по своему обыкновению «достойно» наградил мальтийцев за неоказание сопротивления – все титулы на острове были отменены, рыцарские гербы скалывались со зданий, кафедральный собор был ограблен подчистую, одних книг с Мальты было вывезено 972840 экземпляров. Французам достались 4 фрегата, 3 галеры и 2 грузовых корабля, 1200 пушек, 30000 ружей, 13000 бочек пороху и продовольствие на 6 месяцев. «Сокровища, взятые здесь ими, были бесчисленны» [50].

На острове остался двухтысячный французский гарнизон во главе с генералом Вобуа.

Об этом горьком для мальтийцев периоде М.Морошкин писал: «Между тем умер Роган, Гроссмейстер Ордена; преемником ему избран был барон Гомпеш. 7 членов этого Ордена, бальи Турина Фризари и Мария Теста Феррата, командор Буаредон де Нансуст, доктор Мускати, адвокат Бенедикт Шембр и советник Бонани, при посредстве рыцаря Филиппа Амата, испанского агента при Ордене. 13 июня 1798 г. без ведома Гомпеша*{*  Такая версия основывается на письмах самого Гомпеша, направленных императорам Австрии и России, в которых он пытался оправдаться. Расследование сдачи Гомпешем Мальты, несмотря на требования папы, так и не было проведено. Это послужило одним из поводов в отказе легитимности низложения Гомпеша рыцарями Российского Приорства и избрания Павла I Великим Магистром. – Авт.} изменнически передали Мальту, главную резиденцию Ордена, Наполеону.

Гомпеш скоро должен был оставить Мальту по приказанию французского правительства, и принужден был сначала отправиться в Триест, а потом переехать в Рим и вести здесь уединенную и частную жизнь. Как только весть о сдаче острова достигла до Санкт-Петербурга, тотчас собрались кавалеры и все члены Великого Приорства Российского в своем орденском доме в Санкт-Петербурге, для выражения негодования на малодушный поступок Гомпеша и на предательство других своих сочленов, отдавших остров в руки французов» [57].

*  *  *

Покидая Мальту, Гомпеш увез с собой святыни Ордена – правую руку Иоанна Крестителя, Филермскую икону Божией Матери, часть Животворящего Креста, Орденские Печать, Корону и «Кинжал верности». Все остальное спасти от разграбления не удалось.

Избрание Павла I Великим Магистром

Захват французами Мальты в 1798 г., потеря почти всего достояния Ордена и его казны, как и позорный акт о капитуляции были вменены в вину Фердинанду фон Гомпешу. Многие рыцари Ордена, принадлежавшие к различным приорствам и «языкам» отправились в поисках убежища во владения своего Протектора – в Россию.

15 августа 1798 г. кавалеры и сановники Российского Приорства Мальтийского ордена, созданного Павлом I и состоявшего из 88 командорств, заручившись поддержкой около ста зарубежных кавалеров, находившихся в России, торжественным актом признали Великого Магистра Гомпеша, сдавшего без боя Мальту Наполеону, – виновным в «глупейшей беспечности» (de la plus stupide negligence), или соучастником измены. Гомпеш был объявлен низложенным, Павла I попросили принять Мальтийский орден под свое державство.

10 сентября 1798 г. в Декрете Императора содержалась ратификация актов Великого Приорства Российского и заявление, что он принимает «весь благомыслящий корпус под Наше верховное правление и Императорским Нашим словом обещаем не только сохранить его во всех установлениях, привилегиях и почестях, но и употребить все старания, от нас зависящие, к восстановлению его в то почтительное состояние, в коем он находясь, споспешествовал пользе всего христианства вообще и каждого благоразумного государства частно» [68].

Там же указывается, что Петербург впредь «будет являться главным местом проведения ассамблей Ордена» и приглашение всем Языкам и Приорствам, равно как всем членам Ордена «выразить согласие с этим постановлением» [68].

27 октября 1798 г. в Санкт-Петербурге члены Великого Приорства Российского и другие рыцари Ордена, находящиеся в российской столице, составили Прокламацию, в которой провозгласили Императора-Протектора Великим Магистром.

Однако Павел I не спешил с принятием этого титула. Он хотел заручиться поддержкой духовного главы Ордена – папы Пия VI.

7 ноября 1798 г. в Санкт-Петербурге состоялось заседание Великого Приорства Российского. Присутствовавшие рыцари признали Гомпеша недостойным более носить высокий титул Великого Магистра Ордена. На заседании было принято Воззвание, в котором, в частности, говорилось:

«Мы, бальи, Кавалеры Большого Креста, Командоры и Рыцари Великого Российского Приорства, и прочие члены Ордена св. Иоанна Иерусалимского, собравшиеся в Санкт-Петербурге, главном местопребывании нашего Ордена, как от нашего имени, так и от имени других «языков», Великих Приорств вообще и всех членов, в частности, присоединяющихся к нашим твердым принципам, провозглашаем Его Императорское Величество, Императора и Самодержца всея России Павла I Великим Магистром Ордена св. Иоанна Иерусалимского.

Следуя этому Воззванию и в соответствии с нашими законами и установлениями, мы берем на себя священно и торжественно обязательство в повиновении, покорности и верности Его Императорскому Величеству, Его Высокопреосвященству Великому Магистру»  [64].

5 ноября 1798 г. папа написал в Петербург графу Дж. Литта из монастыря Кассини близ Флоренции, что он пришел в ужас: «узнав, что Великий Магистр (фон Гомпеш. – Авт.), ради спасения собственных интересов, проявил недостойную слабость, принеся в жертву весь Орден». И далее, ссылаясь на «Декларацию» Павла, он писал: «мы будем сотрудничать с любой властью, которая необходима, так как в дополнение к напечатанному Акту, подписанному Императором, все остальные «языки» и приории, вместе и по отдельности, приглашаем присоединиться к вышеназванному акту, чтобы Орден мог быть восстановлен в своем былом величии». Папа не знал еще о решении капитула Великого Российского Приорства, поэтому заключил письмо следующими словами: «Мы хотели бы узнать, сколько рыцарей из других приорий присоединились к благородному порыву Императора, и какую резолюцию они могут принять в подтверждение этого и в пример другим» [3].

Только узнав о содержании этого письма, Павел принял титул Великого Магистра, решив, что формальное согласие папы имеется. 13/24 ноября Император принял этот титул. «Мы принимаем титул Великого Магистра этого Ордена, и в связи с этим возобновляем личные обещания, которые мы делали ранее в качестве Протектора, а именно – на вечно сохранить неприкосновенными все учреждения и привилегии этого знаменитого Ордена, как в отношении свободного отправления религиозных и различных контактов с этим связанным, которые вытекают отсюда для Рыцарей католического вероисповедания, так и в смысле юрисдикции Ордена, местопребывание, которого Мы назначаем в Нашей Императорской Резиденции; сообщаем также о том, что Мы не прекратим в будущем употреблять Наше влияние для роста Ордена...» [4]

Практически все светские правительства Западной Европы, кроме Франции и Испании, признали нового Гроссмейстера. В пользу этого признания свидетельствует и тот факт, что это международное решение получило инаугурацию не кем-нибудь иным, как первым среди коронованных особ Европы – Императором Священной Римско-германской Империи и Апостолическим королем Венгрии; он пошел дальше в своем признании законности нового Гроссмейстера Мальтийского Ордена и приказал конфисковать у Гомпеша*{*  Только 6 июля 1799 г. Фердинанд Гомпеш в письмах к австрийскому императору и Павлу I объявил, что добровольно отказывается от титула Великого Магистра Мальтийского ордена.} священные реликвии Ордена, которые Гроссмейстер сохранил, найдя убежище в Австрии.

Избрание Павла I Великим Магистром признали Великие приорства Франции, Венеции, Неаполя, Капуи, Пизы, Барлеты и Мессины, Португалии, Ломбардии, Германии, Баварии и Богемии, посетившие в 1799 г. Санкт-Петербург. От признания отказались великие приорства Рима, Испании, Каталонии, Наварры, Арагона и Кастилии, находившиеся под влиянием жившего в изгнании под Флоренцией римского папы Пия VI.

*  *  *

29 ноября 1798 г. провозглашен Манифест «Об установлении в пользу Российского Дворянства Ордена св. Иоанна Иерусалимского» [68, №18766].

16 декабря опубликован Манифест «О восприятии Его Императорским Величеством звания Великого Магистра ордена св. Иоанна Иерусалимского» [68, №18782].

22 декабря выходит Сенатский (вследствие Именного) Указ «О включении в Императорский титул слов: и Великий Магистр Ордена святого Иоанна Иерусалимского»*{*  Полный императорский титул выглядел так: «Божиею поспешествовующею Милостию, МЫ ПАВЕЛ I ИМПЕРАТОР и самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский, Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Сибирский, Царь Херсониса-Таврического, Государь Псковский и Великий князь Смоленский, Литовский, Волынский и Подолский, князь Эстляндский, Лифляндский, Курляндский и Семигальский, Самогицкий, Корельский, Тверской, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных, Государь и Великий князь Нова-города Низовские земли, Черниговский, Рязанский, Полоцкий, Ростовский, Ярославский, Белоозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский, Витепский, Мстиславский и всея Северные страны Повелитель и Государь Иверские земли, Карталинских и Грузинских Царей и Кабардинские земли, Черкасских и Горских князей и иных Наследный Государь и Обладатель, Наследник Норвежский, Герцог Шлезвиг-Голштинский, Стормарнский, Дитмарсенский и Ольденбургский, Государь Еворский и Великий Магистр Державного Ордена святого Иоанна Иерусалимского и прочая, и прочая, и прочая» [68, №18790].} [68, №18790].

Кроме Великого Российско-католического приорства, возглавлявшимся Людовиком, герцогом де Бурбоном, принцем де Конде, Манифестом от 28 декабря было учреждено и Великое Российское (для православных)*{*  Манифест «О составлении Ордена св. Иоанна Иерусалимского из двух Великих приорств: Российско-Католического и Российского... см. в Приложение №12.}, Великим приором которого стал Наследник Александр Павлович. Был создан Верховный священный совет, куда кроме Павла и Александра, вошли Поручик-наместник Великого Магистра фельдмаршал граф Салтыков, Великий командор Ордена князь Лопухин, Великий канцлер ордена граф Ростопчин. Также был образован двор в соответствии с обычным штатом Великого Магистра во главе с Великим сенешалем графом Нарышкиным. Презрителем бедных стал архиепископ Амвросий.

«Торжественная церемония принятия Павлом I титула Великого Магистра мальтийских рыцарей состоялась в Большом тронном зале Зимнего Дворца. Депутация Капитула поднесла Павлу I, бывшему в полном императорском одеянии, – Мальтийскую корону, Жезл, Печать Ордена и Рыцарский меч. Обнажив меч, Павел осенил себя крестом, присягая Мальтийскому ордену.

После падения Мальты от прежних владений Ордена остались Богемское и Бранденбургское приорства и объединение изгнанников в Ватикане. Было создано Российско-православное приорство и 98 командорств. Разрешено было учреждать фамильные командорства. Капитулу ордена был пожалован роскошный дворец на Садовой, ранее принадлежавший графу Воронцову*{*  В настоящее время в этом дворце находится Суворовское училище, преобразованное из Пажеского корпуса.}. На Каменном острове построили странноприимный дом в духе средневековых орденских традиций с католической церковью Иоанна Крестителя. Появилась собственная гвардия Великого Магистра из 198 рыцарей-кавалергардов. Павел I ездил в карете с мальтийским гербом, носил на груди мальтийский крест, кавалергарды – малиновые бархартные супервесты с белым крестом во всю грудь. 1799 год Павел I встречал в полном гроссмейстерском одеянии и в мальтийской короне. В июне 1799 г. в Павловске по древней орденской традиции в канун дня Иоанна Крестителя были зажжены костры» [16].

К избранию Павла I Великим Магистром Гавриил Романович Державин написал оду «На поднесение Его Императорскому Величеству Великого Магистерства Ордена св. Иоанна Иерусалимского и на победу, над французами российским флотом, одержанную 1798 г.» (см. Приложение №15), за которую получил от Императора Мальтийский крест и табакерку с бриллиантами.

Обустройство Ордена в России

13 ноября 1798 г. Павел I подписал два указа, по которым на содержание командорств Мальтийскому ордену из казны ежегодно выделялось 216000 рублей, и об образовании еще 10 новых командорств.

В этот же день Павел I утвердил именным указом роспись расходов на управление Ордена [68, №18750]:

           Главное управление.

           Поручик Великого Магистра               7000  рублей.

           Ему же на стол                                                12000  рублей.

           Секретари:

           Российских дел                                                    800  рублей.

           Немецких дел                                                         800  рублей.

           Итальянских дел                                                  800  рублей.

           На канцелярские расходы и почту  3000  рублей.

           Департамент канцелярии                         6600  рублей.

           Департамент казенный                              3600  рублей.

           Департамент церемониальный           5000  рублей.

           Духовенство орденское                             6000  рублей.

           На общие издержки                                   10400  рублей.

           Итого:                                                      56000  рублей.

Рядом с бывшим домом графа Воронцова, построенном Растрелли и подаренном Павлом I Ордену с названием «замок мальтийских рыцарей», архитектором Джакомо Кваренги была построена католическая церковь (капелла) во имя святого Иоанна Крестителя Иерусалимского, освященная 17 июня 1800 г. митрополитом римско-католической церкви в России Сестренцевичем. Для нее по проектам Кваренги были изготвлены трон Великого Магистра, светильники, разная утварь. Там же помещались казна, канцелярия Ордена и помещения для руководителей Ордена.

В январе 1799 г. в Адмиралтействе на одном из бастионов был возведен мальтийский павильон, открытие которого было отмечено 33 орудийными залпами.

На Каменном острове был построен странноприимный дом для 50 инвалидов с церковью святого Иоанна и выделено место для кладбища при ней для погребения мальтийских рыцарей.

Для награждения отличившихся военными подвигами офицеров Павел I учредил 20 командорств.

Для обеспечения постоянного существования Ордена в России Император Павел I учредил своим Указом 98 Родовых Командорств (в соответствии со статьей XXIII Конвенции 1797 г.), членами которых стали члены самых аристократических семейств России.

Родовые командорства

После утверждения правил по принятию русского дворянства [68, №18859] хлынул поток желающих стать кавалерами Ордена. «Столица была наводнена настоящим дождем Мальтийских крестов,» – писал Ф.Головкин [23]. Как обычно, начались злоупотребления. Поэтому Павел ограничил прием в Орден. 21 июня 1799 г. публикуются «Высочайше утвержденные Правила для учреждения родовых Командорств или Jus patronatus в России»* (см. Приложение № 14), по которым право назначать фамильные командорства является исключительно прерогативой Императора.

Для вступления в Великое Приорство Российское, православному необходимо было представить доказательства, что данная семья принадлежит к наследственной аристократии «по крайней мере, сто пятьдесят лет» [68, №19044]. В Правилах разъясняется, каким образом можно вступить в наследование родовым командорством (этот вопрос важен также потому, что многочисленные псевдоордена», появившиеся в XX веке, обосновывают свою легитимность понятием «наследственные командорства», ссылаясь на вышеупомянутые Правила, хотя даже определения термина «наследственные командорства» в этих Правилах нет).

В статье 5-й Правил указано:

«Понеже родовые Командоры по Статутам Ордена подвержены тем же обязанностям, как и Командоры по старшинству, то и никто из назначенных к наследству в родовом командорстве не может вступать в права оного, доколь не исполнит всего по сему предмету предписанного; почему он и должен:

1). Доказать, что он точно тот самый, который по положенному в акте порядку к наследству в том командорстве назначен;

2). Быть по правилам приняту, заплатя за прием по обыкновению, но, не делая новых о Дворянстве доказательств, ибо полагается, что при учреждении командорства фамилия его уже оные представила;

3). Иметь, по крайней мере, 5 лет старшинства в Ордене, что и заменит те 5 лет пребывания, к коим обязаны были в Мальте.

NB. Старшинство Кандидата начнется токмо с того дня, когда докажет он законное и прямое свое происхождение по мужеской линии от фамилии учредителя и когда внесет пошлины за прием.

4) Прослужить, по крайней мере, два года в воинской Его Императорского Величества службе и достичь до Офицерского чина, что и заменит предписанные караваны» [68, №19044].

Отметим, что в терминах этих Правил имеется единственная возможность наследования – при происхождении по мужской линии от основателя Командорства Jus patronatus. Однако факт происхождения сам по себе еще не означает автоматического права наследования данного Командорства без того, чтобы последние пять лет они являлись бы членами Ордена, последние два года служили бы на воинской службе и получили бы офицерское звание.

Знатнейшие русские дворяне с разрешения Императора начали учреждать родовые командорства. Для этого достаточно было иметь три тысячи рублей ежегодного дохода с собственных имений и отчислять каждый год с него десять процентов в орденскую казну. Учредитель и его наследники получали право носить командорский крест и мальтийский мундир.

Павел также учредил институт Почетных командоров и Кавалеров ордена.

Родовые командорства были учреждены элитой российского дворянства – Нарышкиными, Румянцевыми, Шереметевыми, Юсуповыми, Строгановыми, Самойловыми, Белосельскими, Долгоруковыми, Давыдовыми, Барятинскими, Демидовыми, Трубецкими, Воронцовыми, Бекетовыми, Олсуфьевыми, Жеребцовыми, Тюфякинами, Бутурлиными.

Мальтийская символика как Российская государственная

За время своего царствования Павел I почти не награждал русских дворян учрежденными Екатериной II орденами святого Георгия и святого Владимира. Более того, ордена святого Андрея Первозванного, святой Екатерины, святого Александра Невского и голштинский орден святой Анны были объединены Императором в единый Российский кавалерский орден, став в нем лишь различными составными частями.

Мальтийская символика появилась и на Российском государственном гербе. 10 августа был издан именной Указ, объявленный сенату, «О новом Российском гербе» [68, 19.074]. Новое изображение герба было подготовлено в Российской Академии художеств Н.Уткиным, и гравированные листы с его изображением рассылались по российским губерниям. На новом гербе отсутствовала цепь со знаком ордена Андрея Первозванного, щит с изображением святого Георгия подвешен на андреевской ленте к шее орла, под щитом располагался большой мальтийский крест, а над щитом – корона Великого Магистра.

Е.А.Погосян писал в своей статье о мальтийской символике: «Мальтийский крест в Российском государственном гербе помещался на груди Орла под щитом.

Мальтийские орденские знаки одновременно выполняли две функции – были знаком принадлежности Ордену как корпорации и наградами (в этом случае прибавлялось слово «почетный»).

Имелись кресты: донатский, кавалерский, командорский, большой и магистерский кресты (донат – член Ордена, не связанный обетом, носил пол-креста на плаще).

Кавалерский малый, командорский и кавалерский большой кресты в своей основе имеют мальтийский эмалевый золотой крест с лилиями и магистерской короной. Они различаются величиной и шириной ленты (лента муаровая, так называемая струистая, черного цвета). Малый крест носят в петлице, командирский и большой – на шее, причем командорский еще имеет металлический бант. Крест Великого Магистра носился на золотой цепочке... Были введены кресты большой и малый для женщин.

Нашивной крест белого цвета полагалось носить всем кавалерам слева («на сердце»), он носился поверх мундиров или гражданского платья, с крестом или без креста» [66].

Мальтийский символика – крест и флаг – была использована в новых штандартах гвардейских и кавалергардских полков.

Мальтийские реликвии

Вернемся к низложенному магистру Гомпешу.

Фон Гомпеш выпустил в Триесте 12 октября 1798 г. Манифест, адресованный правителям европейских государств. 23 октября он публикует второй Манифест, адресованный Двору Протектора. Он направляет письма Императорам Франциску II и Павлу I, в которых пытается оправдать свои действия, обвиняя французов в агрессии. Текст писем был весьма неопределенен, возможно, их автор именно так и задумал, когда составлял их. Однако ни один из императоров так и не откликнулся на них.

Отношение к фон Гомпешу Австрийского Императора, у которого он нашел защиту, вскоре изменилось. Франциск II в это время искал пути союза с Российской Империей против Франции. И чтобы угодить Павлу, который уже в 1798 г. стал Великим Магистром, он 6 июля 1799 г. принудил фон Гомпеша к отречению. У фон Гомпеша были отобраны сохраненные им святыни Мальтийского ордена и специальной делегацией отосланы в резиденцию Ордена – в Санкт-Петербург.

*  *  *

В августе 1799 г. депутация мальтийских рыцарей была принята в Петергофе Всероссийским Императором Павлом I, Великим Магистром Державного Мальтийского Ордена. Рыцари просили его принять святыни Ордена за оказанные русским Императором благодеяния и заботу. Павел решил отметить это событие с особой торжественностью.

В сентябре 1799 г. двор перебрался на осеннее время из Петербурга в Гатчину, на 12 октября было назначено бракосочетание великой княжны Елены Павловны. На этот же день были назначены и торжества перенесения орденских святынь.

В 10 часов утра из Гатчинского дворца выехал императорский кортеж по направлению к Ингенбургу, где находились представители Мальтийского Ордена. После встречи депутации и краткого молебна, все повернули обратно во дворец. Торжественно во главе крестного хода шествовало духовенство, за которым в золотой карете ехал граф Джулио Литта, везший на красной бархатной подушке золотой ковчег с частью десной руки Иоанна Крестителя. За графом следовали мальтийские рыцари, везшие небольшую икону Божией Матери Филермо*{*  По дошедшему до нас преданию икона Божией Матери – это один из тех немногих образов, которые были написаны святым евангелистом Лукой и в 46 г. н.э. принесенных им в Антиохию, где икона пребывала в течении трех столетий. Затем ее перенесли в Иерусалим. В 430 г. супруга византийского императора Феодосия Младшего Евдокия совершила паломничество в Святую Землю и оттуда переслала икону сестре своего супруга Пульхерии, которая торжественно поместила образ Богоматери в новоустроенном влахернском храме. Многие верующие люди получали исцеление, молясь перед этим образом Царицы Небесной. В течении многих столетий эта чудотворная святыня хранилась в Константинополе. В 1203 г. после захвата крестоносцами Константинополя икону вновь перенесли в Святую Землю и там она оказалась у рыцарей-иоаннитов, пребывавших в то время в городе Акре. В 1291 г. когда город захватили турки, рыцари перебрались на остров Крит, вывезя с собой и Филермскую икону Божией Матери. Вместе с иоанитами образ путешествовал по свету, благословляя труды рыцарей. Он был на острове Родос, затем в разных городах Италии, пока не оказался вместе с рыцарями на острове Мальта. Здесь в городе Валетта, в соборе святого Иоанна была сооружена часовня мадонны Филермо, где рядом с алтарем поместили икону [33].} и частицу Креста, на котором был распят Спаситель. Рядом с каретой Джулио Литта в парадном облачении Великого Магистра шел Император, которого сопровождали родовые Командоры и рыцари Великого Российского Приорства.

По прибытии ко дворцу Павел I сам взял золотой ковчег и внес его в дворцовую церковь, где святыня была положена на отведенное для нее место.

*  *  *

В память этого события Русская Православная Церковь установила 12 (25) октября празднование – перенесение из Мальты в Гатчину части древа Животворящего Креста Господня, Филермской иконы Божией Матери и десной руки св. Иоанна Крестителя.

Павел I выделил свыше 7 фунтов золота ювелиру Ф.К.Теремену, который выполнил золотую ризу Для иконы Филермо, усыпав ее драгоценными камнями. Он же изготовил и два ковчега – для десницы св. Иоанна Крестителя и частицы Креста Господня.

<<<Назад   Далее >>>

В начало раздела "Книги">>>