Логотип


Приложение №1.

ПРАВИЛА ОРДЕНА СВЯТОГО ИОАННА ИЕРУСАЛИМСКОГО,

установленные Великим Магистром Раймондом де Пюи в Иерусалиме*

{*  Печатается по изданию: Антошевский И.К. Державный Орден святого Иоанна Иерусалимского, именуемый Мальтийским в России. СПб., 1914.}

Я, Раймонд де Пюи, слуга нищих Христовых и страж Странноприимницы Иерусалимской, с предварительно рассужденным согласием братьев моих и всего Капитула утвердил следующие правила в странноприимном доме св. Иоанна Крестителя в Иерусалиме.

I. Каждый брат, который приемлется и вписывается в сей Орден, свято хранит три обета: Обет целомудрия, послушания и добровольной нищеты без собственного стяжания.

II. За веру Христианскую да стоит твердо; да придерживается всегда справедливости; обиженным да помогает; угнетенных да защищает и освобождает; язычников, неверных и магометан да гонит по примеру Маккавеев, которые гнали врагов народа Божия; да прилежит всем христианским добродетелям; да печется о вдовах и сиротах. Нарушители же сего правила да подвергаются временному и вечному наказанию.

III. В оные дни и собрания, которые в определенные времена каждой четверти года обыкновенно наблюдаем, да читается сие постановление в присутствии всех братьев.

IV. Всякий, кто обременен долгами; или сильно кому обязан правом служения, в сей Орден да не приемлется. Хотя кто и обнадежен братьями к получению креста, однако прежде, нежели облачится в орденскую одежду, да спрашивается: не вписался ли уже в другой какой Орден и не обязан ли супружеством, либо гражданскими долгами?

Ибо в случае положив, что одно из сих окажется, то таковой не может уже быть принят в сей Орден.

V. Одежду кавалерскую, черную (vestem pullam) да носит со знамением белого креста на левой стороне; сия одежда обыкновенно да будет в знак мира; в военное же время, когда должно идти на сражение, та же одежда червленого цвета с белым крестом да будет знаком войны.

VI. Никто незаконнорожденный да не приемлется в Орден, выключая натуральных детей высокоименитых и высокородных лиц и то, если таковых мать не будет раба.

VII. Так всеконечно да исключаются из сего Ордена, кто рожден от родителей язычников, т.е. от Маранов, Иудеев, Сарацын, Магометан, Турок и сих подобных, что должно разуметь и о детях таковых князей, хотя оные суть высокородные.

VIII. Равным образом, кто определился в иной какой ни есть Орден, или обязан супружеством, либо учинил человекоубийство и другие важные законопреступленья, в Орден да не приемлется.

IX. Кто желает быть принят в сей Орден, тот по меньшей мере должен иметь 13 лет своего возраста, при том был бы телом здоров, сложением крепок и здравого рассудка; также трудолюбив, терпелив и благонравен.

X. Всякий, прежде принятия в сей Орден, да докажет надлежащим образом благородство предков своих, или фамилий пред некоторыми от Приора и Капитула в обыкновенное собрание нарочно для сего отправленными.

XI. Священнослужению и Богопочитанию все братья ревностно да прилежат и вместо обыкновенного у монахов, под правилами живущих, междочасия, 150 крат ежедневно да чтут молитву Господню; в определенные времена да постятся; ежегодно 3 краты да причащаются Св. Тайнам, т.е. всегда в три торжественнейшие праздники Рождества Христова, Пасхи и Пятидесятницы.

XII. Всякий кавалер по званию своему, отправляющийся на флот в море, да исповедается прежде священнику, и таким образом, очистивши от всех мирских вещей свою совесть, да простится, сделав духовную или другое распределение.

XIII. При отправлении священнослужения и моления, в хорах близ к алтарю да не приступают, чем бы один другому не могли быть препятствием.

XIV. В том порядке, в котором всяк прежде, или после другого в рассуждении времени вступил в Орден, да ходят и садятся.

XV. В известные времена благоговейные крестные ходы да учреждают, и в оных о мире христиан и постоянном согласии, о благословении Великого Магистра и всего Ордена да призывают Бога.

XVI. О всяком усопшем кавалере 30 литургий да отправляют: в память которого каждый кавалер приносит горящую свечу с денарием.

XVII. В конвенте чрез все время поста Рождества Христова и четыредесятницы, да имеют проповеди слова Божия и поучения.

XVIII. Никому в свете да не обязуют себя клятвою; никакого военного корабля да не снаряжают без согласия и предзнания Великого Магистра; когда произойдет война между двумя христианскими государями, да не прилепляются ни к одной стороне, но всевозможно да стараются о прекращении раздора и об утверждении между ними согласия и мира.

Приложение №2.

У Л О Ж Е Н И Е

Священного воинского Ордена св. Иоанна Иерусалимского о разделении и постановлениях Ордена святого Иоанна Иерусалимского*

{*  Печатается по изданию: Черенков И. «История державного ордена святого Иоанна Иерусалимского». Воронеж, 1803.}

I. Состав ордена

Орден святого Иоанна Иерусалимского заключал в себе 3 класса: кавалеров юстицких (chevaliers de justice), капелланов конвентуальных (capellains conventuels) и сервардармов или оруженосцев (servans d armes); кроме сих были еще священники-послушники (poetres d obedience), сервандофисы или прислужники (servans d offeces) и донаты или полукрестники (les dones on demi-croix).

1. О кавалерах юстицких

В кавалеры ордена святого Иоанна Иерусалимского принимались в трех различных возрастах: в совершеннолетии, в малолетстве и из пажей Великого Магистра. Совершеннолетие считалось с пятнадцати лет, малолетство же со дня рождения до сего возраста.

Вступившие в орден святого Иоанна Иерусалимского в совершеннолетии долженствовали явиться лично в капитул или провинциальное собрание того великого приорства, в котором они родились. Проситель должен был предъявить достоверную выписку из метрических книг, засвидетельствованную епископом или викарием его, документы, объясняющие род и дворянство просителевых предков, из четырех родов со стороны матери и отца. Сии доказательства должны были простираться далее ста лет; кроме метрической выписки и доказательств о дворянстве, проситель предъявлял герб своей фамилии с красками и цветами на пергамене. Комиссары отправлялись на место просителевой родины, где тайно разведывали и посредством свидетелей, коих спрашивали под присягою о происхождении просителя и родственников его, также о собственном его поведении, летах, здоровье и способностях, равно и о том, не унизили ли просителевы родственники дворянского достоинства торговлею, переторжкою и банкирством; по исследованию доказательств комиссары приобщали к оным свое мнение с одобрением или опровержением и представляли их в Капитул или Собрание; есть ли оказывались действительными и достаточными, то отсылались за печатью великого приорства на Мальту, где рассматривались в собрании того языка, к которому принадлежало приорство, в коем проситель являлся, и если они утверждались, то таковой и принимался кавалером.

Малолетние принимались в орден с разрешением малолетства и получали на сие буллы, коими запрещалось носить им золотой крест прежде признания их на дворянство, по форме статутов, доказательств. Они также были обязаны от семнадцати до двадцати пяти лет являться в Обитель для выполнения искуса и караванов, а в двадцать шестой год – обета.

Что касается до пажей Великого Магистра, то их было 24 человека, службу Великому Магистру они продолжали до пятнадцати лет, а в шестнадцать лет совершали обеты.

Принимались в кавалеры и те, у которых по доказательствам не доставало нескольких родов с материной стороны, или рожденные от отца благородного и матери, происшедшей из простого рода. Таковые принимаемы были в орден по некоторому разрешению от Папы или Генерального Орденского Капитула и назывались кавалерами по милости (Chavaliers de grace).

Принятые в сословие кавалеров-новициатов должны были, явившись на Мальту, пробыть один год в искусе, а потом, представив от орденского маршала и прочих начальников о честном своем поведении и исполнении предписанного им статутами в точности свидетельств, просили у Великого Магистра и почтенного ординарного совета на посвящение позволения, которое баллотировалось и утверждалось оным советом. После чего воспринимали они одежду и посвящение и давали торжественно ордену обеты; но менее шестнадцати лет не допускались к совершению оных.

2. О конвентуальных капелланах

В конвентуальные капелланы принимали и не из дворян. Проситель должен был доказать, что он рожден от честных родителей, не упражнявшихся в низких ремеслах, и что сам не находился в подлом служении. Они прежде принимались клириками, от 10 до 15 лет и с разрешением малолетства. Во все время пребывания их в коллегии, кроме того, что они обучались наукам, отправляли служение в церкви святого Иоанна и не прежде были из сей коллегии выпускаемы, как по совершении двадцатичетырехлетнего их возраста. По истечении сего срока капелланское собрание делало им испытание в разных науках, а особенно в пении, и которые оказывались способными, поступали в сословие конвентуальных капелланов. Капелланы равно как и кавалеры должны были на одинаковых правилах пробыть под искусом год, а потом принять посвящение и совершить обеты. Церковные достоинства, как-то Мальтийское епископство, приора или настоятеля церкви святого Иоанна и другие орденские духовные чины им были предоставлены, и они могли достигать кардинальства, несмотря на то, что были членами военного ордена.

3. О сервардармах или оруженосцах

В сервардармы поступали с такими же доказательствами, как и в капелланы. Возраст являться в обитель, содержание искуса и время к восприятию одежды и совершению обетов, определялись, как для совершеннолетних кавалеров.

4. Священники-послушники

Принимаемы были не из подлого рода, но с доказательством законного рождения. Они потому так назывались, что находились в повиновении у Великого Приора или Командора и исправляли службу в приорствах и командорствах орденских.

5. Сервандофисы

Принимались с равными священникам послушникам доказательствами; употреблялись в Мальте и орденских приорствах к странноприимству и другим подобным при гостиницах должностям.

6. Донаты или Полукрестники

Принимаемы были Великим Магистром с доказательством об их благородстве, о беспорочном поведении, также не упражнялись в каком либо низком ремесле. Донаты совершали обеты, кои были несколько отличны от кавалерских. Должность их почти таковая же, как и сервандофисов. В сословие они принимали и женатых.

Все кавалеры и прочие члены ордена, каких бы они чинов и достоинств ни были, назывались Братиею. Они обязаны были, по совершении обетов своих, носить на мантии и других одеяниях на левой стороне из белого полотна нашитый осьмиконечный крест, который был подлинным знаком их звания, а золотой крест служил единственно им наружным украшением. Когда же кавалеры отправлялись на войну, или находились в поисках, то носили красный супервест наподобие фуфайки или далматика с большим прямолинейным крестом, означавшим герб их ордена.

II. Описание обряда при совершении обетов вступавшими в орден святого Иоанна Иерусалимского

Посвятивший себя на службу ордена святого Иоанна Иерусалимского должен был приуготовляться к тому следующим образом: исповедовавшись в содеянных во время мирского жития его грехах, приводился он в церковь, где, по выслушивании Божественной Литургии, приобщался Святых Тайн; потом будучи облачен в длинное одеяние и не подпоясан, в знак свободы, подходил к алтарю, имея в руках возженный светильник, означавший пламенеющую любовь его к Богу, и представ униженно пред воспринимавшим его братом, просил принять его в сословие братии ордена святого Иоанна Иерусалимского. Принимавший брат, внимая просьбе, делал ему многие нравоучительные наставления, утверждая его смиренно в душеспасительном намерении, объясняя ему притом, коль полезно есть посвящать себя на защищение веры и служение нищим; напоминая ему строгие постановления ордена, и внушал послушание к начальнику оного и любовь к собратии. После сего приемлющий спрашивал: в силах ли он все то выполнять? и когда в ответе сказывал, что он чувствует себя на таковые подвиги готовым, вопрошал его еще, не сотворил ли он обета в другом каком ордене? Не раб ли чей? И ежели он объявлял себя во всем от вышесказанного свободным, тогда приемлющий его брат приносил ему служебник, и посвящаемый, положа на оной обе руки, совершал обет таковой: «Я, такой-то, творю обет и обещаюсь Всемогущему Богу и Пречистой и Присноблаженной Деве Марии, Матери Божией, и святому Иоанну Крестителю соблюдать всегда с Божиею помощию истинное послушание пред каждым начальником, каковой мне дан будет от Бога и от нашего ордена, сверх сего жить в отречении от собственности и соблюдать целомудрие». По окончании сего снимал новоприемлемый со служебника руки, а принимавший его брат говорил: «Мы тебя исповедуем слугою братии нищих, недугующих и посвященных к защищению католической веры»; он же отвечал: «и я себя таковым исповедую». Потом приложившись к служебнику, относил его к престолу, клал на оной и поцеловавши престол, приносил опять служебник в знак послушания к принимавшему его брату, который: взяв мантию и показывая ему белый крест, говорил: «Веруешь ли, брате, что сие есть знамение Животворящего Креста, на нем же пригвожден и умре Иисус Христос, быв распят во искупление на грешников?», а он отвечал: «верую». Приемлющий продолжал: «сие есть знамение, которое повелеваем носить тебе всегда на твоем одеянии». По сем совершивший обет, целовал крест, а приемлющий возлагал на него мантию и с левой стороны крест, и целуя, произносил сии слова: «приими сие знамение во имя Пресвятой Троицы, преблагословенных и присноблаженных Девы Марии и святого Иоанна Крестителя, в возвращение веры, в защищение христианского имени и в служение нищим, сего ради, брате, по таковому предмету на тя возлагаем крест, да возлюбиши ты его всем сердцем твоим, да поразиши десницею твоею защищая оный и сохраниши его безвредна, понеже, если ты, сражаясь за Христа против врагов веры, обратишися вспять, оставиши знамение святого креста и от толикой праведной братии бежиши; то по правилу уставов и обрядов нашего ордена должно яко нарушитель обещания, будеши лишен священнейшего знамения креста, и яко смрадный член узриши себя изгнанным из сообщества нашего. Потом принимавший брат завязавши на шее его повязки, говорил: «Приими иго Господне, яко сладкое и легкое, под сим обрящеши покой души твоей; мы тебе не обещаем сластолюбий, но единый хлеб и воду и смиренную одежду, и приобщаем душу твою, твоих родителей и ближних к благим деяниям ордена нашего и братии нашей, тако творящей за весь мир ныне и присно ми во веки веков». И новоприемный брат гласил: «Аминь». По окончании сей церемонии целовал он как принимавшего его брата, так и всю предстоявшую братию, обнимая их в знак мира, любви и братства. После сего читаны были, совершавшими литургию, установленные на сей раз молитвы, и несколько стихов псалтири из псалмов 47 и 32; чем и оканчивался обряд принимания в орден.

III. О языках, составлявших Орден святого Иоанна Иерусалимского, особливых присвоенных им достоинствах, также о приорствах, бальяжствах и командорствах

Языки означали различные нации, из которых орден был составлен. Их считалось восемь, а именно: Прованский, Овернский, Французский, Итальянский, Арагонский, Германский, Кастильский и Англо-Баварский. Сии языки составляли главное разделение в ордене и имели в Мальте своих пилиеров, кои были так как вожди или начальники сих восьми языков и к ним присоединены были восемь великих достоинств бальи конвентуальных (boillis conventuels), то есть достоинство Великого Командора для прованского языка, и он считался первым, потому что Герард, основатель ордена, как некоторые утверждают, был из Прованса; Великий Маршал, начальник овернского языка, Великий Гостеприимник илиГоспитальер французского языка, Великий Адмирал итальянского языка; достоинство Великого Консерватора, называвшегося Драпиером для арагонского языка; Великого Бальи для германского языка, Великого Канцлера для кастильского языка и Туркополиера или генерала от кавалерии для англо-баварского языка. Со времени перемены веры в Англии Сенешал Великого Магистра занимал сие достоинство, а с 1782 года, когда учрежден в замену английского языка англо-баварский, то оное присоединено к сему языку.

Каждый язык имел приорства, бальяжства и командорства, и первые сами по себе и по привилегиям, каковые некоторые из приоров имели, были места знаменитые.

1. Прованский язык имел 2 великих приорства – Сент-Гильское и Тулузское, в первом находилось 54, а в последнем 35 командорств и бальяжство Маносское.

2. Овернский язык заключал в себе великое приорство Овернское и бальяжство Лионское. В приорстве сем считалось 40 командорств для кавалеров и 8 для сервандармов.

3. Во Французском языке находились 3 великих приорства: Французское, Аквитанское и Шампанское. В первом было 45, втором 65 и последнем 24 командорства; а сверх того 2 бальяжства; которых были почетные бальи капитулярный Морейский или командор святого Иоанна Латрана в Париже и Великий казначей или командор святого Иоанна Корбельского.

4. Итальянский язык заключал в себе: великое приорство Римское, приорства: Ломбардское, Венецианское, Барлетское, Капуанское, Мессинское и Пизское. В великом приорстве Римском считалось 19, в приорствах: Ломбардском 45, Венецианском 27, Барлеттском и Капуанском 25, Мессинском 12 и Пизском 26 командорств. К сему языку причислялись бальяжства: святой Евфимии, святого Стефана, что близ Монополи, Роселлы, Иоанна Неаполитанского, Святой Троицы Венозской, Кремонское и еще особенно бальи родового командорства святого Себастьяна, основанного папою Урбаном VIII.

5. Арагонский язык состоял из великих приорств Арагонского, Каталонского и Наваррского. Великий приор Арагонский имел в ведомстве своем 29, каталонский 28 и Наваррский 27 командорств. К языку сему принадлежали 3 бальяжства – Майоркское, Негропонтское и Капское. Титул бальи Негропонтского общий языкам Кастильскому и Арагонскому.

6. В Германском языке находилось 5 великих приорств: Германское, Богемское, Венгерское, Датское и Польское, учрежденное в 1776 году, и 2 бальяжства – Бранденбургское и святого Иосифа в Доктиции. Великий приор Германский в 1546 году императором Карлом V объявлен был князем всей немецкой империи и имел в ведомстве своем 67 командорств.

7. Кастильский язык имел 2 великих приорства: Кастильское и Португальское, в первом было 27, а в последнем 31 командорство и 5 бальяжств: Акрское, Лангонское и Лезское, Нововиланское, Лорское и Святого Гроба в Тори.

8. Англо-баварский язык заключал в себе великое приорство Баварское, бальяжство действительное трех достоинств великого приора Аглицского, бальи Эгльского и Армянского.

Итак в ордене находилось более 600 командорств, кроме приорств и бальяжств. Ими управляли не одни кавалеры, но капелланы и сервандармы, и сии последние получали оные не прежде, как исполнив все предписанное на таковой случай статутами.

Командорства по способам получения оных были троякого наименования: юстицкие, по милости и родовые.

Командорства юстицкие назывались тогда, когда приобретались правилами, предписанными в орденских постановлениях. К получению такого командорства должно было сделать на море четыре каравана или компании, прожить пять лет на Мальте и прочее.

Командорства по милости потому так именовались, что даваемы были от Великого Магистра и великих приоров по праву, принадлежавшему их достоинствам. Великий Магистр кроме своего магистрального, имел право через каждые 5 лет давать из кавалеров кому хотел в каждом приорстве одно командорство милости. Великие приоры имели таковое же в их приорствах право давать одно командорство кому-либо из Собратии, какого бы он чину не был.

Родовые командорства потому так назывались, что установлялись из своего имения потомственно в род, и первые оных установители, а по смерти их старшие сыновья именовались командорами.

Великие приоры сверх находившихся в ведомстве каждого командорств, которые были в полной их зависимости, имели особенное свое командорство, по имени коего называлось приорство.

IV. О выборах Великого Магистра

Ежели Великий Магистр был так опасно болен, что уже ни малейшей не обреталось к его выздоровлению надежды, то кавалеры, осмотрев орденскую печать и все драгоценные вещи, отдавали их на сбережение его сенешалю. По кончине погребали его со всеми приличными достоинству его почестями и избирали наместника магистерства, который вообще с Советом управлял орденом. Тот же день назначали трех из различных наций кавалеров для исследования, кто именно, и сколько из кавалеров, имевших в избрании Великого Магистра голос, должен ордену, и всем, могущим иметь в выборе сем участие, делали роспись, которую прибивали у дверей церкви святого Иоанна, равно и о тех, кои по каким-либо обстоятельствам лишались онаго.

Дабы иметь в выборе Великого Магистра голос, надлежало быть юстицким кавалером, иметь от роду 18 лет, прожить 3 года на Мальте, сделать в море против неверных 4 каравана и не быть более 10 ефимков должным орденскому казначейству.

На другой день по кончине приступали к избранию ему преемника. По данному колоколом сигналу собирался ординарный совет и весь капитул в церковь святого Иоанна, яко место, назначенное для столь важного избрания. Во время сего действия запирали церковь и городские врата и ни одному кавалеру не позволялось быть вооруженным.

Шестнадцать избирателей (из каждого языка избрано было по 2 брата), исповедовавшись и отслужив Божественную литургию, приобщались Святых тайн. Потом чинили пред Алтарем присягу в том, что они изберут на степень сию достойного и добродетелями преисполненного мужа, отходили в конклав и, запершись в оном, рассуждали беспристрастно о достоинствах каждого кандидата. Написав имена удостаиваемых, прилепляли оные к отверстиям ящика, и начинали баллотирование и большинство шаров утверждало Великого Магистра.

Таким образом избиратели окончив сие, выходили из конклава в Собрание и один из избирательных кавалеров, имея по правую сторону капеллана, а по левую сервардарма, подошед к Собранию, спрашивал: признают ли они избранного ими за главу Ордена? И когда все Собрание изъявляло на то свое согласие, то кавалер избиратель провозглашал торжественно имя избранного в великие Магистры.

Новоизбранный занимал тогда магистерское место под балдахином и по облачении в драгоценное одеяние пред алтарем при настоятеле церкви святого Иоанна, положа руку на книгу Орденских законов, чинил торжественную присягу.

По окончании сей церемонии все находившиеся при сем кавалеры по достоинствам и старшинству подходили к нему и поздравляли его с избранием, целовали у него руку с коленопреклонением.

Ежели избранный в Великие Магистры не был на острове, то отправлялся к нему от имени всего ордена с извещениями и поздравлением нарочный, а до прибытия его, большинством голосов избирался наместник магистерства.

 

 

 

V. О достоинстве, свите и доходах Великого Магистра

 

Великий Магистр был главный в ордене начальник. Он имел право назначать себе лейтенанта и сенешаля, давать чины, определять к должностям некоторым сам собою, а прочих с согласия Совета и раздавать командорства милости. 150 человек составляли его гвардию, сверх сего имел особенный при дворе своем штат. Титул Великого Магистра был «Преимущественнейший», некоторые называли его «Высокопреподобнейшим», а подданные ордену – «Светлостью», сам же именовался: «Гостиницы святого Иоанна Иерусалимского Смиренный Магистр и Страж нищих Господа нашего Иисуса Христа».

На содержание двора, стола и всего придворного штата определялись ему, как владетелю острова все с него доходы. Сверх сего получал он доходы со своего магистрального и часть с одного в каждом приорстве командорства милости, которые он раздавал, и из всех получаемых от неприятелей добыч отделялась ему десятая часть. По смерти Великого Магистра преемник его не мог ничего получать из имения своего предшественника, кроме серебряной посуды весом до 600 марков; ибо оставшееся брали в орденское казначейство. Великий Магистр имел также право бить разного веса монету, которая употреблялась на острове. На одной стороне изображалась глава Иоанна Крестителя, на другой – герб и имя Великого Магистра с надписью: «non als, fed fides» – «не деньги, но вера».

 

VI. О бальи

 

В ордене находились троякого наименования бальи: конвентуальные, капитулярные и по милости.

 

О должности бальи конвентуальных

Бальи конвентуальные потому так назывались, что они имели всегдашнее пребывание в конвенте, то есть Обители. Они, будучи вождями или начальниками восьми языков, в советах занимали первые места, должности их были следующие:

1. Великий Командор имел в ведомстве своем общественное орденское казначейство, казенную палату со всеми принадлежащими к ней доходами, получаемыми с командорств респонсиями, пошлинами при принятии в орден, выморочными и пустопорожними. Он был в них первым присутствующим. Под главным смотрением его находилась церковь святого Иоанна, больница и Арсенал.

2. Великий Маршал начальствовал над всеми кавалерами, исключая кавалеров Большого Креста и капелланов. Во время войны вверял он Орденское знамя одному из кавалеров, кого избирал достойным. Когда же находился на море, то начальствовал не только над галерным генералом, но и великим орденским адмиралом.

3. Великий Госпитальер, Гостеприимник или Надзиратель имел в смотрении своем госпиталь с находившимися при нем чиновниками. Главная его должность состояла в том, чтоб особенно пещися о больных, осматривать оных и стараться о их выздоровлениии в нуждах оказывать им пособие.

4. Великий Адмирал имел орденский флот, вооружения оного и гавани в полном своем распоряжении.

5. Великий Консерватор присутствовал при счетах, отдаваемых в орденское общественное казначейство. В ведении его были все расходы ордена, сверх сего обязан он был одевать орденское войско.

6. Великий Бальи германский, глава сего языка, дол–жен был ежегодно сам, или чрез посланного, обозревать остров Родос, и находившийся в Карии замок святого Петра, а будучи в Мальте, осматривал он укрепления Цитенотабля и острова Гоццо.

7. Великий Канцлер присутствовал при запечатывании булл, подписывал подлинники и хранил орденскую печать.

8. Туркополиер или Генерал от кавалерии командовал орденскою конницею.

В сословии конвентуальных бальи включали епископа Мальтийского и настоятеля церкви святого Иоанна, кои занимали в капитулах и советах первые места. В достоинства сии поступали из капелланов каждого языка. Первый начальствовал только над духовенством островов Гоццо и Мальты, а последний управлял всеми находившимися в орденских владениях духовными и имел в каждом приорстве своих викариев.

Из восьми конвентуальных бальи долженствовало по крайней мере находиться четыре на острове, и с оного без дозволения совета не мог ни один отлучиться.

 

О бальи капитулярных

Капитулярные бальи хотя и не обязаны были иметь всегдашнего пребывания на Мальте, однако ж не могли держать Генерального капитула без их присутствия. Они долженствовали также заседать в провинциальных капитулах после великих приоров.

 

О бальи по милости

Бальи по милости жаловались за оказанные ордену услуги от папы или Генерального капитула. Они будучи кавалерами Большого креста, находясь на Мальте, занимали места в капитулах и прочих орденских собраниях.

Сверх сих орденских чинов находились еще следующие: орденский вице-канцлер, генерал-прокурор, галерный генерал, прокуроры языков, комиссары над строениями укреплений, губернаторы Гоццо, Сент-Эльмо, Святого Ангела, города Борго, Риказоли, полуострова Сангля, капитан Валетты, комиссары военные, прислужники или надзиратели больницы, аудиторы при счетах, контролеры, юрисконсульты или адвокаты прав и прочие.

 

 

VII. О Генеральном капитуле

 

Великий Магистр, хотя и главный в Ордене начальник, не мог однако ж ничего предпринимать без Генерального Капитула или Орденского совета. В древние времена Капитул собирался чрез каждые 5 лет, но в последствии времени через 10 и 100 лет. В Капитуле присутствовали Великий Магистр, приоры и бальи по старшинству. По отправлении литургии Святому Духу, исповедовавшись и приобщась Святых Тайн, чинили все торжественную присягу в том, что они поступать будут и судить о делах без всякого пристрастия. После сего каждый язык отделялся в церкви святого Иоанна в свой придел и избирал из заседавших двух опытных человек, что составляло из восьми языков шестнадцать особ. Сии избранные давали пред Великим Магистром и Капитулом присягу в том, что они беспристрастно учреждать и постановлять будут все касающееся до пользы Ордена; а Капитул, вручив им полную власть, обещался принять свято все их постановления.

 

 

VIII. О Советах орденских

 

В Ордене находились четыре совета – ординарный, полный, тайный и уголовный.

1. В ординарном совете присутствовали Великий Магистр, его лейтенант, мальтийский епископ, настоятель церкви святого Иоанна, восемь конвентуальных бальи или их лейтенанты, провинциальные приоры и капитулярные бальи, находившиеся на острове Мальте, орденский казначей или его лейтенант и сенешаль Великого Магистра, но еще два последние не имели решительных голосов. Совет сей утверждал принимание в кавалеры, распределял раздачею командорств и пенсионов и решал прочие важнейшие дела.

2. Полный совет ничем не отличался от ординарного в чиновниках его, кроме, что здесь в числе сочленов находились два старшие кавалеры из каждого языка и вице-канцлер, который присутствовал также и в ординарном совете. В полный совет поступали на рассмотрение дела, решенные в ординарном и уголовном совете.

3. В тайном совете рассматривались дела политические, требовавшие скорого решения.

4. В уголовном совете производились дела уголовные о преступлениях кавалеров и прочих чинов ордена и о лишении одежд.

Великий Магистр или его лейтенант непременно должен был присутствовать как в первых двух, так и последних советах. Он предлагал совету существо дела и имел два голоса, в случае же равенства оных, своим голосом утверждал решение.

 

 

 

 

Приложение №4.

 

ЖАЛОВАННАЯ  ГРАМОТА

 

императора Карла V Ордену святого Иоанна Иерусалимского на владение островом Мальтой*

 

 

{*  Печатается по изданию: Лабзин А.Ф., Фахрушев А. История ордена святого Иоанна Иерусалимского. СПб., 1799.{

 

 

«Божиею милостию Мы, Карл V, император Римский, всегда августейший, и прочая, и прочая, и прочая, – благородным рыцарям святого Иоанна Иерусалимского наше благоволение и дружелюбие.

В поправление и восстановление монастыря, гостиницы и ордена святого Иоанна Иерусалимского, и дабы почтеннейший Великий Магистр и возлюбленные сыны Наши приоры, бальи, командоры и кавалеры помянутого ордена, по потере Родоса, быв выгнаны из оного силой турецкою после страшной осады, и ныне странствуя многие годы, могли утвердить постоянно себе жилище, спокойно отправлять службу звания своего на общую пользу христианской республики, и употреблять силы свои и оружие противу вероломных врагов святой веры, из особенного Нашего благоволения к сему ордену восхотели Мы добровольно дать им убежище, где бы они могли обрести постоянное себе пребывание и не были бы принуждены скитаться из одной страны в другую.

Того ради силою и властию настоящей грамоты Нашей, с ведома Нашего и с Нашей Королевской воли данной, по зрелом рассуждении и по собственному Нашему побуждению, уступили Мы и добровольно даровали за себя и за Своих преемников и наследников Королевств Наших, на вечные времена помянутому честнейшему Великому Магистру того ордена и помянутому ордену святого Иоанна Иерусалимского в ленное благородное, вольное и свободное владение город Триполи и острова Мальту и Гоццо с замками, городками и со всеми землями ведомства их, со всеми правами собственности, господствия и владычества во отправление верховного суда, с правом жизни и смерти над жителями мужеска и женска пола, ныне обретающими, или кои впредь обитать там будут, на вечные времена, какого бы чина, звания и состояния они не были, со всеми прочими обстоятельствами, принадлежностями, изъятиями, привилегиями, доходами и другими правами и вольностями.

С условием однако ж, чтобы они и впредь признавали сии владения за ленные короны Нашей Сицилийской, и преемников Наших в сим Королевстве, сколько оных будет, не обязуясь ни к какой другой повинности, кроме присылки в день Всех Святых сокола, которого должны они чрез поверенных своих с добрым препоручительством представлять ежегодно вице-королю, или президенту, или кто тогда управлять сим королевством будет, в знак признания их сих островов за ленные Наши. По учинении сего они пребудут свободны от всякой Нам службы военной и другой, какою ленные владельцы повинны главным владетелям. С условием также, чтобы при каждой перемене короля, они присылали послов к преемнику его, для требования и получения от него на помянутые острова инвеституры, как-то обычай есть в таковых случаях.

Тот, кто будет тогда Великим Магистром, обязан также при получении инвеституры дать от своего имени и от имени всего ордена присягу в том, что они не попустят в помянутых городах, замках, городках и островах приключиться какому-либо вреду, ущербу или оскорблению Нас, Наших владений, королевств и государств, ни Наших и преемников Наших подданных, как на море, так и на сухом пути. Напротив того, будут подавать помощь противу всех, кто бы причинил, или кто бы захотел причинить им вред. Если же кто из подданных Королевства Сицилийского убежит на который либо из помянутых жалуемых островов, то по первому требованию вице-короля, президента или первого гражданского чиновника того королевства должны они выслать таких беглецов; а тех, кои обвиняемы будут в оскорблении Величества, или в преступлениях еретических, выдать по требованию вице-короля в его руки.

Сверх сего соизволяем Мы, чтобы право постановления в мальтийские епископы оставалось, как и ныне, на вечные времена принадлежащим наследникам Нашим в Королевстве Сицилийском, а также, чтобы адмирал орденский был из языка и народа итальянского.

Когда орден, если то Богу угодно будет, возвратит себе остров Родос, и по сей, или другой причине должен будет оставить сии острова и городки, то он не может отдать или сделать передачу сих островов и городков никому без особенного согласия и дозволения того владетеля, от которого он имеет оные, яко ленное владение.

Орден может пользоваться в продолжение трех лет артиллерией и военною амунициею, ныне в замке Трипольском находящимися, на таком условии, что он сделает всему опись и объявит, что имеет оные для защиты токмо сего города и под образом ссуды, обязуясь по истечении трех лет возвратить оное обратно, разве Мы по благоволению Нашему и из особенной милости за благо признаем продлить срок сей.

Напоследок все жалованья Наши и милости, дарованные Нами каким либо людям в тех местах на время, или в вечное и потомственное владение, в награду за какую-либо услугу, или по какой другой причине, останутся непременны и ненарушимы.

Под сими токмо выше изъясненными и определенными условиями, а не инако, уступаем Мы и отдаем помянутые острова и городки в ленное владение Великому Магистру и ордену, самым выгоднейшим и торжественным образом, как только представить можно, и соизволяем, чтобы они имели оные, владели оными и пользовались всеми правами власти беспрепятственно на вечные времена. И тако Мы отдаем, уступаем и вручаем Великому Магистру и ордену на помянутых условиях все принадлежности, наименования, права имения и лица в том же образе, в каком Мы доныне владели оными без всякого прикосновения.

На сей конец сим повелеваем и силою власти Нашей предписуем всяким людям обоего пола, какого бы звания и состояния они не были, ныне в помянутых городах, островах, землях и замках обитающим, или впредь обитать имеющим, признавать оного Великого Магистра и орден святого Иоанна Иерусалимского за точных и полновластных своих государей, за законных владетелей помянутых островов, городов и замков, и по сему оказывать им всякое повиновение, каковым верные подданные обязаны своему государю, так как и давать присягу в верности, по обычаю в таковых случаях.

Повелеваем сверх того, и силою власти и могущества Нашего предписываем всем Нашим именитым, благородным, верным и любезным советникам, вице-королю и генерал-капитану дальней Сицилии, великому юстициарию и его наместнику, всем судебным местам Королевства Нашего, казнохранителям и интендантам, казначею, блюстителю королевского наследия Нашего, фискалу, всем комендантам крепостей, начальникам над портами, секретарям и вообще всем Нашим чиновникам и подданным помянутого Королевства Нашего, и особенно помянутых островов и города и замка Триполи, настоящим и впредь будущим повиноваться сей добровольной жалованной Нашей грамоте во всех ее пунктах под опасением гнева Нашего и под штрафом 10000 унций серебра в казну Нашу.

 

Дана в Кастель Франко 24 марта,

индикта III, в лето от Р. Х. 1530,

императорского избрания Нашего 10».

 

 

 

 

 

Приложение №5.

 

АКТ  ПРИСЯГИ,

 

учиненной послами мальтийскими вице-королю Сицилийскому

29 мая 1530 года*

 

 

{*  Печатается по изданию: Лабзин А.Ф., Фахрушев А. История ордена святого Иоанна Иерусалимского. СПб., 1799.}

 

«Мы, брат Гугон де Канон, знаменосец и генерал-капитан над галерами святого Ордена Иерусалимского, и брат Иоанн Бонифатий, бальи монастырский и генерал-казначей помянутого ордена, поверенные и послы пресветлейшего и всечестнейшего господина брата Филиппа Вилье де Лилль-Адана, Великого Магистра священного дома Гостиницы святого Иоанна Иерусалимского и всего орденского капитула, как за него, так и за всех преемников достоинства его, за весь орден и за самих себя.

Превосходительнейший господин дон Гектор Пиньятелло, герцог Монтелеонский, вице-король и генерал-капитан здешнего Королевства дальней Сицилии и прилежащих к ней островов, яко представляющий особу Его Императорского и Католического Величества Карла, и королевы Иоанны, матери Его, Светлейших Короля и Королевы Сицилийских! Мы клянемся пред вами и даем вам обыкновенную присягу в верности, и обещаем перед Богом, крестом Спасителя нашего Иисуса Христа, и возложа руки на Евангелие Его, именем пославших нас и нашим собственным, соблюдать и признавать согласно с условиями, содержащимися в жалованной грамоте, пожалованные ныне помянутому Великому Магистру острова Мальту и Гоццо и город и замок Триполи за ленные, благородные, вольные и свободные владения Его Императорского Величества и светлейших королей и преемников после них в помянутых королевствах, и наблюдать и хранить все то, что пространно упомянуто в оной жалованной грамоте и привилегиях.

Учинено в присутствии господина Франциска Дельбоска, барона де Балида, королевского наместника в звании великого юстициария сего королевства, благородных дона Антонио де Болонья, Джиролала ди Фалша, членов Верховного Суда, Иакова Бонанно, казначея, Иеронима де ла Рокка, королевского наместника в казначействе и многих других».

 

 

 

 

Приложение №6.

 

Григорий КРАЕВСКИЙ

 

Краткое топографическое, историческое и политическое описание острова Мальты и Державного Ордена святого Иоанна Иерусалимского

 

(извлечения)*

 

 

{*  Печатается по изданию: Краевский Г. Краткое топографическое, историческое и политическое описание острова Мальты и Державного Ордена святого Иоанна Иерусалимского. СПб., 1800.}

 

Обряд избрания Великого Магистра на Мальте

 

«После смерти Великого Магистра избирался наместник великого магистерства, собирался совет, которого определение, представленное в общий капитул, должно было быть оным утверждено.

На другой день сходился обыкновенный совет и весь общий капитул в Храм святого Иоанна, яко место избрания Великого Магистра. В продолжение сего действия избрания запирали храм, причем ни одному кавалеру не было позволительно быть вооруженным. Продолжали избирание до 16-ти особ, то есть по 2 брата от каждой нации.

Оные избиратели тотчас удалялись от всего собрания в конклав, который за ними тотчас запирался, записывали имена избираемых, и применяли оные к отверстиям ящика баллотирования, и потом каждый из избирателей опускал избирательные или неизбирательные шарики в оной ящик; по открытии которого большинство шариков утверждало Великого Магистра.

 

 

Краткая выписка из обряда, который прежде у кавалеров святого Иоанна Иерусалимского наблюдаем был при вступлении их в орден

 

Посвящающий себя на службу и подвиги в оном ордене, приводился в церковь, где во-первых давали ему в руки горящую восковую белую свечу, означающую любовь к Богу и ближнему; которую он держа становился пред Алтарем на колени, и одет в длинное платье, не подпоясанное в знак свободы, просил, у кого следовало, о принятии себя в оной. Тогда во имя Отца и сына и Святого Духа принимал позлащенный меч с тем, чтобы им защищать католическую веру, отражать и усмирять неприятелей, прощать покорившихся, и представлять себя самого, если надобно, за веру на смерть. Потом препоясывали его шарфом в знак хранения целомудрия, и вынув из ножен меч, ударяли оным по плечу три раза, в напоминание бедствий, которые за честь Христову претерпевать должно. Сам вступающий, взяв тот меч от рук кавалера, три раза оным прокалывал воздух, каковыми движениями давал знать, что он врагов благочестивой веры вызывает на брань во имя Пресвятой Троицы. После сего отерши меч об свое плечо, влагал его в ножны, что было знаком, что он чужд будет всех пороков. Два кавалера надевали ему на сапоги золотые шпоры; тогда же поучался в том, чтобы непрестанно стремился ко всяким достохвальным делам, злато попирал бы ногами. Потом опят зажег свечу и взяв оную в руку, слушал слово Божие и священную литургию. На конец вопрошаем был – не обязан был тяжкими долгами, не женат ли, не дал ли обета жить в другом ордене? Дав пристойные на то ответы с признанием, поступал в чин, то есть на сторону, где стояли кавалеры. По окончании сего действия, брал в руки книгу Служебник, на котором во всем вышеописанном торжественно клялся три раза, относил оной к Алтарю; а после вручения его тому, от кого кавалерские знаки принял, делался соучастником всех привилегия и индульгенций, каковые римские первосвященники предоставляли тем кавалерам. Тогда представляется ему мантия, каковую носят кавалеры.

При принятии восьмиконечного креста из чистого полотна, напоминаемо ему было о непринужденном пролитии своей крови в защищении от врагов христианских пределов и в прогнании оных. Напоследок по возложении на шею его верви, означающей (...) Господне, отпускался с миром восвояси.

При вступлении в орден герб кандидата фиксировался в первоначальном виде, без каких-либо кавалерских знаков. С принесением обетов и получением членства в Ордене кавалер приобретал право помещать соответствующие атрибуты в своем гербе.

 

 

О свите Великого Магистра

 

Когда Великий Магистр торжественно выходил из своих чертогов, то сопровождался знатнейшими кавалерского ордена особами с отличным великолепием. Перед ним шло около 300 кавалеров разных языков стройным и чинным порядком, одетым в кавалерское платье: за сими шел один кавалер с жезлом, золотыми гроздьями и кругами украшенным наподобие скипетра. После того поближе к Великому Магистру кавалеры Большого креста, советники, командоры и прочие знатнейшие чиновники, с белыми на грудях и плащах восьмиконечными крестами всяк своего степени. За оными шествовал Великий Магистр, облачен в черно-червленовидную порфиру. Порядок заключали опять кавалеры Большого креста и другие знатнейшие и важнейшие кавалеры».

 

 

 

 

Приложение №7.

 

Путешествие на остров Мальту стольника П.А.Толстого

в  1698 году*

 

{*  Печатается по изданию: Путешествие стольника П.А.Толстого по Европе 1697–1699. М.: «Наука», 1992 г.}

 

 

«...Июля в 8 день нанял я себе филюгу, дал за нее от Неаполя до Мальтийского острова и от Малты од Неаполя, и в Малте за тое ж платою стоять 15 дней – всего 100 шкудов неаполитанских, того будет 40 золотых червонных. На той филюге 1 чилиота да 8 человек маринеров. И поехал я июля в восьмой день из Неаполя до Малту в той помяненной филюге в шестом часу дни...

 

[...]

Под тем городом видели мы две галеры малтийские, которые ездят всегда по Медитеранскому морю от Малту до Цицили, и от Цицилии до Малту, и кругом того Цицилийскаго острова. Те галеры, ходя, ищут того, где б могли наехать турецких людей; и ежели где найдут, тут с ними бьются, буде им будет в силу, в каких бы судах турки ни были, для того чтоб ис Цицилии до Малту, также из Малту в Цицилию проезд был християном свободной. Однако ж в тех местех турков бывает всегда много в галиотах, и в галерах, и в караблях, и в тартанталах, и в фустах, и в филюгах, и в ыных судах; а паче много бывает турков в том месте, где переезжают от Цицилии до Малту; чрез море того места есть от Цицилии до Малту 80 миль италиянских.

Потом приехали к городу Адаволе на том же Цицилийском острову: стоит при море на ровном месте блиско гор, строение в нем все каменное, город неболшой; от Сиравозы 20 миль итальянских. Около того города по горам и по ровным местам много есть пашни, где сеют пшеницы, есть и сенакосные места. Под тем городом мы начевали. В том городе много живут рыболовов, которые ловят в море великие и малые рыбы и солят в кадях, а иные валят соленые ж рыбы и отвозят продавать в Ми–сину и в ыные городы, которые суть на Цицилийском острову. Под тем городом встретили мы одну филюгу, в которой ехали гишпанцы; и сказали нам, чтоб мы ехали в Мальт опасно, для того что они видели блиско того города 4 корабля турецких. Также и жители того города нам сказывали, что они всегда видают блиско своего города турецких людей и сего июля 14-го видели под своим городом три карабля турецких, которые ходят по Медитеранскому, то есть по Белому, морю и смотрят, где б могли поймать христиан, проезжих ис Цицилии до Малту – и всегда турецкие люди на Малтийской дороге бывают и добываются.

Июля в 16 день. Рано ис-под того города управясь, мы пошли от Цицилийскаго острова до Малтийскаго чрез море, а Цицилия почела у нас быть вправе. Потом поровнялись против города, которой называется Маникара, от города Адавола 8 миль итальянских. Тот город на Цицилийском же острову стоит при море в полугоре; строение в нем все каменное; около ево есть пашни, по которым сеют пшеницы.

Потом приехали к одному малому островку, которой гишпанцы называют Капо-Пасаро, а турки тот остров называют Капо-Деоро, то есть Голова Золотая. Для того так ево турки называют, что около ево туркам бывает часто добыча. На том острову построена у гишпанцов одна каменная башня; в той башне всегда живут гишпанских салдат 15 человек з женами и з детми для сторожи, а присылаются те салдаты с Цицилийскаго острову из города Палермы и переменяются погодно. Тем салдатам пятнадцати человеком турецкие люди, которые приходят в караблях и в ыных судах, никакие шкоды учинить не могут, для того что построена та башня, в которой те салдаты сидят, изрядною крепостию. От вышеписаннаго города Маникара до того острова, которой называется Капо-Пасаро, то есть Голова Прохожая, 12 миль итальянских.

Под тем островом наехал я две галеры малтийские и, приехав я к тем галерам, взошел на одну галеру, которая называется по-гишпански Нунцията, а по-словенску под знаком образа Благовещения Пресвятыя Богородицы. На той галере капитан и ковалеры малтийские приняли меня с великим почтением и достойные человеческому видению вещи на той галере мне все с охотою показывали; потом подчивали меня кефою и говорили о том, чтоб я на той галере ехал с ними до Малту; и я того учинить не похотел, для того что те галеры имели стоять под тем островом еще от сего числа 8 дней.

И в том часе, как я на той галере был, пришла к капитану той галеры ведомость, что пришли блиско тех галер 3 корабля турецких великих, на которых было по 60 пушек на каждом, также и многолюдны гораздо. И в том часе те галеры обе пошли в крепкие места за остров, для того что выттить к тем караблям на моря не могли за малолюдством: всего на тех галерах было по сту по девяносто человек салдат да по двенатцати человек кавалеров малтийских, а галиотов, то есть работников, по 300 человек, которые веслами гребут: у всякаго весла по 6 человек. И стали те галеры за островом ожидать тех вышепомяненных турецких кораблей, а меня в моей филюге тех галер капитан поставил перед галерами своими на стороже, от галер верстах в трех. И так устрояся и ополчася, как надлежит быть готовым судам морским к бою, стояли мы до 12-го часа того дня; а те вышеписанные турецкие карабли увидели мы от себя верст за 10; а потом помалу те карабли подавались морем, против нас заезжая. И от галер к тем караблям капитан посылал в барке малых людей осмотрить подлинно; и те люди, приехав, нам сказали, что те карабли идут по морю к нам мимо того помяненнаго острова Капа-Пасара. А для того те карабли медленно к нам шли, что ветр им был противной, толко у них было распущено на корабле по 2 паруса.

А малтийские вышеписанные галеры для того на моря и ходят, чтоб где съехатся с турецкими людми и бится. А с теми караблями свободно, выехав на великое море, бится не могли, для того что на тех караблях турков и пушек зело было много. Однако ж те галеры от них не побежали, а стояли, ожидая их, блиско помяненнаго острова; также и я в своей филюге, где был поставлен на стороже, с того места бес повеления капитанскаго не уступил. А на земле был же караул с моей филюги, которой смотрил на те карабли, чтоб совершенно могли познать, как те карабли придут к нам в меру к бою. А на том карауле многие часы стоял я сам да и того смотрел, что и по другую сторону земли был один порт, то есть пристанище, от того места, где мы стояли, в одной версте или ближе, и если б те турецкие карабли в тот порт вошли, и малтийские б галеры, также с ними и я, стали б над ними чинить промысл, как можно.

И те карабли в тот порт не пошли, а шли великим морем. И на первом часу ночи почали к нам кричать с вышеписаннаго острова, которой называют турки Капо-Деоро, караулщики, чтоб мы скоро приехали в своей филюге к той фортеце, для того что те вышеписанные карабли турецкие подкрались к нам из-за земли в одну версту. И капитан с галер прислал ко мне двух мариеров берегом пеших, велел мне с того места в филюге своей к галерам. И я по капитанскому приказу в филюге своей приехал к ево галере; а те галеры отдалися в море для того, что чаяли от тех каралей малых барак в ночи к берегу для добычи и, ежели бы те турецкие барки к берегу подошли, чтоб их от берега в море не выпустить.

И так мы тое ночь стояли всю, и караулы были поставлены от галер, как надлежит; а одное филюгу, а в ней 8 человек, капитан от галер послал тайно под те карабли для подлинной ведомости, в которые места пойдут или где будут стоять, для того что за ночным мраком караблей турецких не видно.

Июля в 17 день. Поутру рано, осмотря, что турецких караблей блиско нас нет, пошли мы в своей филюге подле берега и встретили тое барку, которую посылал капитан от галер осматривать вышепомяненных турецких караблей. Ис той барки посылные люди мне сказали, что тое ночи турецкие карабли пошли на полдень.

И мы паки пошли подле краю Цицилийскаго острова в филюге своей и пришли до одного места, которое называется Лятора-Пуцала, на том же Цицилийском острову. В том месте Лятора-Пуцеле на берегу морском при самом море построена каменная башня высокая изрядной крепостию. Около той башни малое строение каменное и каплица, то есть малая западная церковь. В том же месте живут 12 человек салдат з женами и з детми для сторожи от турецких людей.

Не доезжая сего места, наехали мы на море одну тартану, от которой к нам приезжали в барке мариеры и сказали нам, что тое ночи вышеписанные турецкие карабли прошли мимо их тарты и пошли на полдень в те места, которыми месты надлежит мне в своей филюге ехать через море от Цицилийскаго острова к Малту. И стояли башни, на которой та сторожа стоит, усмотрели мы те вышеписанные турецкие карабли: стояли они в одном порте от нас в десети верстах.

И мы дожидались ночи, хотели иттить через море до Малтийскаго острова ночью, чтоб пройтить мимо тех ветр великой, нашему надлежащему пути в противность, и во всю тое ночь тот ветр не престал, затем мы той ночи в Малт пойтить через моря не могли, а стояли тое ночь при той вышеписанной стороже.

Июля в 18 день. Поутру рано, осмотря мы, что те вышеписанные карабли турецкие из вышеписаннаго порта пошли, и мы также с того места, где начевали, пошли ж подле берега Цицилийскаго острова и пришли к одному месту, которое называется Санкт-Петро, то есть святаго Петра, на том же Цицилийском острову. В том месте пристанища малым судам, а жилье самое малое; от Лятора-Пуцала 6 миль италиянских. В том пристанище святаго Петра наехали мы филюгу, которая хочет иттить до Малтийскаго острову. В той филюге мариеры сказали нам, что они в своей филюге того вечера пошли было через море на Малтийской остров и, отшед от пристани святаго Петра 30 миль италиянских, поворотились назад, для того что заступили им дорогу те вышеписанные турецкие карабли и в Малт они на филюге своей дойтить не могли. И стояли мы в том месте, в пристанище святаго Петра с того дни до 12-го часа, смотрели тех вышеписанных турецких караблей, где бы могли их видеть, и не могли нигде усмотрить.

Потом, за 4 часа до ночи, положа упование на Бога, от того помяненнаго пристанищи святаго Петра мы пошли от Цицили через море к Малтийскому острову на веслах, для того что ветру никакого не было. И вышеписанная филюга, которая поворотясь и с 30 миль от турецких караблей стояла в пристанище святаго Петра, пошла ис того пристанища до Малту с нами вместе и на дороге от нас осталась, для того что была тяжело нагружена льдом и за нами поспеть не могла. И так мы того дни до ночи и 3 часа ночи шли на гребле, а в 4-м часу ночи припал нам ветр не добре великой, однако ж к Малту способой, и мы на филюге своей, подняв 2 паруса, побежали.

А в той ночи зело было пасмурно и звезд видеть было невозможно; и которая звезда потребно было нам видеть, тое звезду заслонило тучею, и видеть нам ее было невозможно. А патрон, то есть началник филюги нашей, во мраке ночном с праваго пути мало позбился, что я видев, доволно с ним говорил в противность и мнил то, что он делает с лукавства и хочет меня завесть в Барбарию, то есть во Арапы. Потом тот патрон познал сам, что не так идет, как надлежит ехать к Малту, просил меня о том, чтоб я путь к Малту добро, и во всю ночь бежали мы на двух парусах до самаго свету, и на первом часу июля 19-го дня увидели перед собою Малтийской остров, за что меня патрон филюги нашей зело благодарил, что управился путь наш прямо к Малту.

В том же часе, не доезжая до Малту за 10 или болши миль италиянских, съехались мы с турецким великим караблем. И увидели ево от себя в далном разстоянии и не познали: чаяли, что тартана християнская из Малту идет. А турки, с того карабля увидев нашу филюгу, поворотили парусы к нам, а ветр был им на нас мало способной. И как тот карабль набежал на нас блиско и мы увидев, что то карабль, а не тартана, и суть неприятелской, почели мы подаватися к Малту. А тот карабль почал за нами правится и уганять нас, и гнался за нами 3 часа с лишком, перенимая нам дорогу к Малту. И мы, видев, что тот карабль нас уганяет и к Малту мы от него уже итить не можем, вскоре на филюге своей парусы переворотили под ветер, и почали мариеры гресть веслами, и пошли к тому караблю в противность, умысля то, чтоб нам тот карабль проплыть вскоре за ветер. И так при помощи Божией, встречу того карабля ехав, проминули ево зело в близости.

И как увидели турки, что филюга наша пришла против их карабля в меру пушечной стрелбы, начали стрелять ис пушек; а потом, как еще ближе поровнялись мы с кораблем их, и они стреляли из мелкаго ружья по нас; однако ж Господь Бог нас пощадил: никого не убили и не ранили. И как увидели турки, что мы карабль их проминули за ветер и не могут они нам уже ничего учинить, паче ж что пригнались за нами в Турини, блиско самаго Малту, и опаслись, чтоб от Малту не было на них каких людей, скоро от нас поворотились и побежали в моря. А мы, невидимою силою Божиею свободясь от тех псов-босурман, приехали в Малт в добром здаровье.

 

 

 

[ВАЛЛЕТТА]

 

Июля в 19 день. В 5-м часу дня приехал я в Малт и въехал под городом Малтом в малтийской порт, то есть в пристанище, где, не допустя нашей филюги до берегу сажен за 50, встретил нас в барке один человек и взял у меня мои пашпорты, то есть проезжие листы, которые я взял себе из Неаполя. И с теми моими проезжими листами тот человек поехал от меня на берег, а нам до указу к берегу приставать не велел; и мы стояли подле берега один час. Потом тот же человек, которой у меня проезжие листы взял, паки ко мне приехал и сказал мне, чтоб мы свободно к берегу приставали и в город бы шли поволно.

И я, ис филюги вышед, пошел в город Малт и стал во астарии, которая называется Делореа. В той астарии патрон, то есть хозяин, породою француз, доброй человек, порядился со мною за полату, в которой мне стоять, и за постелю, на которой мне спать, и за пищу (за обед и за ужину) платить мне ему по получервонному золотому; а салдат, которой со мною был, ел особо и за пищу свою и за постель платил особо. И отвел мне тот хозяин полату изрядную, где спать, и в ней кравать з завесом и с постелею чистою; также в той полате стол и кресел и стулов доволно; да другую полату отвел мне, где есть, великую и кормил меня изрядно. И того дни я ис той астарии никуды не ходил, для того что еще сам не осмотрился и никакого себе в Малте знакомца не сыскал.

Июля в 20 день. Поутру послал я до двух кавалеров малтийских с листами, которые листы до тех вышеписанных кавалеров писал адин малтийской же кавалер из Неаполи, и просил их о том, чтоб они явились ко мне любовны и показали б ко мне всякую ласку. Ис тех помяненных малтийских двух кавалеров один, которой называется Иосиф Маноель Палявичина, тотчас ко мне пришел, и сидел у меня время доволное, и сказал мне, что он об моем приезде в Малт сего числа объявит гранмайстеру, то есть началнику малтийскому, и, что от него обо мне будет приказано, о том обещал мне в ведомость учинить. А другой малтийской кавалер, х которому было обо мне писмо из Неаполя от помяненнаго кавалера, того числа ко мне не пришел, для того что он гораздо стар и болен; а есть кавалер великой, один из тех, которые называются гранкруцы: те носят великие кресты белые, нашиты на черных епанчах на плече, и под гранмайстером малтийским первые люди.

И сего утра я из остарии, в которой стоял, никуды не ходил. А по обеде сего числа гранмайстер малтийской прислал ко мне корету свою и того помяненнаго кавалера Иосифа Маноеля. И просил меня тот кавалер от граммайстера, чтоб я в той карете приехал к тому гранмайстеру в дом; и я в той корете ко гранмайстеру в дом приехал. И дом ево великой, много на нем полат строения каменнаго, изряднаго. И взошел к нему в полаты по круглой леснице, которая зделана предивным мастерствои и зело широка и пространна. И вверху перед полатами стоит караул – салдат человек з 20.

Потом вошел в сени зело великие, изрядным мастерством зделаны; в тех сенях стоят гранмайстеровы камареры, то есть ево домовые люди. Потом вошел в полату зело великую, длинную; та полата будет сажен 15 3-х аршинных или болши, убрана изрядно, обита вся камками червчетыми, изрядными, а поверх обою под подволокою убрана писмами италиянскими, предивными. В той полате зделано у передней стены место гранмайстерово, и над тем местом зделан болдахин изрядной. Ис той полаты вошел в другую полату; та полата менши первой, однако ж велика, во все стены ровной меры, также обита вся камками червчетыми; и в той полате место гранмайстеру зделано под изрядным же балдахином. Ис той полаты вошел еще в полату невеликую, также вся обита червчетыми ж камками. В той полате встретили меня кавалеры малтийские и приветствовали изрядно.

Потом вошел еще в полату, в которой сам гранмайстер стоит осередь полаты; та полата обита вся камками ж червчетыми. И как я в тое полату вошел, и гранмайстер подступил ко мне и, сняв шляпу, кланялся мне; и говорил так: я-де себе почитаю за великое счастие, что ты-де, великаго государя человек, из далных краев приехал видеть охотою мое малое владетелство, сей Малтийской остров. Также и я ему кланялся благодарствовал за ево к себе любовную приемность и просил ево о том, чтоб он мне дал поволность на Малтийском острову смотрить всяких вещей, что надлежит фарестиром, то есть иноземцом, видеть; на которое мое прошение с охотою мне позволение дал и велел тому помяненному кавалеру Иосифу Маноелю возить в своей корете, где я похочу смотреть чего видеть, и велел мне все показывать, чего похочу смотрить, и для того дал мне свою корету.

По тех разговорах просил меня той гранмайстер, чтоб я надел шляпу, и сам он свою шляпу надел также; и я, свою шляпу надев, разговаривал с ним стоя. А при нем был один кавалер в той полате, где я с ним стоял, да другой кавалер, тот, который со мною приехал, Иосиф Маноель; а те кавалеры, которые меня встретили, в другой полате были, а ко гранмайстеру в полату по обыкности своей не входили. И как по разговорах я от него ис палаты пошел, и он, мне поклон отдав, отпустил меня любовно и того вышепомяненнаго ковалера, которой со мною к нему приехал, Иосифа Маноеля послал паки со мною и велел ему при мне служить во всяких моих потребах. И как я от него ис полаты вышел в другую полату, и в той полате паки меня кавалеры приветствовали, а я, им поклон отдав, пошел до кореты с помяненным кавалером Иосифом Маноелем. А тот кавалер Иосиф Маноель породою туринец, и дом ево есть в Турине под властию дуки Савойскаго.

Потом пришел в церковь римской веры святаго Иоанна Предтечи. Та церковь в Малте соборная зело велика и пречудным мастерством зделана; из великаго богатства в той церкве много серебра и всяких вещей; в той же церкве двои арганы изрядные. Столпы в том костеле зделаны из зеленаго мрамору, около их резбы алебастровые, золоченые; своды и стены в той церкве резаны предивным мастерством из алебастру ж, и золоченных мест множество промеж алебастровых резбей. Писана та церковь преузорочным живописным италиянским мастерством; также иного всякаго украшения в той церкве множество, котораго подробну описать трудно.

В той церкве виделся я с кавалером, х которому обо мне было писмо из Неаполя от малтийскаго ж кавалера. Тот кавалер зело стар и болен, однако ж ко мне явился любовен и просил меня о том, чтоб я по времени, когда мне будет свободно, приехал бы к нему в дом.

Потом из той церкви поехал я до остарии, в которой стоял, и вышеписанной кавалер Иосиф Маноель со мною же поехал, для того что час того времени был жарок; и в той астарии с вышеписанным малтийским кавалером мало позабавились лимонатами.

Потом, как час горячести преминул, паки вышепомяненная гранмайстерова корета ко мне пришла; и прислал ко мне гранмайстер камарера своего, то есть покоеваго человека, велел меня спросить о здаровье и говорить о том, буде есть мне до него какие потребы, чтоб я ему о том говорил, а он мне по прошению моему обещал делать. За ту ево любовь я ему благодарствовал чрез того же ево ко мне присланнаго, а нужд до него просителных никаких не имел.

И в вышепомяненной ево корете с ковалером Иосифом Маноелем поехали смотреть фортецы, то есть города Малта. И приехал в ворота, которые называются Порта-де-Реало, и ездил по фортеце, смотрел каким кшталтом зделана и с какими крепостьми. И тое фортецы мастерства и крепостей никакими делы именно описать в скорости невозможно, для того что ум человеческой скоро не обымет подлинно о том писать, как та фортеца построена; толко об ней напишу, что суть во всем свете предивная вещь и не боится та фортеца приходу неприятелскаго со множеством ратей, кроме воли Божеской. И, смотря я той фортецы, объехал некоторую ее часть, и приехал в остарию, в которой стоял, для того что приспел час ночи.

Июля в 21 день. Поутру тот вышеименованный кавалер Иосиф Маноель пришел ко мне в остарию, в которой я стоял, и просил меня, чтоб я с ним пошел смотрить малтийской оружейной полаты. И я по прошению ево с ним пришел на оружейной дом, где видел: сидят оружейные мастеры и делают ружья. Потом проводили меня в верхние полаты, которые зело велики, и в них множество ружья всякаго убрано изрядно; также множество уборов железных, лат изрядных, бахтерцов, шишаков, щитов и иных уборов воинских, между которыми видел и три бахтерца изрядных, которые взяли малтийцы в прежние лета на турецких караблях с турецкими пашами. В той же полате видел пушку немалую, зделану ис кожи телятинной, а меди в ней положено самое малое число, тоне одного перста, а поверх меди все кожа; и сказали мне, что та пушка к стрелбе зело крепка. В той же полате видел 10 пищалей затинных, железных, которые от запалов зделаны изрядными штуками; и сказали мне, что в тех полатах всяких военных уборов и ружья есть на 60000 человек всегда готово. В той же полате видел множество банделеров и пульварзаков; в той же полате особ положено множество мушкатонов, которые зело потребны на карабли и на галеры.

Сошед ис той полаты, видел на том оружейном дворе два барана барбарийских, то есть арабских, которые зело велики, гораздо болше ардинских великих овец, шерсть на себе имеют красную и зело длинную, хвосты у них зело ж длинны и толсты, на головах у них по 4 рога великих.

Ис того оружейнаго двора пошел я к себе в остарию, где стоял, а помяненный ковалер Иосиф Маноель пошел до моистрату, имел себе некоторую нужду, и обещал ко мне приттить в остарию обедать. И во время обеда тот кавалер пришел и, обедав со мною, сидел у меня того дня до вечерен, а в вечерни мы с ним поехали в барке от города Малта на другую сторону малтийскаго порту смотрить одной фортецы, которая называется Деригазоли. Та фортеца построена на краю малтийскаго порту против самого города Малта на другой стороне зело изрядным мастерством и неудоб сказаемыми крепостьми на каменной горе, вся зделана из белаго твердаго камени пречудным разумом. Какие в той фортеце поделаны крепости, бастионы, белварды и иные всякие дела, того описать подробну невозможно; также поделаны предивные погребы на порох и на всякие припасы зело пречудным вымыслом; и какие крепости учинены от неприятелских бомбов, того описать подлинно не могу; и так говорят, что та фортеца во всем свете предивное чудо; и еще мало не докончанна, и ныне непрестанно 250 человек работных людей делают и чают окончить все вскоре.

В той фортеце зделана одна неболшая церковь римская во имя святаго чудотворца Николая. В той же фортеце 7 колодезей изрядной чистой воды. В той же фортеце поделаны покои изрядные салдатам подле стен, где живут салдаты з женами и з детми. В той же фортеце много изрядных пушек, великих и малых, над воротами. В той фортеце построены зело изрядным мастерством полаты великие для губернатора.

А как я в тое фортецу вошол, и меня тое фортецы губернатор с товарыщи своими встретил в воротех, где стояло салдат для гвардии человек с 30. Тот губернатор, кавалер малтийской, молодец изрядной, принял меня с почтением изрядно и просил о том, чтоб я с ним мало посидел в воротах, где было много поставлено изрядных стулов, для того что еще от солнечнаго паления было жарко; и я тут с ним сидел, где он меня потчивал лимонатами. А как время горечести солнечной преминуло, и я с тем губернатором гулял по всей фортеце и смотрил всяких крепостей. Потом запросил меня тот губернатор до своих полат, в которых у него видел я изрядные уборы; и в тех ево полатах посидели мало, забавились лимонатами.

И пошел я ис той фортецы до своей барки, в которой приехал; и тот вышеписанной губернатор проводил меня с ызрядною учтивостию за ворота; и я, ему поблагодарствовав за ево любовь, поехал к себе в остарию. И как приехал ко брегу под город Малт, тут стояла граммайстерова корета, дожидалась меня. И я, вышед из барки, в той корете приехал в остарию, в которой стоял; а кавалер Иосиф Маноель проводил меня до ворот той остарии и пошел до своего дому.

А как я ис той фортецы в барке ехал, и поровнялся против одного аглинскаго карабля, на котором был капитан аглинской мне знакомец доброй. Тот капитан, увидев меня с карабля, с великим приветством мне кланялся и рад бы был, чтоб я к нему на корабль вошел, чего я учинить не мог, для того что тот ево карабль стоял в контомаци, потому что пришел из Леванту, то есть с Востоку; и по обыкности малтийской на тот карабль, также и с того карабля в город, до урошных дней никто не ходит под заказом крепким для опасения болезней, что на Востоке бывает часто моровое поветрие. И так я с тем аглинским капитаном, издалека поклонясь, разъехались; и тот аглинской капитан в ночи прислал ко мне одного малтийскаго марканта, то есть купца, которой ему суть приятель, и просил меня о том, чтоб я, ежели хочу ехать в гишпанские или во французские городы, чтоб ехал я на ево карабле для того, чтоб не имел страху от турков; и ежели б я на ево карабле хотел ехать, и он обещал меня дожидатся в Малте, сколко времени мне будет потребно. За тое ево ласку я ему чрез того присланнаго благодарствовал, а ехать на ево карабле из Малту не хотел, для того что я имел замысл ехать из Малту паки до Неаполя, а из Неаполя до Риму.

Июля в 22. Поутру рано вышеименованный кавалер Иосиф Маноель пришел ко мне в остарию, потом привезли ко мне граммайстерову корету, и я в той корете с кавалером Иосифом Маноелем поехал смотреть шпиталя. Тот шпиталь построен из общей казны малтийской для покою болящим и есть велик гораздо. В том шпитале построены полаты длинные, сажень по 50 и болши, а шириною сажень по шести. В тех полатах поставлены кравати з завесами и постели хорошие, на которых лежат болные: каждому болящему особая кравать и постеля.

В средине тех полат зделана церковь малая, и по вся дни бывает в ней служба римская для болных. И к тем болящим по вся дни приходят дохтуры и лекари и лечат их бес платы. Тем болящим на всякой день служит кавалер, переменяясь между собою поденно, розных государств кавалеры: французы, цесарцы, италиянцы, поляки, гишпанцы и иных земель. Кормят тех болящих всегда с серебра; тарелки, и лошки, и блюда, и чаши, и ставцы, и солонки – все серебреные; и всякое упокоение чинят болящим Христа ради общею казною.

Под теми полатами, в которых лежат болящие, сидят неволники, турки и барбарешки; а на верху тех полат, в которых лежат болящие, построены полаты изрядные для всяких покоев болящим. В том же доме между полат построен изрядной сад, и в нем фантаны для утехи болным.

Около того дому построены полаты, в которых живут те люди, которые болящим служат; и бывает в том шпитале по 1000 человек болящих; а как я был, в то время было болных толко 200 человек. А болных в тот шпиталь принимают всякаго чину, кто б ни пришел, толко б был християнин; а босурманом болящим поделаны особые покои в том же шпитале.

Ис того шпиталя поехал я с тем же кавалером Иосифом Маноелем в той же граммайстеровой корете к одному кавалеру, которой носит гранкруц, то есть великий крест, до котораго обо мне было прислано из Неаполя от малтийскаго же ковалера просителное писмо, чтоб он ко мне был приятен. Тот кавалер называется Каравита, и есть породы честной, и зело стар и болен, однако ж меня принял к себе в дом с великою любовию, встретил меня на крылце. И, вшед в полаты, сидел я с ним время доволное, имея между собою разговоры италиянским языком. Потом я от него пошел, и он меня чрез силу проводил до кореты; и оттуды я поехал к себе в остарию, в которой стоял. Того кавалера Каравита дом построен зело изрядно, много у него полат, и уборы в полатах изрядные, обитья камчатые, зеркал и картин изрядных много; также и людей при нем служит немало изрядных молодцов. И того дни до обеда из остарии никуды не ездил.

Того ж числа по обеде тот же кавалер Иосиф Маноель пришел ко мне в остарию, а потом пришел другой кавалер, и сидели у меня немалое время. И за два часа до ночи пришла ко мне гранмайстеровая корета, и я с кавалером Иосифом Маноелем в той корете поехал гулять; а с другой ковалер, которой у меня был, пошел от меня к себе.

И приехали мы в один дом, в котором стоят малтийских ковалеров 7 человек. Из тех один просил меня, чтоб я вошел к нему в камору по такому знакомству, что он был у меня в остарии, где я стоял, вчерашняго числа. И я, пришед к нему в камору, смотрил у него карт морских и географических, и потчивал он меня лимонатами. И, забавясь у него недолго, поехал от него гулять, и он сам поехал со мною.

И приехал к одной фортеце, которая называется Салталина. Тое фортецы губернатор встретил меня в воротах и принял с любовью; и я в той фортеце смотрил всего, что надлежит видеть. Та фортеца не велика гораздо, построена на углу города при самом море с великими изрядными крепостьми; на той фортеце много изрядных великих пушек. На той же фортеце построена башня круглая, зело великая; на верху той башни построен великий фонарь, в котором с перваго числа декабря по святую Пасху по вся ночи запаляют по 40 лампад деревяннаго масла для того: которые христиане ездят в ночах по морю, чтоб могли издалека видеть Малтийской остров. На той же фортеце ставят знаки малые холстинные на шестах для того, чтоб караулщик, которой стоит на той фортеце, подлинно б ведал, в которой час бывает на море которой ветер; и как увидит в море далеко какое судно, чтобы мог знать, которым ветром то судно бежит.

Та фортеца в Малте построена в древние лета; и прежде сего за много лет как приходили в Малт турки и тое фортецу взяли, в той фортеце в то время было 100 человек кавалеров малтийских, которые не хотели отдатся живы босурманом и все в той фортеце побиты, в малые штуки от босурман изсечены. В той же фортеце в то время был и сам малтийской граммайстер; и во время того приступу тому граммайстеру оторваны были ис пушки обе ноги, однако ж он и без ног, сидя в креслах на той фортеце, взяв два пистоля, не пустил к себе турков до тех мест, покаместь ево убили. А ныне та фортеца пред прежним укреплена зело и обведена новою стеною с тремя белвардами предивной крепости; и к той фортеце ныне не может никакое судно по морю подойтить блиско. В той фортеце живут салдаты з женами, з детми. В той же фортеце с осаднаго времени много приведено вод чистых, изрядных по желобам. В той же фортеце внизу зделана одна полата, в которую сажают кавалеров за вины по разсуждению.

И, осмотря мы той фортецы, из нее пошли до кореты, и губернатор тое фортецы проводил меня за ворота и, отдав поклон отпустил с любовию. От тое фортецы приехал я в остарию, в которой стоял; и те два кавалера Иосиф Маноель и другой, у котораго я в каморе был, проводили меня до той остарии.

Июля в 23 день. Поутру пришел ко мне тот же кавалер Иосиф Маноель, потом пришла гранмайстерова корета, и я в той корете с тем кавалером поехал смотрить малтийскаго города крепостей. И приехали на один белвард, которой называется Поста-де-Италия. Тот белвард великой и зело изрядною крепостию зделан, от моря и от земли на высокой каменной горе; и около ево рвы поделаны предивным мастерством и несказанною крепостию. На том белварде в верхнем и в нижнем бою 38 пушек зело великих и преизрядных, между которыми одна безмерно велика, взята у турок, когда турецкие рати приходили в прежних летех под Малт. А другая такая ж пушка великая в то ж время взята у турок и уронена в моря блиско берега, где и ныне видима лежит. А вынять тое пушки никакими мерами из моря не могут; много разных инструментов на то было делано, чем бы оное пушку могли из моря вынуть, и не могут. Тот помяненный белвард для того называется Поста-де-Италия, что во время неприятелскаго приходу к Малту на том белварде стоят малтийские кавалеры породою италиянцы и оберегают они ево. И построен тот белвард казною малтийских кавалеров, которые породою италиянцы.

Потом от того белварду поехал я с тем же кавалером Иосифом Маноелем на другой белвард, которой называется Поста-ди-Кастилия. На том белварде на верхнем и на нижнем бою по 15 пушек зело великих, ис которых одна пушка пребезмерно велика и длинна зело и таким дивным мастерством зделана, что удивлению достойна. Тот белвард зделан на углу от моря не гораздо на высоком месте и очищает вход в порт малтийской, то есть в пристанище, чтоб неприятель не мог войтить никаким судном в то пристанище. На том белварде поделаны изрядные огороды, где родятся многие разные фрукты; и на том же белварде зделана изрядная фантана, из которой истекают сладкие чистые воды для всяких потреб. А на обеих тех вышеписанных белвардах пушки все медные, изрядным размером зделаны; а над ними поделаны на каменных высоких столпах изрядные крепкие кровли, чтоб во время дождя пушек не мочило; и под теми пушками поделаны станки изрядною препорцию зело крепкие.

Потом поехал я к себе в остарию для того, что почало быть от солнечной горячести жарко.

Того ж числа по обеде тот же кавалер Иосиф Маноель приехал ко мне в остарию. И, побыв у меня, поехали мы с ним в барке на другую сторону малтийскаго порту смотреть одной фортецы, которая называется Санто-Анело. Та фортеца невелика, построена на высокой каменной горе изрядным мастерством, вся зделана из белаго камени предивной крепостию, и пушек в ней множество, великих и малых. В той фортеце зделаны к морю четыре боя, один одного выше, а на всех поставлено много пушек, над которыми поставлены на столпах каменных изрядные кровли. В той фортеце зделана церковь римская изрядная. В той же фортеце построены домы салдатцкие; в тех домех живут салдаты з женами и з детми. В той фортеце живут губернатор; дом ево невелик, а построен изрядно. Всходы снизу в тое фортецу поделаны предивные, пространные и отлогие; без всякой нужды по тем всходам в тое фортецу мошно ввозить пушки и всякие припасы. Та фортеца поставлена против входу в малтийской порт, то есть в пристанище, чтоб возбраняла вход в то пристанище всяким неприятелским судам.

Потом из той фортецы поехал я в той же барке и, погуляв по морю время доволное, приехал паки к берегу, где меня дождалась гранмайстерова корета. В той корете приехал я в остарию, в которой стоял; а вышепомяненный ковалер Иосиф Маноель, проводя меня до остарии, пошел к себе.

Июля в 24 день. Рано прислал ко мне гранмайстер того ж кавалера Иосифа Маноеля и с ним других кавалеров пять человек и 5 калясак. И просили меня те кавалеры малтийские от лица гранмайстера, чтоб я с ними в тех калясках поехал гулять в одно место, которое называется Бушкетто, котораго их прошения я не мог преслушать и поехал с ними в тех калясках, где им было потребно.

И прежде приехали на место, которое называется Грото-ди-сан-Павло, то есть пещера святаго Павла-апостола, в которой пещере пребывал святый апостол Павел, когда был в Малтийском острове со евангилистом Лукою. На том месте построена церковь римская великая, изрядным мастерством зделана. По стороне тое великые церкви зделана церковь неболшая, в той церкве видел я часть руки святаго апостола Павла. Под тою церковью зделаны в земле две малые церкви: одна во имя святаго апостола Павла, в той церкве на олтаре поставлен образ апостола Павла, резной из алебастру, предивным мастерством зделан; а другая малая церковь во имя евангилиста Луки, – обе те церкви римские, – также и в той церкви образ евангилиста Луки, резной из алебастру, изрядной же работы зделан и поставлен на олтаре по правую сторону.

Когда идешь в те малые церкви, в земли есть малая пещера, высечена из камени, где было пребывание апостола Павла с лукою-евангилистом. В той пещере поставлены образы святаго Павла и святаго Луки, резные из алебастру предивным мастерством, и перед ними всегда горит лампада. В той пещере християне берут землю и каменья, с верою приходящие, к себе на освящение. В той же пещере находятся камени изрядным подобием, белые, также и другие вещи, которые называют бутто змеиные очи и языки. Сказывают, что и бывает от них изцеление молитвами святаго апостола Павла – а то суть для того, что на том Малтийском острове апостола Павла укусила ехидна (от тое пещеры то место 15 миль италиянских) и в то время святый Павел тое ехидну, которая ево укусила, от руки своей отряс в огонь и проклял всех ехидн, бывших на Малтийском острову. И доныне, которые есть на Малтийском острову ехидны, те не вредят человека; а которой человек, имея в руке землю или с камнем может взять в руку ехидну, а она ево вредити не может. В тех же местах обретеются камни белые, подобны ехиднам. О том сказывают, бутто те ехидны, которые были во время бытности святаго Павла и ево проклятием все окаменели и ныне находятся там по горам, и по полям, и в земле.

Недалеко от той помяненной пещеры есть один курган, не добро высок и невелик. Около ево зделана ограда каменная, невысокая ж, а на верху того кургана зделан один каменной невысокий столб. На том столпе поставлен образ апостола Павла, вырезан из алебастру в меру человеческаго возрасту предивным мастерством. А зделано то для того, что святый Павел во время бытности своей на Малтийском острове всегда восходил на тот помяненный курган и проповедал Христа, быти истиннаго Бога и совершенна человека, поучая народы, бывшия в болванохвалстве, и приводя их во Христову веру. И в то время обитающие на Малтийском острове проповедью ево познали истиннаго Бога.

Потом вышепомяненные малтийские ковалеры, которые посланы были со мною от гранмайстера, просили меня о том, чтоб я поехал с ними недалеко от церкви святаго апостола Павла смотрить дому гранмайстерова, которые домы гранмайстер имеет при себе для забавы на Малтинском острове не в далеких местах от города Малта и при тех домах имеет изрядные сады. И я то их прошение исполнил, в гранмайстеров дом с ними приехал.

Тот ево дом построен на каменной горе, немал, полат не гораздо много, а построено изрядною препорциею; изнутри подписаны живописными писмами, а иные обиты камками; и поставлены в них кравати изрядные, у всех краватей завесы и одеялы тафтяные червчетые, а в одной полате кровать з завесом и одеялом камчатым, червчетым же. На той постеле спит гранмайстер, когда в тот дом гулять приедет; а на других спят кавалеры, которые с ним приезжают для забавы. В болшой средней поалте у стен зделано гранмайстерово место, и над тем местом зделан балдахин бархатной.

И вышеписанные кавалеры, которые в тот дом со мною приехали, веселя меня, играли между собою в карты. А как приспело время обеда, тогда те кавалеры просили меня о том, чтоб я в том гранмайстерове доме обедал. И для того гранмайстер прислал в тот свой дом из Малтийскаго города дворецкаго своего и поваров и обед в том ево доме про меня изготовили. И я того числа в том ево доме обедал, сидя в теми кавалеры за круглым столом, на котором была изрядная скатерть и полотенцы, убраны французскою модою предивно. И обед был устроен зело многоестествен и богат; и ествы были розных обрасцов предивные; также пить были вины разные: волоские, флоренские и неаполитанские, – которые пили мы, мешая с водою чистою. После обеда поставлено было на стол зело много канфектов, сахаров предивных и всяких розных вещей, вареных в сахаре, и фруктов свежих изрядных. В том абеде блюда, и тарели, и лошки, и салонки, и всякие суды были все серебреные; и канфекты, и фрукты были убраны изрядно на серебреных блюдах и на тарелех.

И по обеде в том доме гулял я с теми кавалерами без церемонии, запросто: хто хотел – спал, хто хотел – гулял, иные играли карты. И как полуденной жар преминул, и я с теми кавалерами пошел гулять в гранмайстеров сад, которой построен при том ево вышепомяненном доме. Тот ево сад зело велик, построен промеж гор; и зело много в нем дерев лимонных, помаранцовых, аливных, винных ягод, арехов грецких, арехов миндалных, грушевых, сливных, яблоней, шепталы и иных розных родов, каштанов, цукатов, штотов, фиников; также много виноградов розных, белых и красных, и иных фруктов, которые на травах родятся. В том же саду построены огороды изрядные, в которых изрядные благовонные травы и цветы.

В том ево саду видел я многие предивные фантаны, из которых изтекают предивными штуками изрядные, сладкие, чистые воды; между которыми фантанами видел одну фантану, зело предивным мастерством зделану, из которой вода течет розными многими штуками: прежде потечет вода подобием солнца и лучи длинные около себя имеет; потом потечет подобием звезды, также с лучами; потом многими разными обрасцами, которых для умедления подробну описывать оставляю. А на остаток та фантана чинит одну штуку, зело предивну: когда запрет воду, что не будет из ней истекать, в то время поверх той фантаны положат один помаранец и пустят воду, тогда водою тот помаранец с тоя фантаны подымет вверх высоко и держит долгое время на воде, а упасть не пустит; и паки опустит ево водою к тому месту, где прежде положен был, и паки подымет. И так может чинить, сколко времени изволит; а подняв водою тот помаранец с фантаны вверх, может ево вверху держать на воде хотя целый день, а не уронит; а подымает ево в высоту от фантаны сажени полторы или на две и болши, и держит на воде, власно как на воздухе, – зело та фантана изрядна и пречудным мастерством зделана.

Потом дошли в город, которой зделан на горе, и напущено в нем оленей и коз диких немало. Потом я ис того саду поехал в тех калясках и с теми ж ковалеры до города Малту. И те кавалеры проводили меня до той остарии, в которой я стоял, и, отдав мне поклон, пошли к себе.

Июля в 25 день. Поутру пришел ко мне вышеписанной кавалер Иосиф Маноель, а потом привезли ко мне гранмайстерову корету, в которой я с тем кавалером приехал х костелу святаго Иоанна Предтечи, при котором пребывает епископ римской веры. Тот костел велик и строения предивнаго; при том костеле живут сто двадцать человек попов, которые в том костеле и в пределах того костела служат. Те попы носят на черных своих одеждах кресты белые, нашиты на левом плече, полотняные; а иные из них носят золотые кресты кавалерские по изволению гранмайстера, которому он поволит.

У той церкви зделан предел, зело изрядной и немалой; в том пределе построен олтарь по римской вере; на том олтаре зделаны два ангела литые, серебреные, держат одну фигуру литую ж, серебреную, местами золоченую, изрядной работы и зело великую. На той фигуре зделан великой сосуд серебреной, высотою болши аршина, а шириною в три четверти аршина. Тот сосуд на вышеписанной фигуре поворачивается для того, что в том сосуде стоит сосуд же золотой, в котором есть положена рука десная святаго Иоанна, Пророка и Предтечи, Крестителя Господня. И когда потребно тое святую руку из серебренаго сосуда вынять, тогда один поп взойдет на олтарь созади, и тот серебреной сосуд поворотит к себе замком, и, отомкнув, вынет тое святую руку; или, открыв, чтоб сосуд золотой виден был со святою рукою народу, поворотит паки тот великой серебреной сосуд дверми к народу.

И как я в тот предел пришел, и, тое святую руку в золотом сосуде выняв из серебренаго сосуда, один римской поп поставил на олтарь тот золотой сосуд со святою Крестителевою рукою. Тот сосуд золотой изрядной работы, высотою мало болши полу-аршина, а шириною как можно в него вместится человеческой руке, зделан четвероуголен; со всех четырех сторон вставлены в него хрустали, чтоб в нем святая Предтечева рука видна была. А на верху того сосуда поставлен крест четвероконечный подобием тем, как кресты носят малтийские кавалеры, весь золотой с алмазы, в котором болши пятисот алмазов, великих и малых, между которыми в средине один алмаз четверогранный, зело велик и чист безмерно.

И как я приступил к олтарю, хотя тое святую руку видеть, тогда поп римской, видя мое желание и хотя мне тое святую руку показать, снял с нее тот золотой сосуд. И та святая Крестителева рука, коснувшаяся верху Владычню, десная от локтя до перстов обложена вся золотом, а над перстами в том золоте зделаны растворы, которые мне отворил тот помяненный римский поп и показал тое святую Предтечеву руку голую. Та ево святая рука имеет на себе кожу, и плоть, и жилы, и ногти – все нетленно и нимало не изсохло, подобно как и живого человека, и не темна, толко мало посмугла. И как я сподобился тое святую руку поцеловать, потом паки тот римской поп накрыл ее тем же золотым сосудом и поставил на олтарь вышепомяненной серебреной сосуд, где и всегда стоит та святая Иоанна Крестителя рука.

Потом из того же вышеписаннаго придела пришел я в одну сосудохранителницу, которая приделана у тое великие Предтечевы церькви. В той сосудохранителнице показывали мне святых мощей:

Образ Спасов писма Луки-евангилиста, написан на некакой тонкой коже или на иной какой материи, того от многих лет знать неможно, и наклеен на доску. А написан тот Спасителев образ в терновом венце и в багряной одежде, как был во время святых своих Страстей. Величеством тот образ в высоту в три четверти аршина, а в ширину в пол-аршина.

А на другой стороне той доски, х которой тот святый образ приклеен, также приклеен образ Пресвятыя Богородицы, начерчен на бумаге тем же святым Лукою-евангилистом.

Потом показали крест, в котором древо святаго Креста Христова. В том же кресте гвоздь терноваго венца Христова. В том же кресте Кровь Пречистая Божественная Спасителя нашего Христа в малом хрустулном сосуде.

Нога святаго Лазаря, его же Христос воскресил от мертвых, целая плюсна и персты все нетленны.

Часть малая от святаго Крестителева носа.

Часть мощей от руки святаго великаго учителя восточные церкви пресвятейшаго Иоанна, патриарха Константинопольскаго, Златоустаго.

Часть мощей святых апостол верховных Петра и Павла.

Часть мощей святаго апостола Иякова.

Часть мощей святаго апостола Варфоломея.

Часть от руки святыя Анны, матери Пресвятыя Богородицы.

Часть от главнаго черепа святаго мученика Пантелеймона.

Перст один святыя Марии Магдалины нетленен; имеет плоть, и кожу, и ноготь – все цело.

Рука святыя Кирияки преподобные, вся нетленна.

Часть мощей святыя великомученицы Ефимии Прехвалные.

Кость от руки святаго великомученика Георгия Победоносца.

Часть от мощей святаго мученика Клементия.

Часть мощей от руки святаго Августина, учителя западные церкви.

Часть мощей святых безсребренник Космы и Домиана.

Крест немалой, зделан на подножи, пред которым присягает малтийской гранмайстер в то время, как ево посвещают в гранмайстеры. В том кресте часть немалая древа самова Христова Креста.

Крест, в котором есть часть древа Христова ж Креста; в том же один гвоздь от терноваго Христова венца, обагрен Пречистою и Предражайшею Божественною Кровию; в нем же две малые части некоторой древней матери, а сказывают малтийцы, что то есть часть от риз Спасителевых, видом лазоревы и стканы подобием крашенины толстой, реткой и нелощеной.

В одной великой серебреной шкатуле много вещей святых разных, мученических и преподобнических, видимы все за стеклами.

Потом показали мне два креста золотые, которые носят в процесиях, четвероконечные, величеством без мала по аршину; а в них много каменья предивнаго: яхантов, лалов, изумрудов великих и алмазов, из которых один ценят 20000 червонных золотых, а другой гораздо дороже. Устроены те кресты предивною работаю сканною ис финифти.

Потом показали мне дароносицу золотую, зделана по обыкновению римские церкви сканною работою, в которой есть золота полпуда.

Потом показали много сосудов золотых предивной работы, в которых сосудех, и в дароносице, и в вышеписанных крестах есть золота болши пяти пуд.

Потом много сосудов серебреных изрядной работы.

Также много одежд епископских, и шапок епископских же, низанных с каменьем, и персней, которые надевают епископы западной церкви во время служения по обыкновению своему; также много понагей и крестов, которые носят во время службы епископы ж римские.

Потом видел в той же сосудохранителнице образ Пресвятыя Богородицы стоящей, имеет на руках Превечнаго Младенца, Спасителя нашего Христа, вылит ис серебра, высотою с лишком в аршин, и образы двунадесять апостол, литые ж, серебреные, в тое ж меру, в которых есть серебра пудов 20 или болши.

В той же сосудохранителнице показали мне мощи римских святых, которые у них есть после разорвания веры: святыя Балдешки, и святаго Тафшкана, и святые Киары Францишканы.

Потом из той церкви поехал я до астарии, в которой стоял, и кавалер Иосиф Маноель со мной ж. А приехав в остарию, отпустил гранмайстерову корету, подаря слуг ево, которые при мне в той ево корете служили, для того что в то число имел я отъезжать из Малту. Потом подарил вышеписаннаго ковалера Иосифа Маноеля и благодарствовал ему за ево к себе любовь, которую я от него видел в Малте. И чрез того ж кавалера Иосифа Маноеля приказал я униженной свой поклон и благодарение до гранмайстера малтийскаго за многую ево к себе благость, которую он ко показал в области своей.

Потом тот же вышепомяненный ковалер Иосиф Маноель подал мне паспорт, то есть проезжей лист, с которым мне можно проехать всю Цицилию и Колябрию, даже до Неаполя. Потом тот же кавалер Иосиф подал мне от гранмайстера лист, которым меня пожаловал малтийской гранмайстер, одарил за приезд мой в Малт. И тот лист принял я у него за великой себе дар и зело за него благодарствовал гранмайстера малтийскаго. А в том листе пишет сице:

«Брат и господин Раймунд Переллос Рокафул. Божиею милостию святаго дому шпиталя святаго Иоанна Иеросалимитанскаго и желнерскаго закону святаго Гробу Господня майстер, покорный и убогий Иисуса Христа страж.

Когда до того нашего острова Малтийскаго и до нашего монастыря приехал честнейший и честно урожденный ево милость господин Петр Андреевич, пресветлейшего престола царскаго дворянин московской, листом ево царскаго величества одаренный, которым всей Европы государем в приемность ево вручает, мы того ж честнейшаго и честно урожденнаго Петра Андреевича теми, которыми до учтивости и милости его принадлежало, афектами приняли и принять повелели, яко славные ево учтивости и явные ево поступки потребовали, и выносили и руку святую Иоанна святаго Крестителя, а нашего патрона, десную, выставленую для почтения, чтоб видел, яко себе желали. И того нашего острова замки, фортецы оному же мы показали; а целой галер наших гармады видети не мог, для того что болшая часть на помочь венецкой гармады от нас послана; однако ж две из тех наших галер, когда из Цицилии до нас приезжал, видел, на которых за караблями неверных турков он бежал и уже догоняли, однако ж для нагло повсталого силнаго и противнаго ветру того совершить не могли, которые потом также карабли неприятелские за филюгою, которая филюга помяненнаго чесно урожденнаго Петра Андреевича везла, гнались; однако ж он за Божиею милостию и хранением до того нашего порту щасливо приехал и потом за повращением до того ж порту помяненных двух галер паки их с доволством и доволным временем видети мог.

И мы, приезд ево до нас почитая, при отъезде ево тем нашим листом одаряем, которым того ж господина Петра Андреевича всем и всякому, особно пресветлейшим государям, господам, князем, до которых бы государств ему приехать случилось, от сердца залецаем их, покорно просим, чтоб ево со учтивыми гонорами, фаворами и всякой ласки поволностями приймовали и принять желали, на что для свидетелства тот наш лист за печатью канцелярии нашей, на воску черном воображено, дали в Малте, в монастыре нашем, дня 21-го июля 1698-го».

На том же листу пишет: «Записано в канцелярии». На том же листу подписал наместник канцелярский сице: «Брат Фердинанд Конрераз, намесник канцлерский». На том же листу печать Малтинскаго острова изображена на черном воску.

И мешкал я в той остарии того числа до 12-го часа, а в 12-м часу, расплатясь с хозяином той остарии за все, сошел на филюгу, до которой меня проводил кавалер Иосиф Маноель; и в той филюге того 25-го числа июля за 4 часа до ночи от Малтийскаго острова пустился к Цицилийскому острову.

Остров Малтийской суть невеликой, кругом ево всего 60 миль италиянских; стоит от Цицилийскаго острова на полуденном ветре, которой по-италиянски называется остро. Тот Малтийской остров весь каменной, мало на нем таких мест, на которых родится хлеб и виноград и иные фрукты. Жилья на том Малтийском острову много и зело люден; город сел и деревень по тому острову много, а все в послушании под властию малтийскаго гранмастера. Лошадей на Малтийском острове мало, а добрых лошадей и нет; работают и возят все на мулах и на ишеках. Подлые люди на Малтийском острове живут з женами и з детми, женится им невозбранно; а все суть католики римской веры.

Настоящей город на Малтийском острове называется Малт и суть немал и многолюден. В том городе живет сам гранмайстер и все кавалеры подобно тому как в монастыре: жен не имеют.

В том городе есть две церкви каменные греческие: одна во имя Пресвятыя Богородицы, а другая во имя чудотворца Николая. При тех церквах служат священники греческие; и есть малое число греков убогих людей; также есть немногие люди греческой веры, которые выходят и которых берут из неволи турецкой ис Констянтинополя и из ыных турецких городов. Римских церквей в Малте 24 церкви прихоцких, кроме пределов, 7 монастырей разных законов римской же веры мужских да 4 монастыря римской же веры девических. Те монастыри и церкви римские изряднаго строения и зело богати.

Домы кавалерские и всяких малтийских жителей в Малте строения каменнаго все, изряднаго. Улицы в Малте все мощеные тесаным четвероуголным каменем со скатами, чтобы никогда вода не стояла и грязи бы никогда не было. Город Малт стоит на неровном месте, от моря по косагору; и, которые улицы и переулки в Малте по тому вышеписанному косогору, в тех улицах и в переулках поделаны лесницы каменные, изрядные, чтоб бес труда всходить и исходить можно было.

В Малте лавок и таваров всяких есть доволно; также хлеба, и харчу всякаго, и фруктов много ж и не зело дорого. Марканты-малтези, то есть купцы малтийские, имеют в Малте домы изрядные и имеют у себя жен и детей. Во всякой работе у малтийских жителей зело много турков, которых берут на море в неволю, мужеска и женска полу; также есть и арапов, толко немного, а болши есть барбарешков из Барбарии. Остров Малтийской от Барбари в самых ближних местах: барбаринские городы турецкаго салтана от Малту в 100 верстах и ближе.

В Малтийском острове в лете зело жары от солнца бывают великие, для того что тот остров суть во Африке и имеет высокость поля 39 градусов, ко экватору близок, и потому в нем бывает безмерно жарко, а холоднаго времени и снегу на том острову никогда не бывает.

Город Малт зделан предивною фортификациею и с такими крепостьми от моря и от земли, что уму человеческому непостижимо. Около себя имеет 8 фортец, предивными крепостьми устроенных, которых подробну описать никакими делы невозможно.

По обе стороны города Малта великие проливы морские, в которые входят карабли и галеры, и называются те проливы по-италиянску порты, а по-словенски – пристанища судам. Ис тех в одном порте есть один малой остров, на котором зделан дом и называется лазорет, или контомация. Когда придут с Востоку каторги или какие ни есть суды, тогда те суды приведут к тому малому островку и людей с тех судов посадят на том островку в вышепомяненной дом. И не спускают их с того островканикуды, также и к ним никого не пустят 40 ден, опасаяся мороваго поветрия и всяких прилипчивых болезней, для того что на Леванте, еже есть на Востоке, на Морейском острову, и в ыных тамошних местах, и в самом Константинополе бывает часто моровое поветрие и иные на людей болезни. А как на том островку приезжие с Востоку люди 40 дней отсидят и никакие в них болезни не явятся, тогда им дадут свободу с того островка и с судами, в которых приедут, куда хотят иттить или плыть безвозбранно.

В Малтинском острове збирается салдат 60000 человек, а по нужде и болши. Малтийский гранмайстер имеет в Малте 7 галер великих, из которых на одной бывает генерал, а на 6 галерах капитаны тех семи галер. Генералская галера да капитанских 4 по вся годы повинны иттить в Левант, то есть на Восток, в Морею, на помощь венецкой гармаде и битца с турком; а две галеры капитанские по вся годы повинны остатися в Малте и ходить непрестанно от Малту до Цицилии и от Цицилии до Малту, очищая тое дорогу от турков, чтоб от Цицилийскаго острова до Малту, также и от Малтинскаго острова до Цицилии, всяким проезжим людям был путь свободен и безстрашен от сабак-турков. Однако ж те проклятые псы усмотря, когда малтийские галеры на Восток уйдут, а в Малте останутца толко две галеры, и они непрестанно в великих и малых судах Малтинском канале шатаются и християн побирают, которых могут где поймать, что часто и случается.

В Малте кавалеры все приезжие из розных государств: из Германии, и из Гишпании, и из Франции, и из Полши, и из Италии, и из ыных мест – все суть католики. Обыкновение суть малтинских кавалеров такое: когда кто приедет в Малт, желая достать себе кавалерства и венчан быть кавалерским крестом, тот прежде повинен быть правым католиком римские веры, а другой веры отнюдь никого кавалером не учинят; потому повинен с собою привесть в Малт из отечества своего свидетелство, что он суть дворянской природы по отце и по матери, даже до четвертаго роду; и чтоб он был неженатый, на том и присягать имеет, что уже ему до кончины своей женату не быть и хранить себя в чистоте, даже до смерти своея. Потом повинен он дать в малтийскую казну сто двадцать пять дупий гишпанских, итого будет 250 червонных золотых. Потом повинен он ехать по два года на малтийских галерах в Левант, то есть на Восток, в Морею, против турок бится в помочь венецкой гармаде; и по два года быть повинен на тех малтийских галерах, которые остаются в Малте опасать цицилийской дороги. А в те четыре года на вышепомяненных галерах будет ему пища от капитана тое галеры, на которой он служить будет; а тому капитану за то, что он кавалеров, которые есть у него на галере, кормит, дается плата от малтинской казны.

И как он на галерах в Морее и на Малтийском канале урошные времена будет, потом ему дадут крест кавалерской за присягою трех притчин: первое – побожность, второе – послушание, третье – убожество, – и учинят ево малтийским кавалером. И будет ему от малтийской казны плата на пищу: в которое время живет в Малте, по 80 шкудов на год; а будет которой кавалер взять той платы не похочет, и ево кормят на всякой день с протчими кавалеры, которые не берут платы. А для того, где те ковалеры едят, построено в Малте 7 домов, ис которых в одном едят немцы, то есть цесарцы, в другом – гишпанцы, в третьем – италияне, в четвертом – французы, в пятом – поляки, в шестом – венгры, в седмом – розных государств кавалеры.

В Малте кавалеры суть разные: первое называются гранкруцы, то есть старые и честные люди, которые носят великие кресты, нашиты на верхних черных одеждах, белые, миткалинные, ис тех выбираются в гранмайстеры; потом кавалеры, которые носят кресты кавалерские, отправя две гармады, как о том писано в сей книге выше сего; потом кавалеры, которым дают кресты побожности за каким прошением или по какой ни есть притчине знатной, честным особам, те кресты волны они носить при себе и в гербы свои ставить, где изволят; потом дают кресты грации, то есть милости, всяким людям, кому похочет дать малтийской гранмайстер, и те кресты которым людям будут даны, те люди также волны их при себе носить, как хотят.

А жить малтийским кавалерам уволнено, где хотят; которой не хочет быть в Малте, и ему волно ехать до своей отчизны или где похочет служить. А во время нужд, когда б неприятель с великими силами пришел под Малт и от гранмайстера малтийскаго посланы будут листы к малтийским кавалерам, чтоб немедленно все съезжалися в Малт, тогда всякой малтийской кавалер повинен, всякую свою нужду покинув, ехать до Малту: хотя б неприятель был при ево отчизне, и тем он от малтийской поездки удержан быть не может.

Люди в Малте зело учтивые, а паче почитателны к фарестиром, то есть к приезжим иноземцам, для того что в Малте честные люди все приезжие из иных государств. Мастеровых всяких людей в Малте есть доволно.

У кавалеров малтийских, также и у жителей малтийцов, корет нет, и в коретах и верхом в Малтийском городе кавалеры и всякие люди не ездят; разве куда кто похочет ехать из города, и те ездят в калясках и верхом. А в городе Малте в корете толко ездит на 6 возниках гранмайстер малтийской да за ним бывает кореты две или три, в которых по четыре и по два возника заложены, а сидят в них гранкруцы и ездят за гранмайстером. А тот гранмайстер малтийской ездит по вся дни, гуляет и смотрит около города крепостей. Потом приезжает в сад, которой построен у Малтийскаго города на берегу морском, и забавляется в том саду фруктами и смотрит на фантаны, которые в том саду построены изрядно. А кавалеры малтийские которые старые люди или за болезнию кто пеш ходить не может, тех носят в седнях; и имеют у себя садии изрядные, золоченые, обитые бархатом и иных изрядных розных работ.

Город Малт имеет трои ворота проезжие, которые утверждены преславными крепостьми от неприятельскаго приходу, и по вся ночи те ворота все трои запираются. От приезду, где приходят в Малт всякие суды, зделано пристанище изрядное. Весь тот берег выкладен белым тесаным камнем, и проделаны с того берегу к морю сходы, лесницы каменные, изрядные. На том берегу против малтийских городовых ворот зделан столп каменной; в том столпе поставлен образ Иоанна Предтечи поясной, литой из меди, на знак того, что есть Малту хранитель.

От города Малта до других мест через моря перевозят в барках, также и гулять кавалеры малтийские ездят и всякие люди по морю в барках же, а те барки покрыты полотнами и зделаны особою модою. Судов морских в Малте употребляют: галеры, тартаны, филюги, брегантины и иных, таких же; а караблей, фрегадонов, марцилиянов и иных, тому подобных, не держат.

Малтийские галеры, когда бывают в Малте, ставятся от города Малта за портом на другой стороне, при капитанских домех; там же блиско и марнерские домы. И под капитанскими домами ставятся 4, а под марнескими домами ставятся 3 галеры для того: когда нечаянно придет неприятель блиско Малту, чтоб с великою скоростию те галеры могли из малтийскаго порту за неприятелскими судами выттить и поик над неприятелем учинить.

Когда малтийской гранмайстер садится за малтийскими великими делами о воинских нуждах, тогда с ним в полате заседают 40 человек малтинских кавалеров, старых и честных людей. Гранмайстер в Малте от кавалеров и ото всяких людей имеет почтение великое, как надлежит господарю, и послушны ему все во всяких делах; однако ж он, не мысля о каком деле с малтинскими кавалеры, ничего не делает.

И того ж июля в 25 день, при самом моем отъезде, гранмайстер прислал ко мне от себя одного малтинскаго кавалера; и тот кавалер от лица гранмайстерова мне приветствовал и поздравлял, отпуская меня в надлежащей мой путь с великою с любовью.

Гранмайстер малтинской носит всегда платье черное, у верхнего ево платья на левом плече нашит великой крест белой. Такое ж платье носят гранкруцы, то есть старые и лутчие малтинские кавалеры, из которых выбираются гранмайстеры. А кавалеры малтинские носят платья разной моды, а болши употребляют французскаго убору розных цветов; толко не может в Малте ни одни кавалер малтинской носить золотых кафтанов или иных уборов, верхних и исподних, и ни на чем золота и серебра пряденаго малтинскому кавалеру носить неволно, ни пуговиц, деланых пряденым золотом или серебром не носят. А положил тое заповедь нынешней гранмайстер, тому ныне назад три года, для того чтоб малтинские кавалеры в тех уборех не изживали казны, а берегли б денег на войну и на служивые уборы.

Женской народ в Малте носят платья особой моды, подобно турецкому; а поверху покрываются черными тафтами долгими, даже до ног от головы; а на головах те их покрывалы зделаны подобно тому, как носят старицы-киевленки по обыкновению своему.

В Малтинском городе по стене и по бастионам великих пушек 700, все медные. В Малте много около города мелниц ветреных каменых, мелют парусами хлеб всякой, а парусы шерстеные. На Малтинском острову лесу нет нигде, привозят уголья и дрова из Цицилийскаго острова. Животины на Малтинском острову рогатой, коров нет, а привозят сыры и масло из Цицили и из других мест. Также снегу и лду на Малтинском острову никогда не бывает, привозят из Цицилии ж. И всякие тавары на Малтинском острову привозные из Франции, из Англии, из Италии и из ыных мест.

Манета в Малте своя вся медная, серебреной манеты никакой нет; меняют золотые червонные на медные денги, которые называют тары; а во всяком таре по 20 гранов, а в шкуде 12 таров, а за червонной золотой дают по три шкуда, итого будет тридцать шесть таров.

[...]»

Приложение №8.

 

К О Н В Е Н Ц И Я,

 

заключенная с Державным Орденом Мальтийским и его Преимуществом Гроссмейстером. –

Об установлении сего Ордена в России.*

 

{*  Печатается по изданию: ПСЗРИ. СПб., 1830–1916. №17708. С. 13–19.}

 

 

Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р  Всероссийский с одной стороны, соизволяя изъявить знаменитому Ордену Мальтийскому свое благоволение, внимание и уважение и тем обеспечить, утвердить и распространить в областях Своих заведение сего Ордена, существовавшее уже в Польше, а особливо присоединенных ныне к Российской Державе Областях Польских, и желая доставить собственным Своим подданным, кои могут быть приняты в знаменитый Мальтийский Орден, все выгоды, почести и преимущества от того проистекающие; а с другой стороны Державный Мальтийский Орден и его Преимущество Гроссмейстер, зная всю цену благоволения Его Императорского Величества  к ним, важность и пользу такового заведения в Империи Российской, и желая со Своей стороны соответствовать мудрым и благотворительным распоряжениям Его Императорского Величества всеми средствами и податливостью, совместными с установлениями и законами Ордена, с общего согласия условились постановить Конвенцию для достижения предметов, обеими Высокодоговаривающимися сторонами предположенных.

Вследствие чего избрали и назначили Они своими полномочными; а именно:   Е г о   В е л и ч е с т в о   И мп е р а т о р  Всероссийский – Графа Александра Безбородко, Действительного Тайного Советника первого класса, Члена Совета, Главного Директора Почт и орденов святого Апостола Андрея Первозванного, святого Александра Невского и святого Владимира Большого креста первой степени кавалера; и князя Александра Куракина, Своего Вице-Канцлера, Действительного Тайного Советника, Члена Совета, Действительного Камергера и орденов святого Апостола Андрея Первозванного, святого Александра Невского, святой Анны Большого креста первой степени и Королевских Датских орденов Денеброга и Совершенного Союза кавалера; а Державный Мальтийский Орден и Его Преимущество Гроссмейстер, – Юлия Рене Бальи Графа Литту, кавалера Мальтийского, Ордена Большого креста кавалера по праву дворянства почетного языка Итальянского, командора разных командорств, Военного ордена св. Великомученика и Победоносца Георгия третьей степени, Польских: Белаго Орла и св. Станислава кавалера, Российского флота Контр-Адмирала и Полномочного Министра знаменитого Ордена Мальтийского и Его Преимущества Гроссмейстера при   Е г о   В е л ич е с т в е   И м п е р а т о р е   Всероссийском; которые по взаимном сообщении и размене Своих полномочий, нашед их в надлежащей форме, согласились о нижеследующих статьях.

I.  Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р   Всероссийский, последуя своему правосудию и во изъявление приязни и   В ы с о ч а й ш е г о   Своего благоволения к знаменитому Мальтийскому Ордену, признает за благо, подтверждает и ратификует за Себя и Преемников Своих на вечные времена, во всем пространстве и торжественнейшим образом заведение помянутого Ордена в Своих владениях.

II.  Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р, признавая действительным то заведение, которое Мальтийский Орден под ручательством Российского   И м п е р а т о р-с к о г о   Двора имел в Польше, и коим воспрепятствовали ему пользоваться замешательства, а наконец и разрушение его Государства, в замену тех доходов, которые Мальтийский Орден в Польше получал с местностей, Острожской Ординации принадлежавших, и соизволяя даже вяще распространить, утвердить и сделать прочным настоящее заведение Мальтийского Ордена в Российской Империи,   В с е м и л о с т и в е й ш е   жалует в собственность оному Ордену ежегодно по 300 тыс. Польских злотых, кои Мальтийский Орден будет получать и ими располагать, как постановлено в разных статьях сей Конвенции.

III. Государственное казначейство Российской Империи из денег, получаемых оным ежегодно со всех Староств Польских, состоящих в емфиотичном, или пятидесятилетнем владении, находящихся ныне под Державою Российской Империи, будет платить ежегодно Мальтийскому Ордену по 300 тысяч Польских злотых. Сей платеж будет производиться ежегодно в два срока, а именно: 30 июня/11 июля по 150000 Польских злотых, да 31 декабря/11 января каждого года по 150000 же Польских злотых, в очистку всей суммы 300 тыс. Польских злотых. Показанные ежегодные деньги будут выдаваемы назначаемому для приема денег Мальтийскому Министру или его Казначею, в Российской Империи пребывающему, или же тому, кто законно уполномочен будет к приему оных.

IV. Вышеупомянутые ежегодно отпускаемые 300 тыс. Польских злотых, которые   Е г о   И м п е р а т о р с к о е   В е л и ч е с т в о   В с е м и л о с т и в е й ш е   жалует Мальтийскому Ордену, освобождаются навсегда от всяких вычетов и обыкновенных и чрезвычайных сборов, и составят капитал и доходы заведения означенного Ордена в Российских владениях, которые будут называться Великим Приорством Российским.

V. Великому Приорству в России состоять из сана Великого Приорства и из десяти командорств. Доходы их распределяемы будут ежегодно следующим образом: Великое Приорство будет получать 60000 Польских злотых; первое и второе командорства по 30000 Польских злотых; третье и четвертое командорства по 20000 Польских злотых, пятое, шестое, седьмое, восьмое, девятое и десятое Командорства по 15000 Польских злотых.

VI. Сан Великого Приорства будет ежегодно платить в Общественное Орденское Казначейство в Мальте под именем респонсий по 12000 Польских злотых; все десять командорств равным образом платить имеют ежегодно свои респонсии по следующему расписанию: первое и второе командорства по 6000 Польских злотых; третье и четвертое командорства по 4000 Польских злотых; пятое, шестое, седьмое, восьмое, девятое и десятое командорства по 1500 Польских злотых. Сии ежегодные респонсии, следующие в Общественное Орденское Казначейство в Мальте, будут вычитать наперед из всей суммы 300000 Польских злотых назначенный для приема Министр или Казначей Мальтийского Ордена, в Российской Империи находящийся, который имеет получать вышеупомянутые доходы Великого Приорства, и коему поручено будет делать вышеозначенное распределение.

VII.   Е г о   И м п е р а т о р с к о е   В е л и ч е с т в о  и Его Преимущество Гроссмейстер, будучи равно убеждены в важности и пользе Миссии Мальтийского Ордена, долженствующей иметь постоянное пребывание в Российской Империи, для облегчения и сохранения беспосредственного сношения между обоюдными их областями и для тщательного наблюдения всех подробностей, касающихся до сего нового заведения, условились с общего согласия назначить по 20000 Польских злотых ежегодно в жалование Мальтийского Ордена Министру и Казначею, в Российской Империи пребывающему, да сверх того по 12000 Польских злотых ежегодно на содержание церкви и архива, и на жалование чинам, находящимся при Великом Приорстве и при Министре.

VIII. 18000 Польских злотых, остающихся от полной суммы 300000 Польских злотых, назначаются на прочие ежегодные в Мальте расходы по Великому Приорству Российскому.

IX. Мальтийский Орден воспользуется своими доходами с первого Января 1797 года, и все 300000 Польских злотых за сей первый год, также и следующие деньги за первую треть 1798 года поступят сполна в Общественное Мальтийскаго Ордена Казначейство, в замену издержек на чрезвычайную его Миссию в Санктпетербурге и первых необходимых расходов на заведение Мальтийскаго Ордена в Российской Империи. Вследствие чего назначаемый Великий Приор и Командоры начнут пользоваться доходами своими 1 Мая 1798 года.

X.  Е г о   И м п е р а т о р с к о е   В е л и ч е с т в о  объявляет, что сан Великого Приорства Российского, равно как и командорства, от него зависящие, не должны ни под каким видом жалованы быть кому-либо иному, кроме подданных  Е г о  Империи, кои, по учреждениям Мальтийского Ордена могут быть приняты в оный.

XI.  Е г о   И м п е р а т о р с к о е   В е л и ч е с т в о, даруя Мальтийскому Ордену полную свободу учреждать и наблюдать в новых своих Институтах в Российской Империи свойственные ему уставы, позволяет и принимает в Собственное Свое покровительство исполнение Статусов и учреждений, учиненных для внутреннего управления сего Ордена.

XII.  Е г о   И м п е р а т о р с к о е   В е л и ч е с т в о, желая сверх того, чтоб Мальтийский Орден, таковым образом в России учрежденный, имел в областях сей Империи тоже уважение и знаменитость, каковыми пользуется он в других Европейских государствах, и ведая, что достижению сего важного предмета поспешествует паче всего точное наблюдение узаконений и уставов Орденских, повелевает, чтобы все чины, составляющие ныне и впредь помянутое Великое Приорство Российское, сообразовались оными в точности, исполняя обязанности, предписанные постановлениями и учреждениями Мальтийского Ордена, как относительно их принятия в сей Орден, так и по всем другим предметам, касающимся до их звания.

XIII.  Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р  будет тем более усердствовать и печься об исполнение предыдущей статьи, доколе  Е м у  известно, что обязанности Мальтийских кавалеров, предписанные мудрыми постановлениями того Ордена, всегда неразлучны с долгом каждого верного подданного к его Отечеству и Государю.

XIV. Принятие Мальтийских кавалеров и доказательства о дворянстве производимы будут по введенному и наблюдавшемуся в прежде бывшем Великом Приорстве Польском обыкновению; равным образом и следующие за прием деньги (les droits de passage) будут платимы по таксе, установленной в вышеупомянутом великом Приорстве.

XV. Кавалеры будут во всей точности исполнять долг свой относительно обыкновенных походов или караванов, и обительского пребывания в Мальте.

XVI. По смерти каждого командора или кавалера, учинившего Орденский обет, остающиеся пожитки по силе Статуса будут принадлежать Мальтийскому Общественному Казначейству, и прием оных поручен будет Главному Прокурору или поверенному Ордена, для того назначаемому. Предписание сей статьи отнюдь не касается до командоров родовых, а относится единственно к тем особам, которые учинили Ордену узаконенный обет.

XVII. Поелику все члены Мальтийского Ордена равно повинны исполнять точно обязанности свои по Статусам, то по праву только старшинства, которое считать со дня их вступления в Орден, будут они получать командорства и Великое Приорство; но право старшинства не иначе будет действительно, как по удовлетворении всем прочим обязанностям Ордена, так, что каждый кандидат, желающий предпочтен быть в пожаловании командорствами и Великим Приорством, должен иметь права старшинства и способность Статусами предписанную.

XVIII.  Е г о   И м п е р а т о р с к о е   В е л и ч е с т в о  в вящее изъявление личного своего благорасположения к Преимущественнейшему Гроссмейстеру, соизволяет, чтоб в Российском Великом Приорстве Его Преимущество, яко Начальник Мальтийского Ордена, имел тоже Гроссмейстерское право, каковое принадлежит ему во всех прочих Приорствах, то есть жаловать чрез каждые пять лет одно командорство по милости даваемое (di grazia), когда таковое в течение сего времени опорожнится. Сие командорство будет подвержено платежу годового дохода (Аnnate) и других податей, следующих Гроссмейстеру за пожалование, но его Преимуществу Гроссмейстеру нельзя будет употребить такового Гроссмейстерского права иначе, как в пользу одного из Кавалеров Российского Великого Приорства.

XIX. Дабы раздача доходов Мальтийского Ордена могла касаться до большего числа особ никому из кавалеров не позволяется иметь по праву старшинства более одного командорства вдруг, так, что тот, кто получает выгоднейшее командорство, должен оставить прежнее. Перемещения же командорственные производить в Мальте в Великом Приорстве Российском по законам и учреждениям Ордена.

XX. Кавалеры, которые по особливым услугам, оказанным Ордену, получат от щедрот его Преимущества Гроссмейстера командорство, даваемое по милости (di grazia) и не будут подлежать изъясненному в предыдущей статье установлению, относящемуся единственно к командорствам, по старшинству получаемым.

XXI. Великое Приорство Российское и зависящие от него командорства будут подвержены, как и все прочие Мальтийские командорства, податям, платимым по случаю смерти и опорожнения (droits du mortuaire et du vacant), и в продолжение такового опорожнения командорств будет Общественное Казначейство Орденское иметь управление над оными и собирать с них доходы.

XXII. Доходы всякого командорства, остающегося праздным за неимением кандидатов, доставляемы будут в Общественное Казначейство Ордена, до тех пор, пока кто-нибудь из кавалеров сего Великого Приорства не сделается по силе Статуса (сарах), достойным получить оное.

XXIII.  Е г о   В е л и ч е с т в о,   И м п е р а т о р   В с е- р о с с и й с к и й, дает также свое  И м п е р а т о р с к о е  соизволение и утверждение на все командорства Мальтийского Ордена, именуемые родовыми, или имеющие право, называемое «jus patronatus», кои уже в Польше учреждены были и ныне состоят под Державой Российской Империи, объявляя, что все условия и постановления, изъясненные и содержащиеся в разных актах вышеперечисленных учреждений, должны быть исполняемы совершенно, точно и без всякого изъятия с обеих сторон.

XXIV.  Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р  для вящего споспешения выгодам и благосостоянию Мальтийского Ордена, также чтоб облегчить средства, по коим бы все Римско-Католическое Дворянство Российской Империи и даже те, кои по своим обстоятельствам не могут прямо вступить во все обязанности Статутов Мальтийского Ордена, участвовали в отличиях, почестях и преимуществах, присвоенных сему знаменитому Ордену, к которому  Е г о   И м п е р а т о р с к о е   В е л и- ч е с т в о  всегда имел уважение и благоволение,  В с е м и л о с т и в е й ш е  дарует отныне навсегда  И м п е р а- т о р с к о е  свое позволение и подтверждение на все впредь учреждаемые родовые командорства, и по сему все желающие следовать благородному сему установлению, должны относиться беспосредственно к Мальтийскому Ордену, или к его поверенному, в Российской Империи пребывающему, как для соглашения о взаимных условиях, так для составления акта, до сих заведений касающегося, и для получения из Мальты потребного на то согласия. Родовые командорства будут состоять в Мальтийском Ордене под названием фамилий основавших оные.

XXV. Великому Приорству Российскому иметь в главном месте своего пребывания Думные собрания, а особливо в 23 день Июня, накануне праздника св. Иоанна Крестителя, Покровителя Мальтийского Ордена. Дума будет ведать и управлять всеми делами Великого Приорства, от нее зависящими, вести протокол всем своим советованиям, и делать о том в Мальту потребные сообщения.

XXVI. В Думе будет председать Великий Приор, а в небытность его старший командор.

XXVII. Что касается до предложения, и решения дел, в том поступать по думным постановлениям, назначенным в орденских Статутах.

XXVIII. Полномочный Мальтийский Министр, обретающийся в Российской Империи, яко Главный Прокурор его Преимущества Гроссмейстера, Священного Орденского Совета и Общественного Казначейства, будет по праву того звания предлагать в Думе о всех делах, кои решить в ней по большинству голосов, наблюдая, чтоб в случае равенства оных, Великий Приор имел два голоса для решения.

Все дела, рассмотренные и решенные по силе Статутов, обыкновений и прав орденских исполнять без замедления; но ежели случаться дела необыкновенные, то решения отсылать в Мальту прежде исполнения.

XXIX. Все учинившие обет кавалеры Мальтийского Ордена, кому способно, должны присутствовать в Думе, где они будут иметь право подавать голоса, занимая места по чину и старшинству, сообразно думным учреждениям Ордена; кавалерам же, состоящим в искусе, присутствовать в Думах, не подавая голоса.

XXX. Все родовые командоры приглашены будут в Думу, где им занимать места с прочими командорами, по старшинству учреждения каждого командорства. Они будут подавать только мнение, а когда коснется до какого-либо предмета, относящегося к родовым командорствам, тогда и они могут подавать голоса.

XXXI. Дабы все кавалеры Мальтийского Ордена, состоящие при том в военной или гражданской службе  Е г о   В е л и ч е с т в а   И м п е р а т о р а   В с е р о с с и й- с к о г о, могли удобнее исполнять все обязанности своего Ордена, позволено им будет отлучаться всякий раз, когда реченные обязанности потребуют того необходимо.

XXXII. Поелику все прочие Великие Приорства, отличаясь орденскими цветами, имеют особенные мундиры, то  Е г о   И м п е р а т о р с к о е   В е л и ч е с т в о  и Его Преимущество Гроссмейстер назначат мундир и для Великого Приорства Российского.

XXXIII. Великий Приор и командоры только будут иметь право носить орденский крест на шее, а прочие кавалеры должны носить малый крест в петлице.

XXXIV. Почетные кавалеры в России, то есть те, кои не доказав дворянства своего в Мальтийском Ордене, получили позволение носить крест, называемый «di Divizione et di Grazia» (Благочестия и Милости), должны носить малый крест в петлице, мундира же Великого Российского Приорства им не употреблять без особенного на то позволения  Е г о   И м п е р а т о р с к о г о   В е- л и ч е с т в а  и Преимущественнейшего Гроссмейстера.

XXXV. Все почетные кавалеры в России должны будут предъявить и записать в канцелярии Великого Приорства те виды, кои дают им право носить знаки сего Ордена.

XXXVI.  Е г о   В е л и ч е с т в о    И м п е р а т о р   В с е- р о с с и й с к и й,  В с е м и л о с т и в е й ш е  жалует еще Мальтийскому Ордену в своей Империи все те отличности, преимущества и почести, коими знаменитый Орден пользуется в других местах, по уважению и благорасположению Государей.

XXXVII. Настоящая Конвенция ратификована будет  Е г о   В е л и ч е с т в о м   И м п е р а т о р о м   В с е р о с- с и й с к и м, Державным Орденом Мальтийским и Его Преимуществом Гроссмейстером, и ратификации на оную разменены будут в четыре месяца, считая со дня подписания или прежде, буде возможно.

Во уверение чего мы нижеподписавшиеся уполномоченные подписали сию Конвенцию с приложением печатей гербовых наших.

Первая Сепаратная статья. Недоимки, следующие Мальтийскому Ордену в Польше, по причине неполучения им доходов своих с 1788 года, купно же и четыре тысячи червонных, должных еще с самого заведения Мальтийского Ордена в Польше по трактату 1775 года по день вступления во владение Острожскими маетностями с принадлежностями их и до присоединения оных к Российской Империи, в 1793 году последовавшего, будут включены в число долгов прежде бывшей Республики Польской для поверения оных при будущем в тех долгах расчете, и для удовлетворения способом, постановленном к заплате всех долгов реченной республики.

Сия Сепаратная Статья долженствует иметь ту же силу и действие, как бы оная внесена была от слова до слова в Конвенцию, заключенную в тот же день, и будет ратификована в то же время. В уверение чего нижеподписавшиеся полномочные подписали сию статью с приложением гербов своих.

Вторая Сепаратная статья. Относительно недоимок, следующих Мальтийскому Ордену с 1793 года включительно, в которых реченные Польские области поступили под Державу Российской Империи, по 31 декабря 1796 года,  Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р, в вящее изъявление Своего доброжелательства и благоволения к знаменитому Мальтийскому Ордену, предоставляя себе сделать после, какие за благо рассудить, распоряжения о всей сумме оных недоимок, следующим тому Ордену с показанного в сей статье времени,  В с е- м и л о с т и в е й ш е  объявляет, что отныне же соизволяет на платеж Мальтийскому Ордену той части суммы, которая принадлежит сообщественно Общественному Казначейству Ордена за неполученные годовые респонсии, кои, считая по двадцати четыре тысячи Польских злотых в год, составляют обще девяносто шесть тысяч Польских злотых за прошедшие с того времени четыре года. Вследствие чего угодно  Е г о   В е л и ч е с т в у  назначить в уплату оной суммы Мальтийскому Ордену пять тысяч Голландских червонных, которые и будут выданы при ратификации сей Конвенции.

Сия Сепаратная Статья долженствует иметь ту же силу и действие, как бы оная внесена была от слова до слова в Конвенцию, заключенную в тот же день, и будет ратификована в то же время. В уверение чего нижеподписавшиеся полномочные подписали сию статью с приложением печатей гербов своих.

Третья Сепаратная статья. Великое Приорство Российское, занимая в Мальтийском Ордене место прежде бывшего Великого Приорства Польского, будет, как сие до ныне было, присоединено к древнему Английскому языку, которого существование восстановлено в Мальтийском Ордене: Его Преимущество Гроссмейстер и Священный Совет Ордена не оставят впредь сами беспосредственно стараться, дабы сие присоединение учинено было сообразно постановлению и законам Ордена, по правилам справедливости и ко взаимному удовольствию.

Сия Сепаратная Статья долженствует иметь ту же силу и действие, как бы оная внесена была от слова до слова в Конвенцию, заключенную в тот же день, и будет ратификована в то же время. Во уверение чего нижеподписавшиеся полномочные подписали сию статью с приложением печатей гербов своих.

Четвертая Сепаратная статья. Поелику все платежи, означенные в сей Конвенции, показаны Польскими злотыми, для будущих же времен нужно отвратить всякое затруднение и разность, могущая последовать в тех выдачах от разности курса, то Высокодоговаривающиеся стороны, с общего согласия, условились назначить точную и непременную цену, по которой должны производиться навсегда и без всякой отмены платежи, условленные в сей Конвенции, и все те, кои могут случиться по Великому Приорству Российскому. Почему  Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р   В с е р о с с и й с к и й  и Его Преимущество Гроссмейстер определили безотменно считать каждый Польский злотый по 25 копеек Российских.

Сия Сепаратная Статья долженствует иметь ту же силу и действие, как бы оная внесена была от слова до слова в Конвенцию, заключенную в тот же день, и будет ратификована в то же время. Во уверение чего нижеподписавшиеся полномочные подписали сию статью с приложением печатей гербов своих.

 

Января  4/15, 1797 г.

 

 

 

 

Приложение №9.

 

ПРИБАВОЧНЫЕ СТАТЬИ КОНВЕНЦИИ 1797 года*

 

 

 

{*  Печатается по материалам ПСЗРИ. СПб., 1830–1916.  №18249.}

 

Полномочные  Е г о   В е л и ч е с т в а   И м п е р а т о- р а   В с е р о с с и й с к о г о  и Полномочный Державного Мальтийского Ордена и Его Преимущества Гроссмейстера рассудя за благо прибавить к Конвенции, подписанной ими в С.-Петербурге. Января 4/15 дня нынешнего, еще некоторые условия, относящиеся к заведению Мальтийского в России Ордена, постановили и подписали по силе своих полномочий следующие прибавочные статьи.

1.  Е г о   В е л и ч е с т в у   И м п е р а т о р у   В с е р о с- с и й с к о м у  благоугодно, чтобы в Великом Российском Приорстве были конвентуальные Капеляны на пользу Орденских церквей, как в России, так и в Мальте; почему и соизволяет  Е г о   В е л и ч е с т в о, сверх снисхождений, означенных уже в вышереченной Конвенции, учредить вновь три командорства для Конвентуальных Капелянов с доходом по шести тысяч Польских злотых в год каждому, кои выдаваемы будут из Российского Государственного Казначейства по тому же расчету и в те же сроки, как постановлено в вышереченной Конвенции.

2. Каждое из трех реченных командорств долженствует платить ежегодно в Общественное Орденское Казначейство респонсий по тысяче Польских злотых.

3. Конвентуальные Капеляны Великого Российского Приорства должны предъявлять доказательства для своего принятия в Орден, платить следующие при вступлении в оный сборы в Общественное Казначейство и исполнять все статутные обязанности сообразно тому, что о них постановлено в 1776 году последнею общею Думою Ордена, пользуясь всеми правами, выгодами, почестями и преимуществами, назначенными им в законах, Вышереченные Конвентуальные Капеляны будут вступать в командорства по старшинству в Ордене, и по своему достоинству, сообразному Статутам.

4.  Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р  дозволяет, что по примеру того, что заведено в других Великих Приорствах, был и в Великом Российском Приорстве Конвентуальный Капелян, родом из Мальты, которого выбирать из знаменитейших фамилий, оказавших услуги Ордену.

5.  Е г о   В е л и ч е с т в о   И м п е р а т о р  предоставляет Его Преимуществу Гроссмейстеру как ныне, так и впредь навсегда, назначение реченного Мальтийского Капеляна. О таковом Гроссмейстерском назначении следует всякий раз извещать  И м п е р а т о р с к и й  Российский Двор и надлежащим образом вносить оное в Протокол Великого Российского Приорства. Реченный Мальтийский Капелян будет повинен исполнять все Статутные обязанности, пользуясь в Великом Российском Приорстве, в силу своего назначения, теми же правами, почестями и преимуществами, каковые будут иметь Капеляны, подданные  Е г о   В е л и ч е с т в а   И м п е р а т о р а   

В с е р о с с и й с к о г о, кроме особливых изъятий, предписанных Статутами в рассуждении Мальтийских Капелянов, и существующих в других Великих Ордена Приорствах.

6. Ежегодных респонсий, вместо определенных Конвенцией по тысяче по пятисот Польских злотых, каждое из шести последних командорств имеет платить по три тысячи Польских злотых.

7. Во избежание всякого спора, могущего впредь последовать о смысле XXII статьи Конвенции, условлено, чтоб доходы каждого командорства, остающегося праздным за неимением кандидата, принадлежали Общественному Казначейству Ордена, а течение податей, следующих по случаю смерти и опорожнения (du mortuaire et du vacant) сообразно Статуту IX и по ординации 14-й главы Общественного Казначейства, читать с того только дня, когда кто законно помещен будет от языка на то командорство.

8. Сии прибавочные статьи долженствуют иметь ту же силу и действие, как бы оные внесены были от слова до слова в Конвенцию, заключенную в С.-Петербурге Января 4/15 дня 1797 года. Они будут ратификованы  Е г о  В е л и ч е с т в о м   И м п е р а т о р о м   В с е р о с с и й с к и м  и Державным Мальтийским Орденом и Его Преимуществом Гроссмейстером, и ратификации разменены в то же время. Во уверение чего мы обеих сторон полномочные подписали сии статьи с приложением печатей гербов наших.

 

Ноября 17, 1797 г.

 

 

 

 

 

Приложение №10.

 

К О Н В Е Н Ц И Я,

 

постановленная между Республикою Французской в лице ее генерал-аншефа Бонапарте,

и Орденом святого Иоанна Иерусалимского в лице его уполномоченных бальи Туринского Фризари, командора Боредона Ронсижата, барона Мария Теста Феррата, доктора Николая Муската, адвоката Бенедето Скембри и советника Бонанно, при посредничестве Его Католического Величества Короля Испанского, в лице кавалера Филиппа Амета, поверенного его в Мальте.

 

 

{*  Печатается по изданию: Лабзин А.Ф., Фахрушев А. История ордена святого Иоанна Иерусалимского. СПб., 1799.}

 

Статья 1. Кавалеры ордена святого Иоанна Иерусалимского сдадут французской армии город и крепости Мальтийские, и уступят Французской Республике право владения и собственности как на сем острове, так и на островах Гоццо и Комино.

Статья 2. Республика Французская постарается на Конгрессе Раштадском доставить Великому Магистру, по смерть, какое-либо владение, соответствующее тому, которого он лишается, обязуясь давать ему до того времени ежегодно по 300000 ливров пенсии, да в замену потери его в движимом имуществе выдаст ему единовременно двухлетнюю его пенсию; и пока он останется на Мальте, предоставляет ему все принадлежащие ему почести.

Статья 3. Кавалеры ордена святого Иоанна Иерусалимского из французов, находящиеся на Мальте, могут возвратиться в свое отечество, и пребывание их в Мальте сочтется за пребывание во Франции.

Статья 4. Республика Французская кавалерам французским, пребывающим ныне в Мальте, определяет по смерть по 700 ливров пенсии.

Статья 5. Республика Французская употребит свои добрые услуги, у других держав европейских, чтобы они кавалерам их наций оставили прежние права их на имения орденские, в их владениях находящиеся.

Статья 6. Частная собственность кавалеров на островах Мальте и Гоццо оставляется им, как имущество партикулярное.

Статья 7. Кавалеры на островах Мальте и Гоццо могут, как и прежде, свободно отправлять Апостольскую Римско-католическую веру, – сохранять свою собственность и привилегии, и не подвергнутся никакой особливой контрибуции.

Статья 8. Все гражданские установления, во время правления орденского состоявшиеся, остаются в своей силе непременными.

 

Заключено вдвойне

на корабле «Ориант» пред Мальтою,

24 прериаля шестого года

Французской Республики.

 

12 июня 1798 года»

 

 

 

 

Приложение №11.

 

МАНИФЕСТ

 

об установлении в пользу

Российского дворянства Ордена

святого Иоанна Иерусалимского*

 

{*  Печатается по материалам ПСЗРИ. СПб., 1830–1916.  №18766. С. 22–25.}

 

 

Б о ж и е й   М и л о с т ь ю   М ы,  П а в е л  I-й, И м п е р а т о р   и   С а м о д е р ж е ц   В с е р о с с и й с к и й,  В е л и к и й   М а г и с т р   О р д е н а   С в. И о а н н а  И е р ус а л и м с к о г о  и прочая, и прочая, и прочая.

Орден св. Иоанна Иерусалимского от самого своего начала благоразумными и достохвальными учреждениями своими споспешествовал как общей всего Христианства пользе так и частной таковой же каждого государства. Мы всегда отдавали справедливость заслугам сего знаменитого Ордена, доказав особливое  Н а ш е  к нему благоволение по восшествии  Н а ш е м  на  И мп е р а т о р с к и й  Всероссийский Престол, установив Великое Приорство Российское с доходами, ему присвоенными. В новом качестве Великого Магистра того Ордена, которое восприяли  М ы  на  С е б я  по желанию добронамеренных членов его, обращая внимание  Н аш е  на все те средства, кои восстановление блистательного состояния сего Ордена и возвращение собственности его, неправедно отторгнутой, совершить и вяще обеспечить могут, и желая с одной стороны явить пред светом новый довод  Н а ш и х  уважения и привязанности к толь древнему и почтительному установлению, с другой же чтоб и  Н а ш и  верноподданные, благородное дворянство Российское, коих предков и самих их верность Престолу  М о н а р ш е м у,  храбрость и заслуги доказывают целость Державы  Н а ш е й,  расширение пределов Империи и низложение многих и сильных супостатов Отечества, не в одном веке в действо произведенное, участвовали в почестях, преимуществах и отличиях, сему Ордену принадлежащих, а тем и открыт был для них новый способ к поощрению честолюбия на распространение подвигов их, Отечеству полезных и  Н а м  угодных, признали  М ы  за благо установить, и чрез сие  И м п е р а т о р с к о ю   Н а ш е ю  властью установляем новое заведение Ордена св. Иоанна Иерусалимского в пользу благородного дворянства Империи Всероссийской, на правилах нижеизъясненных, которые долженствуют служить на предбудущие времена первоначальном тому основанием.

1. Сверх определенных доселе на Великое Приорство Российское сумм,  В с е м и л о с т и в е й ш е   жалуем и определяем на новое заведение сие Ордена св. Иоанна Иерусалимского и другие необходимые по Ордену расходы, ежегодно по 216000 руб., кои имеют быть собираемы, распоряжаемы и распределяемы образом, в следующих статьях означенным.

2. Государственное Казначейство имеет ежегодно отпускать новому заведению сему, Ордена св. Иоанна Иерусалимского, в два срока помянутую сумму 216000 руб. к 30 Июля, а вторую половину – к 31 Декабря. Платежи сии должны производиться в Казначейство Ордена св. Иоанна Иерусалимского, которое распорядить оные долженствует образом изъясненным и положенным в разных пунктах настоящего установления.

3. Сумма сия 216000 руб.,  В с е м и л о с т и в е й ш е   от   Н а с   жалуемая, изъемлется навсегда от всяких удержаний, вычетов и налогов, так, что она вся сполна отпускаема будет.

4. Новое заведение сие составлено быть имеет из 98 командорств, различных доходов, которые назначаются следующим образом:

2 командорства, приносящие ежегодно по 6000 р. каждое;

                       4 командорства                                    по 4000 р. каждое;

                       6 командорств                                       по 3000 р. каждое;

                       10 командорств                                    по 2000 р. каждое;

                       16 командорств                                    по 1500 р. каждое;

                       60 командорств                                    по 1000 р. каждое.

5. Все вышеупомянутые 98 командорств имеют платить ежегодно в Казначейство Орденское респонсии, или ответствия, полагая по 20 процентов с взаимных их доходов, на основании распределения означенного в предыдущей статье. Сверх того, должны они вносить ежегодно по 5 процентов, в замену права принадлежащего Орденскому Казначейству на остаток каждого поссессора командорства по смерти его.

6. Остающаяся за сим расходом сумму в дополнение 216000 руб., имеет ежегодно распределяема быть на расходы по Ордену необходимо нужные, означенные в особливой табели Нами утвержденной.

7. Орден св. Иоанна Иерусалимского имеет пользоваться доходами, новому сему заведению назначаемыми, с 1 Января наступающего 1799 года по 1 Июля того же года, так что 108000 руб., доходы сии за полгода составляющие, все сполна внесены будут в Орденское Казначейство. Командоры же, наименованными быть долженствуюшие, начнут получать доходы с 1 Июля 1799 г.

8. Как всякое установление, чтоб быть полезным и прочным, должно иметь правила точные и ясные, то и признали   М ы   нужным в статьях нового заведения сего определить правила, кои кавалеры необходимо и без всякого изъятия должны исполнять, без чего не могут они быть принимаемы в число кавалеров, но приобрести права к получению командорства.

9. Правила Сии состоят в следующем:

1). Доказательства о дворянстве на основании, которое положено будет Комиссиею избранною   Н а м и   из ста первых командоров, причисляя к ней и Поручика, представляющего   Н а с   в новом   Н а ш е м   качестве Великого Магистра, и    Н а м и   потом утверждено.

2). Заплата Орденскому Казначейству при принятии права переходу (droit de passage) совершеннолетия или малолетия, на основании всех других статутов Ордена, и удовлетворить всем другим установленным обязанностям. Переход совершеннолетия, то есть право, предлагаемое для всех тех, кои принимаются после 15 лет, определяется в 1200 рублях; переход малолетия, то есть право, полагаемое для приемлющихся прежде упомянутого возраста, назначается в 2400 рублях.

3). Сделать обыкновенные 4 каравана, на эскадрах ли Ордену принадлежащих, или в армиях, или на эскадрах Российских; 6-месячные компании должны почитаться за один караван; а в доказательство исполнения обязанности караванов, должно иметь свидетельство от начальников военных, изъявляющее о времени службы и о добром поведении.

4). Не быть должником Казначейства Орденского.

10. Каждый желающий участвовать в новом заведении сем Ордена св. Иоанна Иерусалимского, должен необходимо удовлетворять обязанностям, изъясненным в 1 и 2 пунктах предыдущей статьи; а для приобретения права командорства, по мере открывающихся вакансий, исполнение всех обязанностей, в 4 пунктах той же статьи означенных, необходимо.

11. Все кавалеры, кои принадлежать будут новому заведению сему, Ордена св. Иоанна Иерусалимского, должны удовлетворять точно обязанностям здесь установленным; на вакансии же командорственные не иначе поступать имеют, как по старшинству, которое тогда только действительным почитаться может, когда исполнены будут все вышеупомянутые обязанности, так что каждый кандидат на вакантные командорства должен соединенно иметь право старшинства и исполнение всех обязанностей, настоящим установлением предписуемых.

12. Командор, при открывающихся вакансиях может, оставя командорство, которым он пользовался, получить другое, высшего дохода; но к получению такового лучшего командорства, должен от иметь право старшинства и не быть должником Орденского Казначейства.

13. Нового заведения сего 98 командорств имеют наблюдать, как и все другие Ордена св. Иоанна Иерусалимского, права на случаи смертные (droit de mortuiare) или праздного места (droit de vacant), кои объяснены будут на основании законов и обычаев в рассуждении прав сих установленных. Казначейство Орденское, в срок, положенный для помянутых прав, имеет управление и получает доходы праздного командорства.

14. Доходы каждого упразднившегося командорства, за неимением кандидата, сполна вносимы быть должны в Орденское Казначейство, до тех пор, пока кто-либо учинится достойным (сарах) к получению оного, и только со дня, как получит он его образом законным получает и доходы.

15. Мы предоставляем   С е б е   наименование первых 98 командорств, коим присвоены будут командорства, сим новым заведением учреждаемые.

16. Сии первые 98 командорств,  Н а м и   назначаемые, одни только разрешаются от обязанностей для получения командорств вышепредписанных, а должны единственно удовлетворить праву перехода и другим пошлинам.

17. В качестве   Н а ш е м   Великого Магистра Ордена святого Иоанна Иерусалимского,  М ы   предоставляем   С е б е равным образом право, называемое Магистральное, посредством коего можем каждые 5 лет жаловать одно командорство «милости», ежели в течении сего времени будет вакантное из 98 ныне установляемых.

18. Командорства, кои, как в предыдущей статье изъяснено, даваемы будут, яко милости, имеют платить подати, определенные правами Магистральными.

19. Желая командорства, так называемые Милости Магистральной, не иначе раздавать, как в награждение достоинства,  М ы   обещаем выборы чинить при вакансиях таковых командорств, из людей заслуженных пред   Н а м и, Государством и Орденом.

20. Дабы доходы, назначаемые для сего нового заведения Ордена св. Иоанна Иерусалимского, могли обратиться в пользу большего числа людей, не позволяется ни одному кавалеру иметь более одного командорства, так, что при получении лучшего командорства, должно оставить прежнее. Перемены командорства должны чиниться на основании и правилах, изъясненных в статьях настоящего заведения.

21. Кавалеры, получающие за особливые заслуги от   М о н а р ш е г о   Н а ш е г о   благоволения командорства милости, исключаются из установления, предыдущею статьею положенного, и единственно относящегося до командорств, по старшинству достающихся.

22. К вящему поспешествованию пользам Ордена св. Иоанна Иерусалимского, и к доставлению Дворянству Империи   Н а ш е й,  даже и тем из оного, кои по каким-либо особливым обстоятельствам не могут со всем удовлетворять обязательствам, в статьях настоящего заведения положенным, способами, к получению отличий, почестей и преимуществ присвоенных кавалерам, принятыми для нового сего заведения Ордена св. Иоанна Иерусалимского,  М ы  В с е м и л о с т и в е й ш е   дозволяем отныне навсегда, всем, кто пожелает установить фамильные командорства, или Jus Patronatus, относиться прямо к   Н а ш е м у   Поручику Великого Магистра для соглашения о взаимных условиях, или для соображения акта таковых фамильных заведений, который и внесен будет к   Н а м   на рассмотрение и утверждение.

23. Фамильные командорства или Jus Patronatus, когда в Ордене св. Иоанна Иерусалимского и везде, где нужда потребует, называться имеют именами фамилий, оные установивших. Командоры фамильные будут пользоваться почестями и преимуществами принадлежащими заведениям их.

24. Командоры, ныне установляемые, имеют собраться в доме Ордена св. Иоанна Иерусалимского в    И м п е р а т о р с к о й   Н а ш е й   Резиденции, для соглашения об управлении дела, относящихся до распоряжений хозяйства, наблюдения, истолкования и исполнения установлений положенных настоящим заведением, наблюдая правила, для таких собраний учрежденные.

25. Поручик,  Н а с   представляющий в качестве   Н аш е м   Великого Магистра Ордена св. Иоанна Иерусалимского, имеет в собраниях сих председательство. Ему принадлежит право предлагать дела, кои решатся большинством голосов, по формам и обычаям наблюдаемым в Ордене св. Иоанна Иерусалимского, и на основании правил настоящим заведением положенных. Всем заседаниям сим должны держаться журналы для представления   Н а м.

26. В заключение сего подтверждаем торжественно за   Н а с   и всех Наследников   Н а ш и х   навсегда все вообще и каждую статью порознь, для непременного их наблюдения и исполнения.

 

Ноября 29, 1798 г.

 

 

 

 

Приложение №12.

 

МАНИФЕСТ

о составлении Ордена святого Иоанна Иерусалимского из двух Великих Приорств: Российско-Католического

и Российского, и о праве и старшинстве

принятых в сей орден особ

 

{*  Печатается по ПСЗРИ. СПб., 1830–1916.  №18799.}

 

В сходстве благоразумных учреждений, повсеместно наблюдаемых в Державном ордене Ордена святого Иоанна Иерусалимского, и дабы дать более твердости в существенности основанию сего ордена в Империи Нашей, Мы признали за благо следующим образом установить в нем пределы, достоинства, старшинство и права тех, кои оному принадлежать будут. По учреждениям Нами в разные времена делаемым, Ордена святого Иоанна Иерусалимского в Империи Нашей составлен быть имеет из Великого Приорства Российско-Католического, основанного учреждением 1 Генваря 1797 года, и из Великого Приорства Российского, основанного учреждением 29 Ноября 1798 года. Особы, которые по исполнении всего в сих учреждениях предписанного, приняты будут в одном из двух сих Великих Приорств, должны по Высочайшей Нашей воле оставаться всякий в пределах Приорства своего так, что никто ни права, ни старшинства, ни командорства кроме того Приорства, в коем он принят был иметь не должен. Во всех же случаях, когда сии два Приорства соединены, Кавалеры, составляющие их, в сходство Статутов Ордена, ранжироваться имеют каждый по своему старшинству.

 

Декабря 28, 1798 г.

 

 

 

 

 

Приложение №13.

 

Высочайше утвержденные

ПРАВИЛА 

для принятия дворянства Российской Империи в Орден святого Иоанна Иерусалимского*

{*  Печатается по ПСЗРИ. СПб., 1830–1916.  №18859.}

1. Всякий дворянин имеет право домогаться чести быть принятым в Орден св. Иоанна Иерусалимского.

2. В Орден св. Иоанна Иерусалимского можно быть принят в малолетстве (de minorite) и совершенном возрасте (de majorite).

3. Принятие в малолетстве включает в себя всех принятых со дня рождения до совершения 15 лет.

4. Принятие в совершенном возрасте разумеется всех принятых до совершения 15 лет и далее.

5. Принимаются в Орден св. Иоанна Иерусалимского для доставления Ордену защитников и воинов, а вступающие в оный прежде 15 лет, долго не могут оказывать ему никакой услуги, хотя и пользуются всеми выгодами и преимуществами, сопряженными с правом старшинства; почему принятые в малолетстве, будут платить в общественную казну за прием вдвое против того, что платят принятые в совершенных летах.

6. За прием должны платить малолетние по 2400 р., а совершеннолетние по 1200 р.

7. Как Орден св. Иоанна Иерусалимского есть только военный и дворянский, то всяк, желающий быть принят в оный, должен доказать, что происходит от предков приобревших дворянство воинскими подвигами.

8. Всяк, желающий быть принят в Орден св. Иоанна Иерусалимского, должен представить достоверные доказательства, что отец, дед и прочие предки его подлинно были дворяне, и что благородное их происхождение не менее, как за 150 лет существовало.

9. Доказательства о дворянстве предков должны внесены быть просителем из Герольдии с родословною и гербом.

10. Поелико законное рождение есть главным основание настоящего дворянства, то проситель сверх сего должен представить свидетельства: 1) за подписанием Предводителя того округа, в котором он помещен, и 4-х соседственных честного и незазорного поведения дворян, что как он, так и отец его происхождение имеют подлинно от представляемых им в родословной благородных его предков, и что проситель есть сын законного брака; а 2) за подписанием Духовной Консистории Членов, с ясным показанием: Христианского ли он закона? Когда и где родился, и кем крещен именно?

11. Все сии доказательства и свидетельства желающий быть принят в Орден, доставляет Поручику Великого Магистра в Санктпетербурге, с просьбою о принятии его в орден, платя за прием по возрасту своему.

12. Поручик Великого Магистра извещает почтенный Капитул о просьбе кандидата, и представляет собранию полученные им доказательства и свидетельства.

13. От сыновей и внуков должников орденских не принимаются доказательства, пока не заплатят они наперед отцовского или дедовского долгу в общественное Казначейство.

14. Ежели представленные просителем доказательства будут неполны, в таком случае дополня недостатки, кои ему показаны будут, должен он вновь вынести доказательства из Герольдии.

15. Ежели Кавалерское общество прознает, что доказательства и родословная исправна и восходит до предписанной степени дворянства, то в дополнение всего Орденский Капитул требует еще свидетельства от 4-х дворян, или начальников того военного или штатского места, где проситель служит, что он благородного поведения, беспорочных нравов и к военным должностям способен. Если же он малолетен, то такого же свидетельства Капитул требует от 4-х соседственных дворян: крепок ли он сложением? замечаются ли в нем хорошие нравы? и может ли со временем быть способным к военной службе?

16. Из сих свидетельств и доказательств составляется тетрадь, которая за печатью Орденского Капитула отдается двум избранным баллотировкою комиссарам, командорам, или кавалерам по праву дворянства на рассмотрение.

17. Комиссары, назначенные баллотировкою к рассмотрению доказательства, должны учинить присягу, что они не в родстве с просителем, и что верно исполнят им препорученное, и потом приступают к рассмотрению; а между тем, сверх предписанных в §15 свидетельств, всевозможным образом и без всякой огласки разведывают и сами, точно ли таков проситель, как об нем в свидетельстве показывается.

18. По рассмотрении всех вышеописанных доказательств и собранных о просителе сведений, комиссары докладывают Капитулу с своим мнением, и когда Капитул найдет просителя достойным к принятию в Кавалерское Общество, тогда представляет на утверждение   Е г о   И м п е р а т о р с к о м у   В е л и ч е с т в у.

19. По принятии просителя в Кавалерское Общество, доказательства его свидетельства и все дело об нем отдается в подлиннике на сохранение в Орденский Архив, и проситель считает старшинство свое со дня, в который заплатит следующие за прием деньги Секретарю Казначейства, в чем дается ему от него квитанция.

20. Ежели в одном собрании Капитула приняты будут доказательства разных просителей, то старшинство в чине их определяется данною распискою в следующих за прием деньгах; кто их прежде заплатит, тот будет старшим чином.

21. Ежели доказательства просителевы не будут приняты Капитулом, то следующие за прием деньги, если они уже внесены, возвращаются ему: но он должен заплатить издержки, сделанные Капитулом.

22. Все расходы при собрании доказательств, как-то: весовые деньги, за копии, за написание документов и актов и прочее, должен во всяком случае внести проситель.

 

Февраля 15, 1799 г.

Приложение №14.

Высочайше утвержденные

ПРАВИЛА

для учреждения родовых командорств или jus Patronatus в России*

{*  Печатается по ПСЗРИ. №19044. С. 28–29.}

1. Для учреждения родового командорства должно наперед испросить   В ы с о ч а й ш е е   Е г о   И м п е р а т о р с к о г о В е л и ч е с т в а Преимущественнейшего Великого Магистра на то соизволение.

2. Особа, для коей учреждается командорство, обязана представить требуемые для кавалеров доказательства о дворянстве и платить обыкновенные за прием деньги по возрасту своему.

3. Учредитель родового командорства может распространить наследственное право на все ветви или поколения рода своего, означая порядок, по коему они имеют следовать. Учредитель кроме того может еще в акте об учреждении командорства назвать к наследству в командорстве две посторонние фамилии, которые обязаны представить о дворянстве своем такие же доказательства, как и сама фамилия учредителя.

4. Наследственное право на таковое командорство и в каком случае не может перейти на какую-нибудь фамилию, кроме тех, кои названы в акте об учреждении, и кои следовательно предъявили о дворянстве своем надлежащие доказательства. Когда же сии фамилии пресекутся, то таковое командорство вступает в ряд командорств по старшинству переходимых.

5. Для получения командорства надобно было, по старинным Статутам Ордена, пробыть предварительно пять лет на Мальте, где никто не принимался прежде 15 лет и делать караваны в течении двух лет; караваны же не прежде начинались, как по прошествии 20 года так, что кавалер не прежде мог получать и пользоваться достоинствами и преимуществами командора, как по совершении ему 22 лет.

Понеже родовые командоры по Статутам Ордена подвержены тем же обязанностям, как и командоры по старшинству, то и никто из назначенных к наследству в родовом командорстве не может вступать в права оного, доколь не исполнит всего по сему предмету предписанного; почему он и должен:

1). Доказать, что он точно тот самый, который по положенному в акте порядку к наследству в том командорстве назначен.

2). Быть по правилам приняту, заплатя за прием по обыкновению, но не делая новых о дворянстве доказательств, ибо полагается, что при учреждении командорства фамилия уже оных представила.

3). Иметь по крайней мере 5 лет старшинства*{*  Старшинство кандидата начнется токмо с того дня, когда докажет он законное и прямое свое происхождение по мужской линии от фамилии учредителя и когда взнесет пошлины за прием.} в Ордене, что и заменит те 5 лет пребывания, к коим обязаны были в Мальте.

4). Прослужить по крайней мере два года в воинской   Е г о   И м п е р а т о р с к о г о   В е л и ч е с т в а   службе и достичь до офицерского чина, что и заменить предписанные караваны.

6. Двухгодовой срок воинской службы начнется не прежде как по прошествии 15 года. По истечении сего срока и по выполнении всего предписанного 1 и 2 пунктами предыдущей статьи, всяк, посягающий на родовое командорство, имеет право носить крест кавалерский и пользоваться преимуществами сопряженными с сим званием. По просшествии же ему 22 года получит он достоинство командора и доходы с родового его командоства.

7. Если родовое командорство опорожнится и из назначенных актом к наследству фамилий не найдется никто по правилам принятый, имеющий, в силу 5 статьи Регламента, 5 лет старшинства по Ордену и 2 года старшинства в воинской службе, в таком случае все доходы с командорства обратятся в общественную казну Ордена.

8. Каждый учредитель родового командорства, коему уже минуло 22 года, изъемлется от предписанных 5 статьею обязанностей, исключая токмо взноса обыкновенных 1200 руб. за прием и доказательства о благородном его происхождении; коль же скоро выполнит он сии две обязанности, то и получает крест командорский и имеет пользоваться по старшинству своему всеми преимуществами, сопряженными с сим званием.

9. Исключение, делаемое предыдущею статьею в пользу учредителя, отнюдь не простирается на наследников его, из коих ни один не может получить командорства, когда оное опорожнится, не имев совершенные 22 года и не исполнив всего предписанного 5 статьею.

10. Учредитель, основывая родовое командорство для сына своего, или для другого малолетнего, платит только 10 процентов респонсии или пошлины с годового дохода командорства, доколь тот, для коего оное учреждено, не достигнет 22 года; не если по прошествии сих лет, назначенный именователь упустил выполнить обязанности, 5 статьею предписанные, в таком случае весь доход с командорства обращается в общественную казну Ордена, доколь он сам, или другой из назначенных преемников, исполнением всего вышеописанного не учинит себя тем достойным к получению командорства.

11. Родовые командорства принадлежат исключительно членам фамилий, означенных в акте об учреждении командорства и конституции Ордена, дозволив всегда иметь более одного командорства вдруг, каждый преемник или имеющий право на родовое командорство, может, заплатив за прием по возрасту своему, получить место между кавалерами по праву дворянства и приобресть по старшинству командорство, которое никак не воспрепятствует вступлению его в права родового его командорства, когда оное опорожнится.

12. Имение, потребное для учреждения родового командоства должно, по крайней мере, приность 3000 руб. верного дохода, с коего и платить по-прежнему ежегодно респонсии по 10 процентов.

13. При всяком перемещении в родовых командорствах, оные платят так как командорства по старшинству переходимые право выморочного и вакантного, то есть, полные двух годовые доходы.

14. Принятые уже командоры, кои захотят подвергаться всему предписанному сим Регламентом, имеют пользоваться наравне с теми, кои впредь приняты будут, всеми правами, выгодами и преимуществами, сопряженными с званием командоров по праву дворянства и старшинства.

 

Февраля 15, 1799 г.

Приложение №15.

Державин Г.Р. Ода  

«На поднесение Его Императорскому Величеству Великого Магистерства Ордена святого Иоанна Иерусалимского и на победу, над французами российским флотом одержанную 1798 года»

 

{*  Печатается по изданию: Державин Г.Р. Сочинения. М., 1861.}

 

Звучит труба, окрестны горы

Передают друг другу гром;

Как реки, рыцарей соборы

Лиются в знаменитый сонм.

Шумит по шлемам лес пернатый;

Сребром и златом светят латы,

Цвет радуг в мантиях горит:

Хор свыше зрит, как с Геликона

Синклит, царица, царь, средь трона

В порфире, в славе предстоит.

 

Клейноды вкруг; в них власть и сила;

Вдали Европы блещет строй,

Стрел тучи Азия пустила.

Идут американцы в бой,

Темнят крылами понт грифоны,

Льют огнь из медных жерл драконы,

Полканы вихрем пыль крутят;

Безмерные поля, долины

Обсели вкруг стада орлины,

И все на царский смотрят взгляд.

 

Миров владыке лучезарных

Так внемлют все стихии, тварь;

В могуществе ему нет равных.

Властитель дум, любимый царь

Речет – и флот сквозь волн несется!

Велит – и громом твердь трясется!

Тьма всадников чрез степь летит!

И гнев его есть гнев вселенной.

Но лишь с улыбкою священной

Прострит он длань, – и все молчит.

 

Кто сей, пред важным сим собором,

В благоговейной тишине,

Предстал с унылым, кротким взором?

Сонм неких воев зрится мне:

На них кресты, а не эгиды!

Уж не Геральды ль то, Готфриды?

Не тени ль витязей святых?

Их знамя! – Их остаток славный

Пришел к тебе, о царь державный!

И так вещал напасти их:

 

«Безверья гидра проявилась:

Родил ее, взлелеял галл;

В груди его, в душе вселилась,

И весь чудовищем он стал!

Растет – и тысячью главами

С несчетных жал струит реками

Обманчивый по свету яд:

Народы, царства заразились,

Развратом, буйством помрачились

И Бога быть уже не мнят.

 

Нет добродетели священной

Нет твердых ей броней, щитов;

Не стало рыцарств во вселенной:

Присяжных злобе нет врагов,

Законы царств, обряды веры,

Святыни – почтены в химеры;

Попран Христос и скиптр царей;

Европа вся полна разбоев,

Цареубийц святят в героев.

Ты, Павел, будь спаситель ей!

 

Мы Гроб Святый освободили,

Гостеприимств отверзли дверь;

Но нас наследия решили,

И мы изгнанники теперь!

Прими ты нас в твое храненье!»

Рекли, – печать и жезл правленья

Царю, преклонишсь, поднесли.

Как луч сквозь мрака пробегает,

Так речь их царску грудь пронзает:

Сердечны слезы потекли.

«Жив Бог!» царь рек – и меч полсвета,

Как быстры молньи, обнажил;

Крестообразно, в знак обета,

К челу вознес и преклонил,

Мечи несчетны обнажились,

К престолу правды преклонились;

Разверзлось небо, и средь туч

Петра он, Павла, Иоанна

Узрел звездами увенчанна,

Дающих знамя, щит и ключ!

 

Орел, судьбой рожденный к славе,

В гнезде с улыбкой молньи зряй,

В полях как лев, как агнец в нраве,

Спокоен внутрь, вне все боряй,

Морей и бурей слышет свисты;

Он сносит зной и воздух льдистый,

Он выше всех себя вознес:

Так чьи ж поддержат небо плечи?

Кто станет против адской сечи?

Один бессмертный, твердый Росс!

 

Один! – твоя лишь доблесть строга,

Твой сильный царь, твой дух, твой Бог

Отдать безверным могут Бога,

Христу алтарь, царям черты:

Во громы облаченный ангел,

Во броню правды верный Павел

И с ним Господня благодать

Удобны злобы стерть коварства,

Смятенны успокоить царства,

И славный подвиг твой венчать.

 

Дерзай! – Уж, свыше вдохновленный,

Благословляет Сергий путь;

Стихии спутствуют смиренны,

Планеты счастливо текут;

Сквозь говор птиц, сквозь зверска рева,

На брак готовясь, плачет дева;

Сияет крест средь облаков,

Конь белый всадником блистает,

На небе бард в звездах читает:

«Сим победишь твоих врагов!»

 

Не змей ли страшный, протяженный

Как с гор на дол, с долин на холм

Сомкнуты изгибая члены,

Чешуйчатым блестит хребтом?

Нет! полк твой так, сряженный к бою,

Сверкающей вдали грядою

Пойдет чрез горы и леса;

Столп огненный пред ним предыдет,

Пучина глубины раздвинет,

И обновятся чудеса.

 

В броню незриму облаченна

Юдифь Олферна жнет главу;

Самсона мышца напряженна

Дерет зубасту челюсть льву;

Бег солнца Навин воспрещает,

Труб гласом гряды сокрушает;

Багрит стан ночью Гедеон;

Давид из пращи мещет камень.

Трясяся, Голиаф туманен

Пойдет пред ним, как страшный холм.

 

Иль Пересвет с гигантом к бою,

Как вихорь, на коне летит,

Крест в левой жмет, копье десною,

И раздробляет вражий щит.

Венцы нетленные плетутся,

На челы верных воев вьются,

И райска их кропит роса;

Отступники, скрыпя зубами,

Кровь бледными из ран руками,

Отчаясь, мещут в небеса.

 

И се, Марии под покровом,

Архангельских под блеском крыл,

Наш флот в стремленьи быстром, новом,

На гордый наступает Нил.

Со именем Цирцей волшебным

И с скрпищем, Христу враждебным,

Противу нас не устоял.

Луна с крестом соединилась!

Вселенна чуду удивилась;

Знать, всех нечестий свыше Галл!

 

Денницу зрели, мудр и славен,

В сияньи возносился он,

Рек: «Вышнему я буду равен,

На Западе воздвигну трон».

Но гибельны пути лукавы...

Кто света царь? Кто есть царь славы?

Кто велий Бог? – «Един трисвят!»

Воспела Херувимов сила,

И грозны громы Михаила

Стремглав коварство свергли в ад.

 

Народы мира! вразумитесь,

Зря гордых сокрушаем рог,

И властолюбия страшитесь;

Власть свыше посылает Бог.

Нет счастия в сем мире чудном,

Прибытком, любочестьем бурном,

Где вервь от якоря снята;

В одной лишь вере есть блаженство,

В законах – вольность и равенство,

А братство – во любви Христа.

 

Я реки обращу к вершинам,

На крылах ветра вознесусь,

Велю молчать громам, пучинам,

Лучами с солнцем поделюсь;

Но где предел ума паренью,

Пристанище к отдохновенью?

Никто, – лишь только Богом званный:

И я, чрез происки коварны,

Ни шага к трону не шагну.

 

Доверенность! ты, столп правленья,

Ограда непорочных душ!

С тобой сред змей, стихиев, пренья,

Покойно спит великий муж!

Снесись, о дух, дух благотворный!

В сердца людей, на царски троны,

И воспрети лить смертных кровь.

Скажи: «Народ – беглавно тело;

Пещись о нем царей есть дело:

Живит взаимна их любовь».

 

Но кто же сей любви нелестной,

Чтоб всяк друг друга бремя нес,

Научит нас? Отец небесный,

Наш Богочеловек Христос.

В трудах он сущих успокоит,

Заблудшихся в пути устроит,

В болезнях призрит, исцелит,

Скорбящих посетит в темнице,

Последний лепт отдаст вдовице:

Сие сын веры совершит.

 

Кто ж горня Иерусалима

Наследник сей и друг Христов?

В ком доблесть благодати зрима

И соподвижник кто Петров?

Не тот ли, сердца нежна свойства

И чувства жалости, геройства

В святой дкше что совместил,

Отверз отеческие длани,

Приемлет странников без дани

И душу рыцарств воскресил?

 

Да препояшет радость холмы,

Да процветет лицо морей,

Да водворится счастье в домы

Тобой, избранный из царей!

Да отдадут скалы кремнисты

Обратно песни голосисты,

И луч, преломшись от стекла,

Как в воздухе ярчей несется, –

Так от избытка сердца льется

И благодарность и хвала!

Приложение №16.

 

ПУТЕШЕСТВИЕ

В САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

аббата Жоржеля*

 

 

{*  Печатается по изданию: Жоржель Ж.Ф. Путешествие в С.-Петербург. М., 1913.}

 

«Я жил в резиденции императора Павла I с середины декабря 1799 года до конца мая 1800 года.

Взятие Мальты Наполеоном неизбежно вело к крушению верховного ордена святого Иоанна Иерусалимского. Три языка – прованский, овернский и французский не существовали более; итальянский язык находился под властью французов-республиканцев. Молчание гроссмейстера Гомпеша, удалившегося в Триест, и его упорный отказ оправдать свое непонятное поведение на Мальте, чего ждала Европа и требовали все великие приоры ордена, побудили или заставили великую приорию Российскую предложить гроссмейстерство царю Павлу I. Принимая этот сан, государь этот спасал от крушения корпорацию, покрытую славой в течение нескольких веков.

Великие приории Богемская, Баварская и Германская, проникнутые чувством благодарности, решили последовать примеру российского приора. Их капитулы, созванные для обсуждения этого важного вопроса, назначили депутатов, которые должны были ехать в Петербург, чтобы выразить новому Великому Магистру свою готовность признать его главенство.

Великая приория германская, собравшись в Гейтерсгейме, в Брезгау, резиденции принца великого приора, назначила депутатом великого рыцаря Пфюрдского Блюмберга, столпа германского языка, и баденского барона командора Везеля. Мне предложили сопровождать депутацию в Санкт-Петербург, я должен был помогать составлять письма и докладные записки, необходимые для успешного ведения переговоров...

[...]

Мое пребывание в этой императорской резиденции длилось около шести месяцев; я имел возможность изучить как внешний вид ее, так и внутреннюю жизнь. Я считал своим долгом набросать заметки и сообщить некоторые подробности относительно поручения, данного господам депутатам, спутником которых я имел честь быть. Подробное описание С.-Петербурга представит интерес для тех читателей, которые не знакомы с этим городом, и для тех, кто поедет туда из любопытства или по делам. Чтобы придать больше цены этим подробностям, я не позволю себе ни отступления от истины, ни вымысла, ни лживых повествований. Я буду писать одну правду, я расскажу то, что я видел и так, как я видел; моя, главная цель – дать ясное представление тем, кто, живя очень далеко от России, желает иметь точные сведения о городе, ставшем одним из первых в Европе, и о дворе, влияние которого на дела континента является ныне решающим. Гг. депутаты великой приории германской не успели еще устроиться в Лондонской гостинице, как уже поспешили сообщить о своем приезде и просить посланника германского императора и заместителя императора – Великого Магистра назначить им день и час для их первых визитов; они были приняты в тот же день графом Кобенцлем, посланником венского двора, а на следующий день – фельдмаршалом графом Салтыковым – заместителем Великого Магистра. Я имел честь сопровождать их.

Граф Кобенцль принял депутацию крайне любезно и предупредительно; ему было передано письмо от принца, великого приора германского. Он обещал оказать услуги везде, где его посредничество могло быть полезно, и пригласил нас обедать на другой день. Этот посланник познакомился с Пфюрдским рыцарем на Расштадтском конгрессе; он соблаговолил вспомнить, что часто видел меня в Вене, когда, будучи еще очень молодым, он под руководством князя Кауниц, друга его отца, делал первые шаги на поприще дипломатии.

У графа Кобенцля на дворцовой площади был великолепный особняк, покои которого были достойны царственной особы; он жил там на широкую ногу. У него останавливался только что женившийся эрцгерцог Австрийский.

Фельдмаршал граф Салтыков оказал гг. депутатам самый радушный прием; ему были переданы письма, присланные великим приором и собранием ордена, вместе с копиями секретного наказа для императора – Великого Магистра. Через него надо было узнать о дне и часе публичной аудиенции, назначенной Его Величеством. Фельдмаршал дал нам возможность встретиться у него с командором Гуссэ, вице-канцлером Лондона, который заведывал всей Мальтийской канцелярией.

Этот французский рыцарь пользовался полным доверием, императора – Великого Магистра, его заместителя, Священного Совета и первого министра графа Ростопчина: к последнему поступали все доклады, и согласно его отзывам и мнениям решались все дела ордена. Фельдмаршал сообщил нам, что двор находится еще в Гатчине в императорском дворце, и что он поспешит доложить Его Величеству о прибытии депутации и обещал передать нам его волю.

Гатчина находится в сорока верстах от С.-Петербурга. Дворец этот был подарен Павлу его матерью, когда он был еще великим князем; он украсил его, особенно сады. Это был самый любимый его загородный дворец: он проводил там часть лета и осени.

Фельдмаршал граф Салтыков, шестидесятилетний старик, сумел сохранить благоволение императора. Доверие, которым он пользовался при дворе, где падения так часты, оставалось непоколебимым. Чрезвычайно осторожный в своих поступках, он тщательно избегал всего, что могло возбудить зависть министров или влиятельнейших придворных. Император, которого он воспитал, сохранил к нему уважение и благоволение; он пожаловал ему главнейшие ордена Российской империи и разрешил обращаться к нему непосредственно по всем личным и служебным делам. Надо предполагать, что граф – талантливый полководец, пожинавший лавры, так как он дослужился до старшего военного чина. Он получает большие доходы и живет, окруженный великолепием, в прекрасном особняке, находящемся на набережной Невы.

Когда Павел I основал огромное число командорств ордена св.Иоанна Иерусалимского для своих русских подданных, восстановил великую российскую католическую приорию и во времена взятия Мальты объявил себя покровителем ордена, рыцарь де Литта, итальянец, был послан в С.-Петербург, как чрезвычайный посол, чтобы благодарить императора и изъявить согласие в качестве делегата Великого Магистра на восстановление католической приории русской Польши. В то же время брат рыцаря де Литта был послан папой Пием VI нунцием к Павлу I. Умный, высокий и красивый рыцарь де Литта понравился Павлу I. Это он уговорил императора объявить себя покровителем ордена, а когда Великий Магистр Гомпеш уехал в Триест после постыдной сдачи Мальты Бонапарту, рыцарь де Литта утвердил великую российскую приорию и предложил гросмейстерство Павлу I, так как Гомпеш обесчестил свое имя.

Рыцарь де Литта, по почину которого устроено было все это, стал необходимым человеком при организации совета и канцелярии Великого Магистра и учреждения в С.-Петербурге гросмейстерства, вследствие чего ему было легко внушить Павлу I мысль назначить его своим заместителем по делам ордена. Этот высокий пост давал г. де Литта большие преимущества; он становился министром Великого Магистра и работал наедине с Его Императорским Величеством, пожелавшим именоваться соответственно своему новому титулу.

У каждого из восьми языков ордена был префект, который под названием столпа состоял членом Священного Совета; языки прованский, овернский и французский были упразднены французской революцией, а другие запрещены, так что рыцарь де Литта посоветовал императору взамен отсутствующих столпов совета назначить наследника и высших сановников империи. Он призвал в С.-Петербурге нескольких французских рыцарей для заведывания под его началом канцелярией и казною ордена. Рыцарь де Гуссэ стал во главе канцелярии, а рыцарь де Витри заведывал общей казной; г. де Литта заставил дать себе командорство с окладом в десять тысяч рублей в русской приории, брата своего, нунция – назначить старшим духовником ордена в Лондоне с окладом в тысячу рублей; рыцарь де Гуссэ и де Витри получили каждый командорства с окладом в тысячу рублей; рыцарь де Литта получил, кроме того, от папы освобождение от обета безбрачия и женился на русской княжне – очень богатой вдове, занимавшей одно из самых видных мест при императрице.

Эта новая организация, созданная очень быстро и толково, весьма понравилась Павлу I. Его заместитель достиг вершины благоволения. Министры и русские вельможи, занимавшие первые места, завистливым оком глядели на это внезапное возвышение и необычайное влияние иностранца. Граф Ростопчин, будучи простым камергером в тридцать четыре года, был назначен министром иностранных дел и великим канцлером Ордена св. Иоанна Иерусалимского; он задался целью низвергнуть рыцаря де Литта, в котором видел опасного соперника; в силу одного того, что рыцарь был иностранцем, Ростопчину была обеспечена поддержка всех вельмож империи. Беспрестанно повторяемые клеветы достигли желанной цели, – рыцарь де Литта впал в немилость и был сослан в имение своей жены, – его заместитель фельдмаршал граф Салтыков; командор де Гуссэ, секретарь опального заместителя, был назначен вице-канцлером ордена, с окладом в пять тысяч рублей. Граф Ростопчин – великий канцлер ордена, будучи солидарен с новым заместителем, управлял всеми делами ордена; граф Салтыков, не любивший кропотливой работы, сохранил за собой только почетный пост и право осыпать милостями командоров и рыцарей, которых он хотел отличить.

Опала рыцаря де Литта вызвала немилость к его брату – нунцию; последний был выслан из пределов империи; сан старшего духовника ордена был пожалован архиепископу Могилевскому – митрополиту католических церквей подчиненных России.

Таково было положение дел в Ордене св. Иоанна Иерусалимского, когда мы приехали в С.-Петербург.

Император со всем двором вернулся из Гатчины несколько дней спустя после нашего приезда. Фельдмаршал Салтыков дал знать депутации великой германской приории, что император назначил депутации публичную аудиенцию в воскресенье утром 29 декабря: она состоялась со всей пышностью блестящей церемонии. Командор де Мезоннеф, церемониймейстер ордена, приехал в гостиницу за гг. депутатами в великолепной карете, запряженной шестеркой лошадей в богатой упряжи, в сопровождении берейтора и двух гайдуков на подножках и четырех пеших герольдов, бежавших впереди; все они были в парадных ливреях; впереди ехали два гвардейских гусара, а сзади шли лакеи.

При выходе из кареты у подножья дворцовой лестницы гг. депутаты увидели почетный караул, поставленный шпалерами до залы, где происходила аудиенция. Зала была великолепно декорирована. Император с короной на голове, в одеянии Великого Магистра со всеми знаками ордена, восседал на троне, горевшем золотым и драгоценными камнями; справа от него находились великий князь Александр, Священный Совет и рыцари большого креста, слева – командоры в парадных костюмах; у стен залы стояли рыцари.

Великий рыцарь Пфюрдский – первый депутат, которого вел церемониймейстер и сопровождал Баденский командор, приблизившись к трону, сделал три глубоких поклона. Его речь, содержание которой было заранее известно и одобрено, длилась от четырех до пяти минут; он сказал ее громко и явственно; речь эта имела успех; затем он подал верительные грамоты в золотом ларце, которые нес барон Баденский командор. Павел I дал ему поцеловать свою руку и передал грамоты великому канцлеру ордена, графу Ростопчину, который ответил на речь от имени Великого Магистра.

По окончании церемонии депутация с такой же пышностью была доставлена обратно в гостиницу. Согласно обычаю придворным ливрейным лакеям дали двести рублей на чай, а берейтору подарили золотые часы.

После этой аудиенции гг. депутаты сделали визиты министрам, придворным, посланникам и послам.

В это время граф Кобенцль, – рыцарь Золотого Руна, большого креста ордена св. Этиена Венгерского и рыцарь большого креста ордена св. Иоанна Иерусалимского, – был чрезвычайным германским послом.

Барон Штединг, рыцарь шведского ордена, был шведским посланником.

Рыцарь Витворт был чрезвычайным английским послом.

Барон Блом был полномочным послом Дании.

Я не помню фамилию португальского посла.

Герцог де Серра Каприола был полномочным послом короля неаполитанского.

Остальные европейские дворы имели в С.-Петербурге только консулов; мадридский двор воевал с Россией.

Все эти посланники и послы часто приглашали депутацию к обеду и гостеприимно открыли перед нею двери своих домов. Все были неизменно любезны и предупредительны, а в особенности граф Кобенцль, барон Штединг и герцог де Серра Каприола.

Дом последнего был местом ежедневных свиданий всех послов и находившихся в С.-Петербурге иностранцев: он принимал гостей всякий вечер, и кто желал, оставался ужинать.

Герцогиня была русская; вокруг нее собиралось приятное общество, очарованное ее умом и приветливостью; игра чередовалась с разговорами. В доме герцога, со вкусом украшенном и богато обставленном, было все необходимое для многолюдных раутов. Сам герцог делал свой дом необыкновенно привлекательным, благодаря своей живости, любезности и прямодушию.

Барон Штединг, один из тех людей, на которых можно положиться, как на каменную стену, и вполне достойный благоволения и доверия своего короля, – вел широкий образ жизни; столь у него был прекрасный. Он отличался прямотой, вежливостью и сердечностью. Обладая гибким умом, он умел беседовать со всяким; меня он удостаивал особой дружбы, и воспоминание о нем будет всегда дорого моему сердцу.

Во всей Европе, пожалуй, одни только министры русского Императора не приглашают к своему столу послов или знатных иностранцев, приехавших в С.-Петербург. Экономия ли это, беспечность или презрение? Или, быть может, они думают, что показываясь реже, они внушают этим более высокое мнение о себе?

Граф Ростопчин – министр иностранных дел, можно сказать, неприступен: с ним сносятся по делам только письменно или через вице-канцлера империи. Депутация несколько раз тщетно пыталась добиться приема у него. Считается за милость, когда он соблаговолит ответить на адресованные к нему письма. За его столом бывают только несколько лиц, к которым он дружески относится, или же те, у которых он хочет выведать их образ мыслей, так как в этом его главный талант.

Один только фельдмаршал Салтыков угостил депутацию обедом два раза за шестимесячное пребывание в С.-Петербурге. Эти парадные обеды отличаются невероятной роскошью и пышностью. После четырех блюд встают из-за стола и переходят в другую залу, где подается восхитительный десерт, самые тонкие вина, чудные ликеры, редкостные фрукты; столь богат и красиво накрыт и переполнен тем, что может удовлетворить вкус и порадовать глаз.

Вечерние визиты в С.-Петербурге начинаются лишь с восьми часов после спектакля; продолжаются они до одиннадцати – двенадцати часов ночи, ужинают только в это время. Имеются французские, немецкие и русские театры.

Депутация великой Баварской приории, опередившая нас на месяц, находилась еще в С.-Петербурге. Состояла она из рыцаря Флашланда, графа д’Арко и графа Прейсинг – командора. Рыцарь де Брей, делегат от Баварии, не принятый императором, был секретарем депутации. Рыцарь де Брей был француз; за его заслуги перед орденом Мальтийский гросмейстер пожаловал его крестом. Он вкрался в доверие графа Монтжеласа, который устроил его назначение в С.-Петербурге. Чтобы вознаградить его за полученный отказ, его назначили послом в Лондоне. Рыцарь де Брей образован, трудоспособен и обладает характером, за который его уважают и любят во всех странах мира.

Рыцарь большого креста Флашланд принадлежал к одной из первых Эльзасских фамилий; умный и очень любезный придворный, он командовал Мальтийской флотилией. Удостоенный доверия Великого Магистра, выказал в нескольких случаях дипломатические таланты; он был членом двух великих приорий – германской и баварской и имел командорства. Он восстановил Мальтийский орден, уничтоженный в Баварии, и умело подготовил сближение и даже завязалась дружеские сношения между С.-Петербургом и Мюнхенским двором. По прибытии ко двору Павла I он удостоился самых высоких милостей и дружбы императора. Павел I отличил его и, по-видимому, любил вести с ним интимные разговоры; он имел честь ежедневно обедать и ужинать в Гатчине с императором и императрицей. Павел I осыпал его почестями и милостями; подарил ему великолепную шубу в две тысячи рублей, пожаловал орден Александра Невского и дал два командорства: одно – в баварской приории, другое – в Германии. Когда мы приехали, от этого благоволения не осталось и следа; его сменила самая суровая опала. Причина этой немилости делает честь прямодушию рыцаря Флашланда. Он присутствовал в качестве заместителя на одном заседании Священного Совета, происходившем под председательством императора. Последний спросил его мнение. Рыцарь, не высказывая неодобрения, позволил себе сделать несколько незначительных замечаний. Император приказал ему изложить их письменно. Я читал этот доклад, он написан в почтительном правдивом тоне; он не порицает принятых форм делопроизводства, но дает понять, что впоследствии возможно будет лучше приспособить их к уставу ордена. Эти откровенные замечания были истолкованы в дурную сторону врагами рыцаря большого креста. Командор де Гуссэ, заставивший принять настоящие формы после того, как рыцарь де Литта получил отставку, решил, что замечания рыцаря Флашланда бросают на него тень; ему было легко убедить фельдмаршала Салтыкова и графа Ростопчина в том, что Флашланд зарится на место наместника и хочет втереться в доверие императора во всем, что касается дел ордена.

Этот триумвират так хорошо построил свои батареи, что подорвал доверие Павла I к рыцарю и с этого времени император не желал ни видеть его, ни говорить с ним. Немилость была так велика, что он не мог получить от императора даже прощальной аудиенции, а когда был занесен Людовиком XVIII в список лиц, которых тот предполагал в рыцари св. Лазаря, Павел I собственноручно вычеркнул его. Эта немилость отразилась на его товарищах по депутации: им предписано было уехать, не представляясь Великому Магистру – императору. Граф д’Арко был прежде послом императора – Великого Магистра и главным сборщиком в великой баварской приории.

Мы сказали выше, что рыцарь де Литта, а после того, как он впал в немилость, командор де Гуссэ положили в С.-Петербурге прочные основы Иерусалимскому ордену св. Иоанна, и что Павел I, объявив себя покровителем ордена, принял сан Великого Магистра. Титул покровителя, конечно, более подходил к его императорскому достоинству, но великая душа Павла I несомненно видела в этом новом сане только более верный и скорый путь к восстановлению любимого ордена, основания которого рушились со всех сторон. Русский император, отделенный от римской церкви расколом Фотия, став Великим Магистром религиозного и военного ордена и подчинившись главенству папы, казался удивленной Европе необычайным явлением. Возможно, что политические соображения оказали влияние на решение Павла I.

Если бы оправдалась надежда на обратное завоевание Мальты, то этот остров, находящийся на Средиземном море, дал бы Великому Магистру – русскому императору могучие средства для того, чтобы оказывать давление на оттоманский двор. Положение главы всей европейской знати значительно склонило в пользу русских императоров чашу политических весов континента, чего они всегда добивались.

Для успешного выполнениия миссии депутации, к которой я имел честь принадлежать, было очень важно заслужить благоволение командора де Гуссе – вице-канцлера ордена; он был доверенным фельдмаршала Салтыкова и графа Ростопчина. Оба эти вельможи, незнакомые с уставами ордена, принуждены были сноситься с вице-канцлером, который, таким образом, имел весьма большое влияние, так как император с большим интересом относился ко всему, касающемуся ордена святого Иоанна Иерусалимского. Руководясь тем, что я узнал о его характере и влиянии, которым он пользовался, я посоветовал господам депутатам оказать ему самое широкое доверие и убедить его, что они желают следовать только его советам. Доверие это ему польстило; он начертал нам план действий для осуществления возложенной на господ депутатов миссии.

Немного времени спустя мы узнали, что после доклада вице-канцлера император любезно дал согласие на исполнение всех наших просьб. Знаки императорского благоволения не замедлили обнаружиться, господа депутаты не позволили себе ни одной просьбы, ни одного шага для достижения милостей для себя лично. Но желая показать свою благосклонность, Павел I призвал Пфюрдского рыцаря в свой кабинет и там, в присутствии великого канцлера, пожаловал его красной лентой и орденом святого Александра Невского; и после того, как он стал кавалером этого ордена, Его Величество сказал ему: “Я назначаю вас моим послом по делам Мальтийского ордена при царствующих особах германской империи, где есть командорства великой немецкой приории, с окладом в тысячу червонцев”. В то же время Его Императорское Величество пожаловал мне грамоту, которая приобщала меня к верховному ордену святого Иоанна Иерусалимского, разрешала мне носить крест и давала право на получение пенсии в сто червонцев через посредство главного сборщика великой германской приории. Эта милость, о которой я и не думал просить, была оказана мне по очень лестным для меня мотивам.

Священный совет, собравшийся 25 января, на котором присутствовал великий рыцарь в качестве столпа немецкого языка, утвердил эти пожалования и санкционировал все, что было предоставлено великой германской приории – на основании докладных записок, представленных гг. депутатами.

Не прошло и шести недель со дня нашего приезда, как наша миссия увенчалась полным успехом. Гг. депутаты надеялись лично сообщить об успехах капитулу своей великой приории и они думали, что их отъезд совпадет с отъездом баварской депутации, которой было предписано уезжать. Они предполагали просить о прощальной аудиенции как раз в то время, как граф Ростопчин объявил им от имени императора, что Его Величество желает, чтобы они уезжали одновременно с баварской депутацией. Это приказание доставило им большое удовольствие.

Они должны были выполнить формальности, требуемые придворным этикетом, чтобы после аудиенции получить разрешение уехать; надо было записаться у гофмаршала и затем являться в назначенные дни во дворец, чтобы представиться. В эти дни император, идя с императрицей к обедне, проходит через зал, где собираются русские вельможи, иностранные посланники и послы, депутаты и т.д.; если на обратном пути император не проходит вновь через зал, чтобы дать поцеловать свою руку, или не зовет в кабинет тех лиц, которые явились проститься, тогда нужно записываться таким образом до трех раз; если в третий раз император не появляется после обедни, отпуск считается полученным и можно уезжать; это и случилось с баварской депутацией. Согласно другой формальности, – строго предписываемой законами империи и касающейся одинаково как русских подданных, так и иностранцев, желающих покинуть С.-Петербург, чтобы водвориться в другом месте или оставить пределы русского государства, – надо три раза сделать публикацию об отъезде в С.-Петербургских Ведомостях: это – мера предосторожности, установленная для того, чтобы никто не мог выехать, не уплатив долгов. Никому не присылают паспорта и не дают почтовых лошадей до предоставления трех газет с публикацией об отъезде. Никто не освобождается от соблюдения этой формальности, разве только в случае особого разрешения самого императора или при наличности порук со стороны состоятельного и имеющего постоянное жительство лица.

Когда гг. депутаты готовились уехать, вице-канцлер де Гуссэ предупредил их по приказанию свыше, что они не должны объявлять о своем отъезде в Ведомостях, что отъезд их отсрочен, и что надо ждать нового приказания; вместе с тем гг. депутатам было сообщено, что им дарована особая милость, и прощальная аудиенция состоится, когда настанет время отъезда, в кабинете Его Императорского Величества, где великий рыцарь принесет ему присягу, как посол и главный сообщник, и где Баденский командор получит большой крест и золоченый нагрудный щит Мальтийского креста, – знак отличия рыцарей большого креста.

Мы думали, что отъезд был отложен для посвящения в рыцари-командоры св. Лазаря, в число которых должен был быть принят великий рыцарь барон Пфюрдский, как член Священного Совета.

В эту эпоху Павел I, казалось, желал умножить нити, связывавшие его с Людовиком XVIII; он послал ему большой Мальтийский крест и просил дать себе взамен ленту св. Лазаря. Французский монарх поспешил прислать Павлу I знаки этого ордена с графом де Коссэ-Бриссак, командором св. Лазаря; император соблаговолил показать их однажды одному приближенному, которого он удостаивал своим доверием, со словами: «Это всегда напоминает мне о несчастном друге...»

Эти слова делают честь чувствительной душе Павла I. Государь назначил графа де Коссэ-Бриссака командором ордена св. Иоанна Иерусалимского с окладом в пятьсот червонцев, впредь до получения им соответствующего командорства в католической русской приории.

Спустя некоторое время император послал королю Людовику XVIII четыре больших креста для принцев королевского дома и одиннадцать крестов почетных командоров для одиннадцати вельмож по выбору короля. Четыре больших креста для графа д’Артуа – брата короля, герцога Ангулемского, герцога Бурбонского и герцога Ангиенского; принц Кондэ имел уже большой крест, состоя великим приором великой русской католической приории. Одиннадцать командорских крестов получили: герцог д’Омон, граф д’Авари, герцог д’Аркур, герцог де Куаньи, герцог де Гиш, виконт д’Агуль, граф де Лашатр, виконт де Клермон-Тоннер, барон де Ларошфуко, маркиз де Жокур и граф д’Эскар.

Людовик XVIII в ответе на это выражение дружбы прислал Павлу I ордена св. Лазаря для обоих его сыновей, великих князей Александра и Константина, и для двадцати лиц по указанию Его Императорского Величества. Император составил список, который послал королю; этот список, который включал членов Священного Совета, старших военных чинов империи и четырех министров. Думали, что рыцарь Флашланд, будучи наместником и принадлежа к Священному Совету, получит этот орден. Король приказал графу де Коссэ передать императору свою просьбу об этом; но император исключил Флашланда из списка по причинам, о которых мы говорили выше.

Государь пожелал сам торжественно надеть орден св.Лазаря на своих сыновей в присутствии графа де Коссэ-Бриссака. Ордена и грамоты, присланные Людовиком XVIII, были переданы двадцати рыцарям-командорам по указанию императора с письмом к каждому, подписанным им собственноручно, в котором он говорит, что с удовольствием посылает этот орден от имени короля Франции.

Мы надеялись, что наш отъезд последует за этим пожалованием. Гг. депутаты неоднократно ходатайствовали о разрешении уехать перед заместителем, Великим Магистром и великим канцлером ордена. Им постоянно отвечали одно и то же, что надо ждать момента, когда Его Императорское Величество соблаговолит назначить наш отъезд, и что настойчивые просьбы могут ему не понравиться. Мы откроем тайную причину этого, сообщенную нам за несколько дней до нашего отъезда.

 

[...]

Раздражение Павла I против Англии стало известно перед нашим отъездом. «К несчастью, – сказал он, – я связался с вероломными союзниками, действующими в духе Маккиавелли; они лишены добросовестности; они заставляли меня приносить в жертву войска ради их личного интереса». Этого государя убедили, что русские во время экспедиции против Голландии не получали помощи, что они были принесены в жертву, и что эскадра и английские войска, предназначенные для блокады и нападения на Мальту, совместно с неаполитанцами и русскими, замедляли своими действиями взятие этого острова. Согласно особому договору между тремя державами было условлено, что если удастся овладеть им, то он будет до заключения мира управляем делегатами трех держав совместно с генералом императора, Великого Магистра мальтийского ордена. Английское министерство, боясь, что такая форма правления поведет в конце концов к уступке острова Мальты Павлу I, который станет управлять им, как самодержавный государь под именем Великого Магистра, решило изменить свою политику: оно предложило отдать Мальту после ее взятия неаполитанскому королю, который станет управлять ею под именем протектора с условием, что русские и английские суда будут в то же время приняты там, как друзья и союзники.

Это предложение не понравилось Павлу I; он отверг план англичан. В эту эпоху ждали со дня на день известия о взятии Мальты. Французы, терпевшие недостаток во всем, не могли оказывать долгого сопротивления: русские военные суда и сухопутные войска действовали тогда совместно с неаполитанцами и англичанами. Так как английская эскадра была самой сильной и на нее была возложена обязанность препятствовать прибытию подкреплений на остров Мальту, то ее измене или преступной небрежности следовало приписать подвоз провианта французам, давший им возможность продолжить оборону. Казалось несомненным, что английская эскадра получила приказ не препятствовать этому. Это убеждение заставило Павла решить отделить свои войска и суда от англичан; все они получили приказ оставить берега Мальты и блокада Мальты велась лишь англичанами и неаполитанцами. Тогда-то депутация великого приора германского, которую удерживали более двух месяцев после того, как была окончена ее миссия, получила разрешение вернуться.

Мы узнали тогда, что если бы Мальта была взята тремя державами, если бы соглашение осуществилось, то рыцарь большого креста, барон Пфюрдский был бы назначен наместником Великого Магистра и отправился бы на Мальту. Такова была тайная причина продолжительного пребывания в С.-Петербурге.

Мы указали уже на некоторые из тех побуждений, в силу которых Павел I хотел быть Великим Магистром мальтийского ордена, но они представляют такой интерес, что мы вернемся к ним и постараемся развить их. Европа была удивлена тем, что русский император не считал унизительным для своего царского достоинства звание Великого Магистра католического ордена. Полагали, что звание покровителя этого знаменитого ордена гораздо более подходило бы к его величеству. Но Павел I думал, что звание Великого Магистра, будучи перенесено на царский трон, получало августейший характер, делавший его достойным коронованной особы; что оно ставило под власть русского императора цвет европейской знати и давало ему, поэтому, громадное влияние на политические дела.

Если Мальта когда-нибудь будет отдана иерусалимскому ордену св.Иоанна, то этот остров послужит для императора, Великого Магистра ордена, опорным пунктом для сухопутных войск и флота, который даст ему возможность заставить турок и европейские дворы относиться с большим уважением к его державе и русскому флагу.

Эта позиция позволит ему завязать сношения с Африкой, единственной частью света, с которой Россия не имеет никакого соприкосновения. Эти соображения создают уверенность, что звание Великого Магистра или Протектора Ордена будет отныне неизменно связано с троном русских императоров.

С тех пор, как Павел I прервал дипломатические сношения с венским и лондонским дворами, он старается заключить путем трактатов более близкий союз с северными дворами: Данией, Швецией и Пруссией. Он вступил в союз с Португалией и неаполитанским королевством. Эти новые связи дают русской державе в Европе такое влияние и такой перевес, которые сделают ее верховным судьей при решении политических разногласий на нашем континенте.

Павел I обнаружил такой ужас перед французской революцией, что нельзя было себе представить, чтобы этот государь когда-нибудь заключил союз с цареубийцами и изгнал из своих владений Людовика XVIII, которому он постоянно давал доказательства самой искренней дружбы и живейшего внимания. Перед самым нашим отъездом я узнал, что какой-то человек, прибывший из Гамбурга с паспортом, выданным императором, имел в течение недели две или три тайных беседы с министром, графом Ростопчиным, и затем уехал назад. Проезжая через Дрезден, я узнал из верных источников, что этот человек был послан Бонапартом. С той поры, зная убеждения графа Ростопчина и его сношения с главами иллюминаторов, я предвидел заранее, что Павел I даст себя незаметно увлечь и что после того, как он метал громы против французской революции, в один прекрасный день увидят обратную сторону медали, и Павел I братски пожмет руку Бонапарту. [...]»

 

 

 

 

Приложение №17.

 

C П И С К И членов  Оpдена  святого Иоанна  Иеpусалимского в  Российской  Империи

{*  Списки членов ордена печатается по изданию: Антошевский И.К. Державный Орден святого Иоанна Иерусалимского, именуемый Мальтийским в России. СПб., 1914.}

 

Cвященный Совет Деpжавного

Оpдена святого Иоанна Иеpусалимского

 

Великий Магистр. 29 ноября 1798 года. Император Павел I.

Поручик Великого Магистра. 1798 год. Бальи граф Юлий Литта.

30 марта 1799 года. Бальи граф Салтыков 1-й.

Великий маршал. 1798 год. Бальи Великий князь Александр.

11 мая 1801 года. Бальи Голенищев-Кутузов.

Великий командор. 9 июля 1799 года. Бальи Беклешов.

9 февраля 1800 года. Бальи Обольянинов.

11 мая 1801 года. Бальи Беклешов.

Великий Госпиталарий. 30 марта 1799 года. Бальи граф Сиверс.

7 марта 1800 года. Бальи князь Гагарин.

Великий адмирал. 30 марта 1799 года. Бальи граф Кушелев.

8 октября 1800 года. Бальи Пиньятелли.

Великий хранитель. 30 марта 1799 года. Бальи генерал Ламб.

16 февраля 1802 года. Князь Адам Чарторижский.

Великий начальник стражи. 30 марта 1799 года. Бальи барон Гошланден.

9 января 1800 года. Бальи Великий князь Константин.

Великий бальи. 30 марта 1799 года. Бальи барон Пфюрдт.

20 февраля 1801 года. Бальи барон Фрюшес-Аппенвейер.

29 июня 1801 года. Бальи князь Александр Куракин.

Великий канцлер. 30 марта 1799 года. Бальи граф Растопчин.

20 февраля 1801 года. Бальи граф Пален.

29 июня 1801 года. Бальи князь Александр Куракин.

Великий гофмейстер. 30 марта 1799 года. Бальи Александр Нарышкин.

Вице-Канцлер. 30 марта 1799 года. Командор де ла Гуссей.

 

 

Великое Российское Пpиоpство

 

Великий приор Великий князь Александр.

Командоры:

Алексеев, полковник.

Граф Аракчеев, генерал-лейтенант.

Аракчеев, генерал-майор.

Аргамаков 1-й, майор.

Аргамаков 2-й, майор.

Аргамаков 3-й, подполковник.

Арсеньев, генерал-майор.

Князь Багратион, генерал-майор.

Бауэр Карл, генерал-лейтенант.

Бразерт, майор.

Бахметьев, генерал-майор.

Бенкендорф, генерал от инфантерии.

Князь Волконский 2-й, генерал-майор.

Князь Волконский 3-й, генерал-майор.

Князь Воронцов, генерал от инфартери.

Вязмитинов, генерал от инфартерии.

Князь Гавриил Гагарин, действ. тайный советник.

Князь Гагарин, подполковник.

Герман, генерал от инфартерии.

Голенищев-Кутузов, предс. Адмиралтейской коллегии

Князь Голицын 1-й, генерал от инфартерии.

Князь Голицын 2-й, генерал-лейтенант.

Князь Голицын 3-й, шталмейстер.

Князь Голицын 4-й, камергер.

Князь Голицын 5-й, генерал-майор.

Горчаков, генерал-майор.

Греков, полковник.

Денисов, полковник.

Дерфельден, генерал от кавалерии.

Князь Долгорукий, генерал от инфартерии.

Князь Долгорукий, генерал-лейтенант.

Князь Долгорукий, генерал-адъютант.

Князь Долгорукий, майор.

Князь Долгорукий, полковник.

Есипов, полковник.

Граф Петр Завадовский, действ. тайный советник.

Калемин, подполковник.

Кожин, генерал-адъютант.

Кологривов, генерал-лейтенант.

Кологривов, полковник.

Колюбакин, полковник.

Степан Колычев 2-й, действ. тайный советник.

Граф Виктор Кочубей, действ. тайный советник.

Граф Григорий Кушелев, вице-адмирал.

Лавров, полковник.

Ламб, генерал от инфартерии.

Лаптев, подполковник.

Граф Ливен 1-й, генерал-лейтенант.

Граф Ливен 2-й, генерал-адъютант.

Ломоносов, полковник.

Князь Лопухин, действ. тайный советник.

Лопухин, генерал-адьютант.

Барон Лютцов, полковник.

Макаров, вице-адмирал.

Меллесверде.

Милорадович, генерал-майор.

Молчанов, войсковой старшина.

Граф Мусин-Пушкин-Брюс, камергер.

Мусин-Пушкин, генерал-лейтенант.

Нарышкин 1-й, гофмаршал.

Нарышкин 2-й, гофмейстер.

Граф фон дер Пален, генерал от кавалерии.

Попгам, капитан английских войск.

Повало-Швыковский, генерал от инфартерии.

Пустошкин, вице-адмирал.

Пушкин, полковник.

Рейнсдорф, подполковник.

Герцог де Ришелье, генерал-лейтенант.

Князь де Роган, полковник австрийских войск.

Розенберг, генерал от инфартерии.

Барон Розен, майор.

Граф Федор Растопчин, действ. тайный советник.

Граф Сергей Румянцев, действ. тайный советник.

Саврахов, штабс-капитан.

Граф Салтыков 1-й, генерал-фельдмаршал.

Граф Салтыков 2-й, шталмейстер.

Свечин, генерал-лейтенант.

Граф Сиверс, действительный тайный советник.

Судков, генерал-майор.

Томара, тайный советник.

Титов, генерал-майор.

Толбушин, адъютант.

Уваров, генерал-адъютант.

Ушаков Федор, адмирал.

Чертков, генерал-адъютант.

Чичагов, капитан.

Шепелев, генерал-майор.

Князь Щербатов, полковник.

Энгельгардт, действительный тайный советник.

Энгельгардт, генерал-майор.

Эссен, генерал-лейтенант.

 

 

Великое Российско-Католическое Пpиоpство

 

Великий приор принц де Конде.

Командоры:

Граф Борг.

Граф Велегорский.

Де Витри.

Барон Виттен.

Граф Грабовский.

Де ла Гуссей.

Граф Илинский.

Граф Корвин-Косаковский.

Граф Юлий Литта.

Граф Лопоть.

Князь Любомирский.

Модзелевский.

Монт-Мондар.

Граф Казимир Пляттер.

Граф Иосиф Пляттер.

Князь Понинский.

Марсель Поэль.

Князь Михаил Радзивилл.

Князь Андрей Радзивилл.

Граф Рачинский.

Клод де Сад.

Князь Сапега.

Туретт. Граф Хребтович.

Князь Адам Чартоижский.

Князь Константин Чарторижский.

Граф де Шуазель.

 

 

Командоpы оpдена в России

 

Адеркас, майор.

Алединский, штабс-капитан.

Алексеев, полковник.

Аленин 1-й, полковник.

Балла, штабс-капитан.

Барон Альбедиль, майор.

Князь Барятинский.

Бадиров, поручик.

Бекетов.

Князь Белозерский.

Берг, полковник.

Богатский, подпоручик.

Бутурлин.

Бухгольц, капитан.

Белокопытов, подполковник.

Велецкий, генерал-майор.

Вергозинцев, майор.

Владычин 1-й, майор.

Владычин 2-й, капитан.

Владычин 3-й, штабс-капитан.

Граф Воронцов.

Гартинг, инженер-капитан.

Глухов, инженер-полковник.

Граф Войнович, адмирал флота.

Гафидов, капитан.

Головачев, подполковник.

Головин, подполковник.

Головин, майор.

Гончаров, штабс-капитан.

Горбунов, поручик.

Гресевицкий, поручик.

Давыдов.

Демидов.

Дендригин, полковник.

Князь Долгорукий.

Дренякин, штабс-капитан.

Дреер, поручик.

Емельянов, майор.

Епифанов, майор.

Ефимович, полковник.

Жеребцов.

Зарамб, майор.

Инсов, подполковник.

Кавер, майор.

Комаровский, генерал-майор.

Карамышев, подполковник.

Карпов, полковник.

Кожин, капитан.

Конинский, майор.

Константинов, капитан.

Корнилов, майор.

Косаговский, полковник.

Кохановский, майор.

Кретов, подполковник.

Крове, штабс-капитан.

Крушковский, капитан.

Крышев, майор.

Кушников, полковник.

Литвинов, штабс-капитан.

Лутовинов, штабс-капитан.

Мазин, штабс-капитан.

Макронин, капитан.

Максимов, подпоручик.

Мамонов, капитан.

Мейнбаум, майор.

Миронов, войсковой старшина.

Князь Нарымов, подполковник.

Нарышкин.

Одоевский.

Озеров, поручик.

Озеров, капитан.

Олсуфьев.

Палузин, войсковой старшина.

Панаев, подполковник.

Папков, штабс-капитан.

Поздеев, подполковник.

Подвицкий, подпоручик.

Полозов, штабс-капитан.

Поль, капитан.

Потапов, штабс-капитан.

Пулинский, поручик.

Рачинский, штабс-капитан.

Рейтовский, штабс-капитан.

Румянцев, майор.

Рычков, майор.

Сальцер, подполковник.

Граф Самойлов.

Седьморацкий, генерал-майор.

Смагин, подпоручик.

Сорокин, капитан флота.

Спесивцев, капитан.

Степанов, подпоручик.

Барон Строганов.

Сыровацкий, поручик.

Талызин, штабс-капитан.

Граф Тизенгаузен.

Тимофеев, штабс-капитан.

Князь Трубецкой.

Толстой, поручик.

Князь Тюфякин.

Федоров, поручик.

Фрейганг, штабс-капитан.

Фрейдендаль, поручик.

Хитров, генерал-майор.

Чириков.

Швидский, полковник.

Граф Шереметьев.

Шмаков, штабс-капитан.

Шостак, капитан флота.

Шрамченко, поручик.

Штерский, капитан.

Граф Шувалов, полковник.

Князь Юсупов.

Приложение №19.

 

МАНИФЕСТ

 

о признании Государем Императором Александром I на себя звания Протектора Державного Ордена

св. Иоанна Иерусалимского*

 

 

Божией Милостию

МЫ АЛЕКСАНДР ПЕРВЫЙ

Император и Самодержец Всероссийский

и прочая, и прочая, и прочая.

 

Желая изъявить Державному Ордену Святаго Иоанна Иерусалимского знак НАШЕГО доброжелательства и особенного благоволения, объявляем, что МЫ принимаем оный под НАШЕ Императорское покровительство, и что употребим все старания НАШЕ к сохранению его прав, почестей и преимуществ и принадлежностей.

             В сем намерении повелеваем МЫ НАШЕМУ Генерал-Фельдмаршалу Бальи Графу Николаю Салтыкову продолжать исправлять звание Поручика Великого Магистра и сопряженную с оным власть, созвать священный совет для объявления оному, что по НАШЕМУ соизволению, сия Императорская Столица имеет быть почитаема главным местом Державного Ордена Святаго Иоанна Иерусалимского впредь до того времени, пока обстоятельства не позволят дать ему Великого Магистра сообразно Статутам и древним его постановлениям.

             До того же, яко Протектор, повелеваем священному совету продолжать управлять орденом и известить от НАШЕГО имени все языки и Приорства о сем соизволении НАШЕМ, також пригласить оные для собственной их пользы повиноваться повелениям, которые издаваемы будут от сего совета.

Утверждая чрез сие объявление два великие Приорства НАШИ, Российское и католическое, установленные в Империи НАШЕЙ, с тем, дабы оные пользовались всеми принадлежностями, преимуществами и управлением, которые им были пожалованы, соизволяем МЫ, чтоб оные от Имени НАШЕГО в качестве Протектора управляемы были Поручиком Великого Магистерства НАШИМ Генерал-Фельдмаршалом Бальи Графом Николаем Салтыковым.

Как скоро с согласия прочих Дворов можно будет назначить место и средства к созыву генерального Капитула Державного Ордена Св. Иоанна Иерусалимского, то первый подвиг НАШЕГО покровительства будет содействие к избранию Великого Магистра достойного предводительствовать Орденом и восстановить оный в древнее его состояние.

Дан в НАШЕМ Столичном граде Санкт-Петербург, Марта 16 дня в лето от Рождества Христова в тысяща восемьсот первое, Царствования же НАШЕГО в первое.

 

 

 

 

 

Приложение № 20.

 

Извлечения из Архива

Государственного Совета

 

III/2 (Санкт-Петербург, 1878)

 

 

1. [Стр. 1260, 1261].

 

2) Если, что весьма легко случиться может, избрание великого магистра последует не образом, отсель предположенным, то рушить связь с Мальтою существующую, по крайней мере в относительности великого приорства греческого, обратя респонсии в ход государственный и уничтожая командорства по мере упразднения оных. Таковое средство полезно бы и по поводу католицкого великого приорства: но тут предстоит к рассуждению, не покажется ли подобная мера следствием желания присвоить доходы, кои Ордену сему всегда принадлежали, вместо того, что нет резону, дабы российское приорство не было отделено, состоя из членов, коих церковь римская отвергает.

 

*  *  *

 

[...] Совет, обращаясь, паки к рассуждению о делах мальтийских, счел, что нужно бы прекратить отныне и раздачу крестов мальтийских, поелику учреждение сие вообще никакой для Империи пользы не принесло и принести никогда не может; а граф Воронцов присовокупил еще, что разорвание всех связей с Орденом Мальтийским и прилично и полезно, и ежели по резонам политическим не можно сего исполнить теперь, то по малой мере воспользоваться первым случаем, который представится, несходственным ли избранием великого магистра, или другим каким-либо событием; что впрочем остановление переводов в Мальту респонсии с великого приорства российско-католического не может быть причтено желанию присвоить сии доходы, ежели они публичным постановлением обращены будут на богоугодные заведения.

 

 

2. [Стр. 1269–1270].

 

1802 года, ноября 17. – Об уничтожении священного совета Ордена Иоанна Иерусалимского; об оставлении на прежнем основании великого приорства российского католического в областях от Польши присоединенных и о новом распоряжении относительно великого приорства российского.

В собрании Государственного Совета, читан доклад государственного канцлера, поднесенный Его Императорскому Величеству:

1) об уничтожении учрежденного здесь временно священного совета державного ордена Иоанна Иерусалимского, по причине воспоследовавшего уже избрания нового сему Ордену грос-мейстера;

2) об остановлении на прежнем основании в зависимости Ордена великого приорства российского католического, поскольку оное существовало уже и пред сим в областях, от Польши к России присоединенных;

3) о новом распоряжении относительно великого приорства по несовместимости с выгодою государственною переводит в Мальту деньги собранные с него и впредь собираться имеющие, коих по сие время хранится в ломбарде весьма знатная сумма.

Совет рассуждая о сем находит, что прекращение существования здесь священного совета с избранием нового грос-мейстера стало необходимо нужным; относительно же распоряжений о двух великих приорствах, в России учрежденных, отлагает рассуждать до будущего собрания, к которому генерал-фельдмаршал граф Салтыков обещал доставить все сведения, до сих великих приорств касающиеся, по коим можно будет видеть, какие суммы должны быть отправлены в Мальту за прошедшее время и поскольку ежегодно на будущее отсылать должно, ежели бы существование обоих великих приорств определено было продолжить, и не пристойнее ли и полезнее будет на те суммы, как собранные уже, так и впредь собираться имеющие, учредить здесь какие-либо богоугодные заведения.

 

 

3. [Стр. 1270–1272].

 

1805 года, апреля 29. – Вследствие положения, сделанного в заседании Совета 17 ноября прошедшего 1802 года, при чтении доклада, поднесенного Его Императорскому Величеству государственным канцлером о новом распоряжении относительно двух российских приорств державного ордена св. Иоанна Иерусалимского по причине избрания новому сему  ордену гросмейстера, внесены генерал-фельдмаршалом графом Салтыковым сведения о состоянии денежной казны, Мальтийскому ордену принадлежащей, по коим видно, что остается теперь на лицо 448363 р., из коих 160636 р. причисляются российско-католическому приорству, остальные же 287750 р. принадлежат приорству греко-российскому. Генерал-фельдмаршал граф Салтыков, предложив сии сведения, объявил Совету всое мнение, что хотя и считает он, что полезно бы было не отсылать и обоих сумм сих в общественную орденскую казну, теперь уже в ведении гросмейстера состоять долженствующую, а употребить ее здесь на какое-либо богоугодное заведение; но поелику конвенцию, заключенную в 1797 и актом в 1798 годах состоявшим положено отсылать в Мальту все в общественную казну следующие деньги: то и полагает он, что было бы не прилично и с достоинством Его Императорского Величества несовместно, вопреки таковых торжественных постановлений, сделать теперь из оных сумм какое-либо здесь употребление, тем более, что Государю Императору угодно было принять на себя звание протектора сего Ордена; а удобнее их оставить здесь, сохраняя их (так, как до ныне), под названием общественных орденских, до окончательного решения жребия Ордена; и ежели он восстановится на прежнем основании в Мальте, то доставить помянутую сумму туда, а иначе по уважению тогдашних обстоятельств обратить можно будет на какое-либо здесь употребление по Высочайшему Его Императорского Величества соизволению, и учинить вообще постановление как о образе существование здесь самого Ордена, так и всех принадлежащих ему доходов. Государственный канцлер, генерал от инфантерии граф Зубов, граф Завадоевский, генерал от инфантерии Вязмитинов и действительный советник Державин мнят, что отсылка в Мальту денег на лицо состоящих вовсе напрасна.

 

*  *  *

 

[...]

–             Граф Кочубей и действительный советник Трощинский почитают, что не только скопившиеся уже теперь деньги, но и будущее время те, кои принадлежат греко-российскому приорству, должны быть употреблены в России, на училища ли или иные полезные и богоугодные заведения, и что они не видят никакого неудобства ныне же решить вопрос о будущем существовании Мальтийского ордена в России, который не только без затруднения, но с большею еще пристойностью может быть причислен к капитулу российских орденов. Что же касается до участка, то за прежнее время, когда пребывание главного правления ордена не было в Мальте, а находилось здесь, не имеет новый гросмейстер никакого права на оный, а относительно будущего времени по справедливости следует отсылать оные в Мальту, для того, что существование сего приорства началось еще прежде разделения Польши и Ордену все на него права предоставлены. Сверх того и сумма, ежегодно в отсылку причитающаяся, столь мала, что никакого почти не заслуживает уважения.

 

 

 

 

 

Приложение № 21.

 

УКАЗ

 

именной, данный Генерал-Фельдмаршалу Графу Салтыкову. О распорядке сумм Ордена св. Иоанна Иерусалимского*

 

 

{*  Печатается: ПСЗРИ. № 24.134, с. 74.}

 

Граф Николай Иванович! Вам известны соображения, составленные в Комитете Финансов об Ордене Св. Иоанна Иерусалимского.

По уважениям, от вас Мне представленным, оставляя существование сего Ордена впредь до усмотрения настоящем его положения, Я признал нужным хозяйственную его часть основать на следующих правилах:

1) Командированные по Ордену сему доходы производить из Государственного Казначества тем, кто ими доселе пользовался, не делая никаких новых назначений.

2) Респонсии более не отпускать и оставлять суммы сии в распоряжении Казначества.

3) Чиновникам, кои по Ордену доселе получали, производить свое из Казначества до удобнейшего их размещения.

4) Командорства фамильные оставят в настоящем их положении впредь до усмотрения.

5) Обратив на Казначейство расходы по Ордену сему, в предыдущих статьях означенные, за тем оставить уже в распоряжении его все те суммы, кои доселе по обоим приорствам Ордена сего были отпускаемы.

6) Экономические суммы Ордена, в Банк и Воспитательный дом обращающиеся, по общему о таковых суммах в Манифесте 2 Февраля положению, имеют поступить в Государственное Казначество.

7) Дом Ордену сему принадлежащий, так как и другие собственности, принять в казну.

На основании сих правил Министру Финансов дано повеление, по сношению с вами и с Графом Литтою, принести все хозяйственные дела и счеты по Ордену сему к окончанию, и произвесть прием и причисление их в Государственному Казначейству.

 

Февраля 26, 1810 г.

 

 

 

 

Приложение № 22.

 

УКАЗ

 

сенатский. О родовых имениях

фамильных Командорств

ордена св. Иоанна Иерусалимского*

 

{*  Печатается: ПСЗРИ. № 24.882, с. 908.}

 

Правительствующий Сенат слушали представление Министра Финансов, Г. Действительного Тайного Советника, Сенатора и Кавалера Дмитрия Александровича Гурьева: что Высочайше утвержденным положением Государственного Совета 10 Апреля сего года о родовых имениях фамильных Командорств ордена Св. Иоанна Иерусалимского, чрез Государственного Секретаря к нему Г. Министру сообщенным, поставлено:

1-е, всем Командорам, фамильные Командорства установившим, предоставить свободу внести в казну капитал, соразмерный доходу, поступающему в пользу ордена с командорских имений; и когда сии ими будет исполнено, тогда оные имения обратить в полное их распоряжение.

2-е, Командоры, кои не пожелают внести всего капитала единовременно, обязаны продолжать по смерти их взнос доходов в казну на основании правил, ныне существующих.

3-е, Доходы, с командорственных имений по 2 статье взносимые, имеют поступать в Казначейство для удовлетворения из них расходов, по ордену сему предназначенных; капиталы же, по 1 статье сего положения взносимые единовременно, сообразно первоначальному установлению сего ордена, имеют быть обращены на благотворительные заведения в пользу военнослужащих, и вносимы в Заемный Банк или Воспитательный дом для приращения.

 

Ноября 20, 1811 г.

 

 

 

 

Приложение №23.

 

Высочайше утвержденное

 

ПОЛОЖЕНИЕ

 

Комитета Министров.

О недозволении получающим

в нынешнее время Орден св. Иоанна Иерусалимского носить оный*

 

 

{*  Печатается: ПСЗРИ. № 26626, с. 29.}

 

 

Слушали внесенный Генералом от Артиллерии Графом Аракчеевым рапорт Начальнику Главного Штаба Его Императорского Величества, Командира отдельного корпуса внутренней стражи Генерал-Адъютанта Графа Комаровского, о дозволении Адъютанту его Корнету Лазареву, носить орден св. Иоанна Иерусалимского. Адъютант Графа Комаровского Лейб-гвардии Гусарского полка Корнет Лазарев, получив чрез посредство Посланника Дюка Серра Каприола грамоту о пожаловании его Кавалером Ордена св. Иоанна Иерусалимского, просит исходатайствовать ему Высочайшее дозволение носить сей Орден, каковое последовало уже и двум братьям его, служащим в Коллегии Иностранных дел, сей же Орден получившим. Генерал-Адъютант Граф Комаровский, представляя о сем на рассмотрение Начальника Главного Штаба, просит исходатайствовать ему, Лазареву, Высочайшее дозволение носить упомянутый Орден. На вопрос, сделанный Лазареву: за какое пожертвование получил он грамоту на Орден, он отозвался, что Орден сей получил по доказательствам о древнем дворянстве его фамилии и по правилам Российского Приорства. Комитет полагал: хотя Корнет Лазарев и объясняет, что он получил означенный Орден, по правилам Российского приорства, но поелику оного в России не существует; то не дозволять как Лазареву носить тот Орден, так и прочим, получающим его в нынешнее время. При подписании сего журнала, Генерал от Артиллерии Граф Аракчеев объявил, что Государь Император по рассмотрении мемории, высочайше соизволил утвердить положение Комитета. Комитет определил: сообщить об оном выписками из сего журнала С.-Петербургскому Военному Генерал-Губернатору к общему исполнению, а Военному Министру для извещения Начальника Главного Штаба Его Императорского Величества.

 

Января 20, 1817 г.

 

 

 

 

Приложение №24.

 

ВЕЛИКИЕ  МАГИСТРЫ

 

Ордена святого Иоанна Иерусалимского

 

 

 

ВЕЛИКИЕ МАГИСТРЫ,

ИЗБРАННЫЕ в ИЕРУСАЛИМЕ

 

   1.    Брат Жерар (Герард) де Торн                                      +   3.9.1120

   2.    Раймонд дю Пюи                                                        1120   –   1158/60

   3.    Оже де Бальбен                                                     1158/60   –   1162/63

   4.    Арно де Комп                                                        1162/63

   5.    Жильбер д’Ассайи                                                    1163   –   1169/70

   6.    Гастон де Моруа                                                1170 (?)   –   1172 (?)

   7.    Жибер (Гвиберт)                                                 1172 (?)   –   1177

   8.    Роже де Мулэн                                                               1177   –   1187

   9.    Эрментар д’Апс                                                           1188   –   1189/90

10.    Гарнье де Наплус                                                1189/90   –   1192

 

 

ВЕЛИКИЕ МАГИСТРЫ,

ИЗБРАННЫЕ в МАРГАТЕ и ПТОЛОМАИДЕ

 

11.    Жоффруа де Донжон                                              1193   –   1202

12.    Альфонс Португальский                                     1203   –   1206

13.    Жоффруа ле Ра                                                              1206   –   1207

14.    Гарэн де Монтегю                                                      1207   –   1227/28

15.    Бертран Тесси                                                                1228   –   1231

16.    Герэн                                                       1231   –   1236

17.    Бертран де Ком                                                             1236   –   1239/40

18.    Пьер де Вьей-Брид                                 1239/40   –   1242

19.    Гийом де Шатонеф                                                    1242   –   1258

20.    Гуго де Ревель                                                               1258   –   1277

21.    Никола Лорнь                                                            1277/8   –   1284

22.    Жак де Вилье                                                              1284/5   –   1293/4

 

 

ВЕЛИКИЕ МАГИСТРЫ,

ИЗБРАННЫЕ на КИПРЕ

 

23.    Одон де Пэн                                                                     1294   –   1296

24.    Гийом де Вилларе                                                      1296   –   1305

25.    Фуке де Вилларе                                                           1305   –   1319

 

 

ВЕЛИКИЕ МАГИСТРЫ,

ИЗБРАННЫЕ на РОДОСЕ

 

26.    Элион де Вилленев                                                    1319   –   1346

27.    Дьедоннэ де Гозон                                                    1346   –   1353

28.    Пьер де Корнейан                                                      1353   –   1355

29.    Роже де Пэн                                                                     1355   –   1365

30.    Раймон Беранже                                                           1365   –   1374

31.    Робер де Жюийяк                                                       1374   –   1376

32.    Хуан Фернандес де Эредиа                              1376   –   1383

33.    Ришар Карратело                                                       1383   –   1395

34.    Филибер де Найяк                                                     1396   –   1421

35.    Антуан Флювиан де ля Ривер                        1421   –   1437

36.    Жан де Ластик                                                               1437   –   1454

37.    Жак де Мийи                                                                   1454   –   1461

38.    Пьер Раймонд де Закоста                                  1461   –   1467

39.    Джованни Батиста Орсини                              1467   –   1476

40.    Пьер д’Обюссон                                                         1476   –   1503

41.    Эмери д’Амбуаз                                                          1503   –   1512

42.    Ги де Бланшефор                                                        1512   –   1513

43.    Фабрицио дель Каретто                                      1513   –   1521

44.    Филипп Вилье де л’Иль Адан                        1521   –   1534

МАГИСТРЫ ОРДЕНА, ИЗБРАННЫЕ на МАЛЬТЕ

45.    Пьер дель Понте                                                          1534   –   1535

46.    Дидье де Сен-Жайль                            1535   –   1536

47.    Хуан де Хомедес                                                         1536   –   1553

48.    Клод де ля Сенгль                                                     1553   –   1557

49.    Жан Паризо де ля Валетт                                   1557   –   1568

50.    Пьер дель Монте                                                         1568   –   1572

51.    Жан л’Эвек де ля Кассьер                                1572   –   1581

52.    Гуго Лубеннс де Вердала                                  1581   –   1595

53.    Мартин Гарзез                                                               1595   –   1601

54.    Алоф де Вильякур                                                     1601   –   1622

55.    Луис Мендес де Васконселос                       1622   –   1623

56.    Антуан де Пель                                                             1623   –   1636

57.    Жан де Ласкарис-Кастеллар                           1636   –   1657

58.    Мартин де Редэн                                                         1657   –   1660

59.    Анне де Клерман-Жессан                                      1660

60.    Рафаэль Котонер                                                        1660   –   1663

61.    Никола Котонер                                                          1663   –   1680

62.    Грегуар Караффа                                                        1680   –   1690

63.    Адриен де Виньякур                                1690   –   1697

64.    Раймон Перейлос де Роккафюль                1697 – 1720

65.    Марк Антуан Зондадари                                     1720   –   1722

66.    Антуан Маноэль де Вильена                           1722   –   1736

67.    Раймон Депюи                                                               1736   –   1741

68.    Эммануил Пинто де Фонсека                         1741   –   1773

69.    Франсиско Хименес де Тексада                                    1773   –   1775

70.    Эммануил де Роган-Полдю                             1775   –   1797

71.    Фердинанд фон Гомпеш                                      1797   –   1799

ГРОССМЕЙСТЕР, ИЗБРАННЫЙ в САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ

72.    Павел I, Император Всероссийский

           (магистр де-факто)                                                    1798   –   1801

Поручик Великого Магистра

           Александр Салтыков                                    1801   –   1803

ГРОССМЕЙСТЕР, ИЗБРАННЫЙ в МЕССИНЕ

73.    Джованни-Батиста Томмази                                 1803   –   1805

ВЕЛИКИЕ МАГИСТРЫ, ИЗБРАННЫЕ в РИМЕ

74.    Джованни Батиста Чечи а Санта Кроче

                                                                                  1879   –   1905

75.    Галеаццо фон Тун и Гогенштейн                

                                                                                  1905   –   1931

76.    Людовико Чиги делла Ровере Албани  

                                                                                1931   –   1951

77.    Анджело де Мохана ди Колонья                 

                                                                                 1962   –   1988

78.    Эндрю Уиллогби Найджен Берти с 1988

ЛЕЙТЕНАНТЫ ВЕЛИКОГО МАГИСТРАТА

Иньико Мария Гевара-Сардо                          1805   –   1814

Андре Ди Джованни                                                 1814   –   1821

Антуан Бюска                                                                  1821   –   1834

Шарль Кандида                                                              1834   –   1845

Филипп де Колоредо-Мельс                            1845   –   1864

Александр Борджиа                                                  1865   –   1871

Жан Батист Чечи а Санта Кроче                                     1871   –   1879

Антуан Эрколани Фава Симонетти и.о.          

                                                                       1951   –   1955

Жан Шарль Паллавичини и.о.                        1988   –   1988

 

ЛЕЙТЕНАНТЫ ВЕЛИКОГО МАГИСТРА

 

Пио Франчи де’Кавалери (во время болезни

           75-го Великого Магистра)                       1929   –   1931

Эрнесто Патерно Кастелло ди Каркаси          

                                                                        1955   –   1962

 

БИБЛИОГРАФИЯ

А РУССКОМ ЯЗЫКЕ

[1]      Августин (Никитин), архимандрит. Филермская икона Божией Матери. // Нева. – СПб., 1996. № 5. С. 215–220.

[2]      Алябьев А. Сношения России с Мальтийским Орденом. Ч. 1. (до 1789 г.) // Сборник Московского главного архива МИД. – М.: 1893. Вып. V.

[3]      Амара-Пуанье М. Посол Его Святейшества. Деятельность Томмазо Ареццо, апостольского нунция в Санкт-Петербурге в царствование Александра I. СПб: «Глаголъ», 1996.

[4]      Антошевский И.К. Державный Орден Святого Иоанна Иерусалимского, именуемый Мальтийским в России. СПб., 1914.

[5]      Архив Государственного Совета. – Т. III. Ч. 2. Столб. 1263–1269.

[6]      Бакунина Т.А. Знаменитые русские масоны. М.: «Интербук», 1991.

[7]      Башилов Б. История русского масонства. Павел I и масоны. Александр I и его время. Выпуски 7-й и 8-й. М.: «Наш современник», 1995.

[8]      Берг Э. Краткая история Мальтийского ордена // Карнович Е.П. Мальтийские рыцари в России. СПб., 1880.

[9]      Берташ А. Гатчинские святыни // Вечерний Ленинград. – 25.10.1996.

[10]   Берти Дж. Россия и итальянские государства. М., 1959.

[11]   Близнюк С.В. Мир торговли и политики в королевстве крестоносцев на Кипре 1192–1373 годов. М., 1994.

[12]   Болотов А.Т. Любопытные и достопамятные деяния и анекдоты государя императора Павла I. М., 1875.

[13]   Борисов (Ильин) И.В. Родовые гербы России. М.: «Виктория», «Янтарный сказ», 1875.

[14]   Брикнер А. Смерть Павла I. СПб., 1907.

[15]   Брикнер А. Материалы для жизнеописания графа Никиты Петровича Панина. СПб., 1891.

[16]   Брушлинская О., Михелева Б.. Рыцарский маскарад при дворе Павла I // «Наука и религия», – 1973, № 9.

[17]   Буцинский П.Н. Отзывы о Павле I его современников. М., 1901.

[18]   Валишевский К. Сын великой Екатерины. СПб., 1914.

[19]   Васильев А.А. История средних веков. СПб, 1914.

[20]   Вишняков В. Венок на гробницу Императора Павла I. – Петроград: Издание Петропавловского Придворного собора, 1916. Переизд. – СПб.: НПТО «ОБЛИК», 1991.

[21]   Вяземский П. Депеши графа Литты, посланника Мальтийского ордена в Петербурге // Сборник Императорского Русского исторического общества. СПб., 1868.  Т. 2.

[22]   Вяземский П.А. Записные книжки 1813–1848. М., 1963.

[23]   Головкин Ф. Двор и царствование Павла I. СПб., 1912.

[24]   Дуров В.А. Ордена России. М.: «Воскресенье», 1993.

[25]   Дуров В.А. Русские и советские боевые награды. М., 1989.

[26]   Жоржель Ж.Ф. Путешествие в С.-Петербург. М., 1913.

[27]   Заборов М.А. Иоанниты // «Вопросы истории», 1984, №9. С. 92–108

[28]   Заборов М.А. История крестовых походов в документах и материалах. М.,1977.

[29]   Заборов М.А. Крестовые походы. М., 1956.

[30]   Заборов М.А. Крестоносцы на Востоке. М., 1980.

[31]   Заборов М.А. Мальтийские рыцари: историческая эволюция ордена Иоаннитов // Религии мира. История и современность. Ежегодник. М., 1984.

[32]   Заборов М.А. Папство и крестовые походы. М., 1960.

[33]   Захаров В.А. Мальтийские святыни // МИР (газета системы «Мир»). М., 1996, № 36.

[34]   Захаров В.А. Мальтийский Орден в прошлом и настоящем // МИР, 1997, № 16–35.

[35]   Захаров В.А. Мальтийский Орден и подделки под него            // Сегодня (г. Москва), № 242(600 ), 23.12.1995.

[36]   Захаров В.А. О фальшивых Орденах //МИР, 1996, № 4.

[37]   «Записка путешествия генерал-фельдмаршала российских войск тайного советника и кавалера мальтийского, Святого апостола Андрея, Белого Орла и прусского ордена Бориса Петровича Шереметева в европейские государства, в Краков, в Вену, в Венецию, в Рим и на Мальтийский остров». М., 1773.

[38]   Иванов В.Ф. Русская интеллигенция и масонство от Петра I до наших дней. – Харбин, 1934. Переиздание. – М., 1997.

[39]   Император Павел Первый и Орден св. Иоанна Иерусалимского в России // Сб. статей. СПб.: «КультИнформПресс», 1995.

[40]   История сокращенная державного ордена святого Иоанна Иерусалимского. СПб., 1800.

[41]   Кальницкая Е.Я., Пучков В.В., Хайкина Л.В. Михайловский замок. СПб., 1998.

[42]   Карнович Е. Мальтийские рыцари в России. Историческая повесть из времен императора Павла I. Спб., 1880.

[43]   Карсавин Л.П. Монашество в средние века. М., 1912.

[44]   Краткие сведения о праздниках Православной Церкви и сказания о житии особенно чтимых святых. М., 1892. С. 102–103.

[45]   Константинов И. Кто повел Бориса Ельцина по стопам Павла I? // Правда, № 118 (26872), 5.09.1992.

[46]   Краевский Г. Краткое топографичекское, историческое и политическое описание острова Мальты и Державного Ордена святого Иоанна Иерусалимского. СПб., 1800.

[47]   Куглер Б. История крестовых походов. СПб., 1895.

[48]   Кудрявцев Б.В. Мальта. М., 1983.

[49]   Кузнецов С. Тайны рыцарских портретов // Наука и религия. М., 1989. №12

[50]   Лабзин А.Ф., Фахрушев А. История Ордена святого Иоанна Иерусалимского. СПб., 1799. Т. I–V.

[51]   Мальтийский орден в России. Каталог выставки. СПб.: Государственный Русский музей, Государственный Эрмитаж, Palace Editions, 1998.

[52]   Манфред А.З. Наполеон Бонапарт. М., 1971.

[53]   Медведев М.Ю. Державный орден при Павле I и его преемниках. Проблемы реформ и расколов // В кн.: Император Павел Первый... С. 40–66.

[54]   Медников Н.А. Палестина от завоевания ее арабами до крестовых походов. СПб., 1897. Т. 1–4.

[55]   Милютин Д. История войны России с Францией. САБ, 1853.

[56]   Мишо Г. История крестовых походов. Киев, 1995.

[57]   Морошкин М. Иезуиты в России с царствования Екатерины II. СПб., 1870.

[58]   Недописанный дневник обучения будущего императора Павла I, который вел его учитель С.А.Порошин. М.:« Фонд имени И.Д.Сытина», 1996.

[59]   Николаевич С. «Жил на свете рыцарь бедный...» // Домовой, 1995, № 9. С. 8–14.

[60]   Новичев А.Д. История Турции. Л., 1963.

[61]   Оболенский Г. Павел I. Исторический роман. М.: «Московский рабочий», 1990.

[62]   Окунь С.Б. История СССР. 1796–1825. Л.:, 1948.

[63]   Парнов Е. Парадоксы и курьезы истории одного царствования // Атеистические чтения. М.:, 1986. Вып. 15.

[64]   Перминов П. Под сенью восьмиконечного креста (Мальтийский Орден и его связи с Россией). М.: «Международные отношения», 1991.

[65]   Печникова Р.Ю. Мальтийский орден в прошлом и настоящем. М., 1990.

[66]   Погосян Е.А. К проблеме мальтийской символики в русской культуре периода царствования Павла I // Вып. 833: Пути развития русской литературы. Литературоведение. Труды по русской и славянской филологии. Ученые записки Тартуского университета. Тарту, 1990.

[67]   Попов Н. Путешествие в Италию и на остров Мальту стольника П.А.Толстого в 1697 и 1698 годах. М., 1859.

[68]   Полное Собрание Законов Российской империи (ПСЗРИ). СПб., 1830–1916.

[69]   Путешествие стольника Петра Толстого по Европе в силу царского указа от 7205 года января 11-го дня, т.е. 1697 года по Р.Х. на 161 полулистах. // Русский архив. – 1888. – Т. 2–8. Переизд.: М.: «Наука», 1992.

[70]   Ранке Л. Римские папы в последние четыре столетия. В 2 томах. СПб., 1874.

[71]   Ростопчин Ф. Последний день жизни императрицы Екатерины II и первый день царствования императора Павла. М., 1864.

[72]   Сафонов М.М. Павел I и его время.// В кн.: Император Павел Первый... С.9–26.

[73]   Семенова Л.А. Салах-ад-Дин и мамлюки в Египте. М., 1966.

[74]   Сибирева Г.А. Неаполитанское королевство и Россия в последней четверти XVIII в. М., 1981. С. 91.

[75]   Скосырев А. Мальтийский Орден. Ходили когда-то и мы в Великих Магистрах. // Международная жизнь, 1997, № 10. С. 73–78.

[76]   Служение Мальтийских рыцарей. (Интервью с руководителем регионального отделения Мальтийского Ордена в Германии герцогом Рудольфом фон Крой). // Наука и религия, 1995, № 11. С. 58–59.

[77]   Советская историческая энциклопедия. Т. 1–16. М., 1961–1976.

[78]   Соколовская Т. Два портрета Императора Павла I с масонскими эмблемами.//Русская старина. 1908. Т. 136.

[79]   Соловьев О.Ф. Масонство в мировой политике XX века. М.: РОССПЭН, 1998.

[80]   Станиславская А.М. Русско-английские отношения и проблемы Средиземноморья в 1798–1807 гг. М., 1962.

[81]   Старцев С. Девять веков иоаннитов. Первое интервью российской прессе Великого канцлера Мальтийского ордена Карло Марулло ди Кондоянни. // Независимая газета, прилож. «Фигуры и лица» № 10, май, 1998. С. 7.

[82]   Стрыгин А. Заботы Великого Магистра. Мальтийские рыцари почтовых миниатюр. // Независимая газета, 1996, 19.07. С. 6.

[83]   Стрыгин А. Рыцарские марки. // Эхо планеты, 1996, №37. Сентябрь.  С. 30–31.

[84]   Суверенный Мальтийский Орден. Прошлое и настоящее. // Offshore express, 1996, № 7(19). С. 26–31.

[85]   Толстой Д. Римский католицизм в России. Историческое исследование. В 2 томах. С.-Пб., 1876–1877.

[86]   Уложение священного воинского Ордена Иерусалимского, вновь сочиненное по повелению Священного Генерального Капитула <...> с языков италианского, латинского и французского на российский переведенное... СПб., 1800.

[87]   Успенский Ф. История крестовых походов. СПб., 1901.

[88]   Хейзинга Й. Осень Средневековья. М.: «Наука», 1988.

[89]   Хрестоматия по истории средних веков в 3-х томах. М., 1953.

[90]   Цареубийство 11 марта 1801 года: Записки участников и современников. – М., 1996.

[91]   Черенков И. История державного ордена святого Иоанна Иерусалимского. Воронеж, 1803.

[92]   Чиж В.Ф. Император Павел I. // Вопросы философии и психологии. М., 1907.

[93]   Шапиро А.Л. Средиземноморские проблемы внешней политики России в начале XIX в. // Исторические записки. Вып. 55. М., 1956.

[94]   Шильдер Н.К. Император Павел I. СПб., 1901.

[95]   Шильдер Н.К. Император Павел Первый. Историко-биографический очерк. – М.: «Чарли», 1996.

[96]   Шмурло Е. Поездка Б.П.Шереметьева в Рим и на остров Мальту. Прага, 1929.

[97]   Шумигорский Е.С. Император Павел I. Жизнь и царствование. – СПб., 1907.

[98]   Шхонебек А. История о орденах или чинах воинских паче же кавалерских. – СПб., 1710. Ч. 1.

[99]   Эйдельман Н.Я. Грань веков. – М., 1982.

[100] Энциклопедия для детей. М.: «Аванта+». Т. 5, ч. 1–2. Т. 6, ч. 2.

             ИСТОЧНИКИ НА ИНОСТРАННЫХ ЯЗЫКАХ

[1a]    Annuaire 1998/1999. Rome, 1998.

[2a]    Bradford Ernle. The Knights of the Order. New York: Dor-set Press, 1972.

[3а]    Buben Milan. Suverenni Rad Maltezskych Rytiru v Historii a Soucasnosti. Praha, 1993.

[4а]    Chairoff Patrice. Faux chevaliers, vrais Gogos. Paris: Jean-Cyrille Godefroy, 1985.

[5а]    Constitutional Charter and Code of the Sovereign Military Hospitaller Order of St. John of Jerusalem of Rodes and Malta. Rome, 1998.

[6а]    Der Joanniterorden der Malteserorden. Der ritterliche Orden des hl. Johannes vom Spital zu Jerusalem. Seine Geschichte, seine Aufgaben. / Koln: Wienand Verlag, 1988.

[7a]    Dimech John Mgr. The Saints and Blessed of the Sovereign Military Order of Malta. Gozo, 1998.

[8a]    Hafkemeyr Georg B. Der Malteserorden und die Volkerrechtsgemeinschaft. // Der Joanniterorden der Malteserorden... S. 427–438.

[9a]    Kirchner Heinz, Truszczynski v. Georg. Ordensinsignien und Auszeichnungen des Souveranen Malteser-Ritterordens. Koln, 1974.

[10a] Kollias Elias. Die Ritter von Rhodos. Der Palast und die Stadt. Athen: Ekdotike Athenon S.A., 1995. 175 s.

[11a] Leisching Peter. Der Souverane Malteserritterorden als Religio. //Der Joanniterorden der Malteserorden. S. 439–452.

[12а] Pierredon de Michel. Histoire politique de l’Ordre souverain de Saint-Jean de Jerusalem (Ordre de Malte) de 1789 a 1955. 2nd ed. I and II. Paris, 1956, 1963.

[13a] Rivista International. Decembre 1997, 60 Year 29 New series. Rome, 1997.

[14a] Sherbowitz-Wetzor O. de, Toumanoff C. The Order of Malta and the Russian Empire*. Rome, 1969.

[15a] Sire H.J.F. The Knights of Malta. – Yale University Press. New Haven & London, 1993.

[16a] Таube M. de, Baron. L’ Empereur Paul I-er de Russie, Grand-Maltre de L’Ordre de Malte et son Grand-Prieure Russe... Paris, 1955.

[17a] The Grand Sovereign Dynastic Hospitaller Order of Saint John Knights of Malta. Книга выпущена в количестве 500 нумерованных экземпляров без указания места и года издания.

[18а] Toumanoff Cyrille. Catalogue de la Noblesse Titree de l’Empire de Russie. Rome, 1982.

[19а] Toumanoff Cyril. Essays in History. Rome, 1988.

[20a] Wienand Adam. Der Orden auf Rhodos. // Der Joanniterorden der Malteserorden... S. 143–190.

ри подготовке издания был использован Архив Миссии Суверенного Военного Мальтийского Ордена при Российской Федерации (г. Москва). Ссылки в тексте обозначены как – [АМ SMOM].

<<<Назад

В начало раздела "Книги">>>