Логотип

НУМИЗМАТИКА И КРИМИНАЛИСТИКА

Или как всё-таки выглядят подлинные иррегулярные монеты. Часть 1. Монеты 1959 и 1961 годов. Никита Моисеенко.

Петербургский коллекционер №5/50, 2008 

Прежде чем осветить тему, указанную в заголовке статьи, автор вынужден привести читателям ряд объяснений, связанных со своей предыдущей публикацией в «ПК» №4(49), касающейся иррегулярных монет 1933-1946 гг. Судя по отдельным откликам на эту работу, наибольшее количество вопросов касается происхождения изображений 5 и 15 копеек 1933 г. и полтинников 1936 г.
Относительно первой пары монет сообщаю следующее. Как и указано в подписях к этим изображениям, они представляют собой реконструкции, а не фотографии или сканированные изображения реально существующих металлических экземпляров. Основанием для их опубликования послужили вполне заслуживающие доверия, на наш взгляд, факты. Как уже сообщалось, известны документы Монетного двора, свидетельствующие о проведении работ по подготовке к выпуску в 1930-х годах мельхиоровых пятикопеечников, причём в некоторых из них описывались утверждаемые параметры монет. Более того, в собрании Мюнцкабинета СПМД хранится маточник указанного 5-копеечника 1933 года, передать композиционное размещение элементов рисунка на его оборотной стороне и попытался автор (получить фотоизображение предмета на момент подготовки материала статьи не имелось возможности). Для этого с помощью профессионального дизайнера газеты «ПК» и с использованием отдельных элементов, взятых от пяти разных монет, и было реконструировано приведённое изображение. Разумеется, как и любое «воссозданное», оно отличается от оригинала, с фотографиями которого, со временем, возможно удасться ознакомить читателей.

Изображение 15-копеечника 1933 года с вогнутыми цифрами номинала, как реально существовавшей ранее, но, возможно, не сохранившейся до наших дней монеты, на наш взгляд также имеет право на существование, так как в документах завода начала 1930-х годов подробно описывается проведение экспериментов с пробными монетами образца 1931 г., отчеканенными в трёх номиналах (10,15 и 20 копеек). Автор данной статьи сведения об этой акции уже неоднократно публиковал и без особой необходимости не считает возможным ещё раз возвращаться к этой теме. Исходным материалом для реконструкции монеты послужили фотографии 10-копеечника 1933 г., происходившего из коллекции С.М. Вигилёва, обычного 15-копеечника 1935 г. и двухрублёвика 1958 г. Поскольку никаких сведений об изображении лицевой стороны указанного 15-копеечника у автора не имелось, он и не счёл возможным его «реконструировать».

Также пользуюсь возможностью поблагодарить Я.В. Адрианова, приславшего более качественное, чем имелось у автора статьи, изображение лицевой стороны алюминиевого 5-копеечника 1937 г. Хотя оно ничем (кроме качества поверхности монеты) не отличается от приведённого в статье штемпеля однокопеечной монеты того же года из алюминиевой бронзы (о чём и было сообщено в подписи к фотографии), вероятно, читателям будет приятно его увидеть, так как ранее, насколько известно, оно публиковалось всего лишь однажды.

Л.с. 5 копеек 1937 г., алюминий; диаметр 15 мм; масса 0,45 г

Относительно одной лицевой и двух оборотных сторон полтинников 1936 года могу сообщить следующее. Это - изображения подлинных металлических предметов, хранящихся в коллекцииМюнцкабинета СПМД, с «советской» частью монетно-штемпельного собрания которого автор настоящей статьи работал при подготовке собственного научного исследования в 2004 и 2007 гг. Изображения их подверглись незначительной модификации, связанной, преимущественно, с ретушированием утрат на поверхности металла.

Следует отметить, что использование реконструкций изображений монет имеет в советской нумизматике достаточно давнюю историю. История о том, как Д.И. Мошнягин далеко не этичным путём приобрёл в свою коллекцию пробный 25-копеечник 1955 г., сфальсифицировав его изображение и опубликовав в нескольких региональных газетах, тем самым сумев в четыре раза «сбить» на него цену у продавца этой уникальной монеты, давно знакома нумизматам.

Известный ростовский журналист В.А. Назаров при подготовке своего каталога по пробным монетам6 (явившемся значительным событием в отечественной нумизматике, так как он на долгое время утолил информационный голод коллекционеров, так и не получивших в своё время обещанный Д. Мошнягиным и Н. Дашевским раздел, освещающий существование этих экземпляров), проявив образец честности и порядочности исследователя, сам признал и опубликовал факт использования в своей книге не фотографий монет, а сделанных с них протирок и прорисовок. Более того, в специальной статье он подробно разобрал, чем именно отличаются рисунки, исполненные для его каталога И.А. Рзаевым, от изображений, имеющихся на подлинных пробных экземплярах.

К большому сожалению, на современном рынке нумизматической литературы, посвящённой советским монетам, всё больше появляется изданий, на страницах которых вместо фотографий подлинных экземпляров приводятся фантастические рисунки никогда не существовавших монет СССР (серебряного рубля 1931 г., 50 копеек 1933 и пр.). Но если в некоторых случаях распознать неумело сфальсифицированные изображения сможет и не очень искушённый нумизмат, имеющий хотя бы минимальное знакомство с реальными советскими монетами, не очень дорогими в основной своей массе и более чем достаточно широко распространёнными, то при работе с таким массивом как иррегулярные и пробные монеты (или редко встречающиеся разновидности тиражных монет) ситуация значительно усложняется. В этом случае, чтобы не приобрести подделку, крайне важно располагать качественными изображениями заведомо подлинных экземпляров. Однако, на сегодняшний день в России (да и во всём мире) нет ни одного издания (не только научного, но хотя бы популярного), в котором были бы приведены фотографии и технические характеристики хотя бы сколь-либо существенной части от общего числа известных подлинных пробных монет СССР.


Более того, зачастую на страницах широко распространённых среди нумизматов-«советчиков» каталогов помещены изображения монет с необычными изображениями, представляющими собой именно реконструкции монет, подделки или вообще рисунки, являющие собой плод воображения их авторов. При этом сей прискорбный факт никак не оглашается авторами указанных каталогов, и простодушные нумизматы принимают изображения этих фантазий за фотографии подлинных металлических экземпляров. Следует отметить, что изрядная часть фальсифицированных фотографий пробных монет изготовлена достаточно кустарно - путём наложения деталей от нескольких подлинных экземпляров и/или последующего ретуширования монетного поля.

Однако в наше время, отмеченное мощными достижениями научно-технического прогресса, попытаться самостоятельно выявить подобные подделки-фантазии может и обычный нумизмат, вооружённый современным компьютером, сканером и соответствующим программным обеспечением. С выявлением аналогичных фальшивок довольно часто сталкиваются эксперты, работающие с таким антикварным материалом как боны и картины. В столичных (да, возможно, и в менее крупных) городах имеются специальные лаборатории, оборудование которых позволяет распознать сфабрикованные изображения бон (на аукционах в Интернете, бумажных изданиях и т.п. часто приводятся фотографии бумажных купюр с изменёнными порядковыми номерами), картин и некоторых других антикварных предметов, более или менее плоская форма которых позволяет работать с отражаемыми от поверхности исследуемого артефакта лучами разных частей спектра.

Существуют (помимо вышеописанного метода анализа поглощения/рассеяния отражённых лучей, работающего только с материальными предметами) и методы цифрового анализа компьютерных изображений. Их достаточно много и основаны они на разных принципах: на изучении градиентов освещённости, анализа корреляции цветопередачи соседних пикселей изображения, оценки геометрических размеров компонентов растра и т.п. За рубежом криминалистический анализ цифровых изображений с каждым годом всё больше и больше набирает силу, поскольку ставки в РВ-технологиях бывают, подчас, очень высокими. Фотографов, уличённых в публикации фальшивых снимков, увольняют с работы, а все отснятые ими изображения (включая и подлинные) удаляют из баз данных. Очень часто эксперты-криминалисты выступают в судах в качестве свидетелей обвинения при рассмотрении дел о поддельности фотографий (многим политикам и известным артистам работа фальсификаторов портит изрядно крови). На темы, связанные с анализом цифровых изображений защищаются даже докторские диссертации.

Если применить подобный анализ, скажем, для изучения аутентичности изображений монет, приведённых в книге московского собирателя А.И. Федорина, то можно получить следующие результаты. Даже при малой степени дискретизации анализ пикселей сканированных изображений, взятых из небольшого раздела, посвящённого пробным монетам СССР, показывает, что, как минимум, около трёх десятков приведённых в нём картинок представляют собой рисунки, в той или иной степени видоизменённые фотографии подлинных монет (подвергнувшиеся замене части изображений, ретушированию и пр.) или вообще, созданные по образцу Франкенштейна из отдельных кусочков, «фантастические» монеты. В ряде случаев даже удаётся установить, какие исходные монеты послужили базисом для создания поддельных изображений (в основном это экземпляры 1953,1958 и 1961 гг.). Однако, в тексте своей книги Андрей Иванович не указывает, что приводимые им картинки не соответствуют изображениям подлинных монет.

Нейзильбер-10; 10, 15, 20, 25 копеек 1969 г. Диаметры 17.27, 19.56, 21.84, 24.00 мм соответственно. массы 1.68, 2.47, 3.40, 4.60 г соответственно. Гурты у 10, 15, 20 копеек - рубчатые, у 50 копеек гурт гладкий

В связи с этим автор данной публикации считает необходимым начать знакомить коллекционеров советских монете иллюстрациями подлинных иррегулярных экземпляров, находящихся как в частных коллекциях, так и в государственных собраниях. Поскольку А. Федорин больше не разрешил редакции в качестве примера для сравнения использовать иллюстрации из его собственной книги, максимум, что может позволить себе автор, это приводить сканы или фотографии подлинных экземпляров выполненные в тех же геометрических параметрах, что и изображения в книге упомянутого автора (дабы читателям было легче увидеть отличия).

В связи с тем, что в последнее время иррегулярные монеты 1959 и 1961 гг. вновь стали появляться на мировых нумизматических аукционах нам представляется актуальным начать серию публикаций именно с изображений экземпляров этих лет. Вынося за рамки данной работы обсуждение статуса этих монет, автор может пока лишь сообщить, что упоминания о находках в обращении монет 1959 г. ему не попадались, в то время как, наоборот, монеты 1961 г. с разным размером цифр даты встречались в обращении на территории всего Советского Союза. Причём, в начале 1960-х годов они не были так редки, как в настоящее время. Это было связано, на наш взгляд, с тем, что часть из них поступила в обращение одновременно или чуть позже, чем основная масса монет 1958 г. (т.е. ещё до официального объявления о начале реформы, в 1959-1960 гг.) и, в силу своего необычного, заметно отличавшегося вида от монет, имевших в то время хождение, была быстро изъята коллекционерами. О том, что в начале 1960-х годов монеты с датой «1958» редкими не были, свидетельствует и такой мэтр советской нумизматики как Д.И. Андреев и сохранившиеся воспоминания коллекционеров, живших в указанное время. В архиве Эрмитажа имеются, например, многочисленные письма коллекционеров к И.Г. Спасскому, в которых нумизматы спрашивали известного учёного о происхождении необычных монет рубежа 1960-х гг. Одно из них, на наш взгляд, достойно частичного цитирования:

«Ленинград. Эрмитаж Отдел нумизматики ...Прошу Вас дать мне разъяснение по вопросу монет выпущенных в СССР в 1958 и 1961 году.
В Риге и в других городах Союза у коллекционеров появились монеты 1958 года достоинством 5р Зр 1р 50к 20к 15к 10к 5к Зк 2к 1к и монеты 1961 г 10к 15к 20к отличные от ходовых цифрами года. Снимки которых я вам посылаю в письме. Монеты эти очевидно поступают через монетный двор или другие источники к людям, которые на этом наживаются, продавая эти монеты по ценам от 10 рублей до 20 рублей за штуку. Причем цены на них везде одинаковы в любом городе. Коллекционерам волей-неволей приходится их покупать по баснословным ценам, так как другой возможности их приобретения не имеется.
Не имеет ли возможности Эрмитаж запросить соответствующие инстанции с тем чтобы имеющиеся запасы этих монет реализовать через клубы коллекционеров по более умеренным ценам как это было сделано с дензнаками 1947 года, которые по заявке клуба можно за 50 копеек получить полный комплект.
18.9.61. Рига... С уважением к Вам. [В.Ф.] Филиппов».

Из двух серий монет 1961 г. (с малыми и средними размерами цифр даты) наиболее часто встречаются медно-никелевые монеты с малыми цифрами, поскольку, будучи изготовленными весной (не исключено, что и в начале лета) 1959 г., они были отчеканены в достаточно большом количестве и частично разоланы по областным конторам Госбанка, прежде чем руководящие сотрудники инистерства финансов, обратив внимание на схожесть указанных экземпляров пробно-экспериментальными монетами 1958 г., приказали видоизменить рисунок оборотной стороны монет. В личной беседе автора статьи с одним из гравёров ЛМД, принимавшим непосредственное участие в изготовлении иррегулярных монет 1961 г., удалось выяснить, что тираж монет со средними цифрами даты был совсем незначительным. Наверное, именно поэтому в известных автору частных собраниях на сегодня присутствует лишь 20-копеечник, приобретённый
одним из жителей Москвы из известной донецкой коллекции.

Нейзильбер-10; 20 копеек 1961 г. Хран.: частное собрание (Москва)

Монеты же с малыми цифрами даты известны в количестве нескольких десятков экземпляров. Наиболее часты 20-копеечники, которые находили в обращении в Риге, Вильнюсе, Запорожье, Москве и других городах бывшего СССР, вплоть до середины 1980-х годов. Реже встречаются 15-копеечники (известно о находках их в Прибалтике, Москве, на Западной Украине - в городе Броды), ещё реже - гри венники. Насколько известно автору, на настоящее время в частных собраниях имеется лишь один экземпляр этой монеты, долгое время хранившийся в непрофессиональной коллекции на Украине и лишь недавно перевезённый в Москву. Монета эта ранее нигде не публиковалась. Большое количество иррегулярных монет именно в украинских собраниях объясняется тем, что невиданно большой урожай 1958 года вынудил работников местных отделений Госбанка на Украине в связи с недостатком разменной монеты без согласования с руководством Минфина вскрывать банковские упаковки, накапливавшиеся перед проведением деноминации, и расплачиваться монетой нового образца. География областей-ударниц в заготовке сельхозпродукции 1958/1959-х гг. идеально совпадает с зафиксированными коллекционерами местами находок иррегулярных монет 1958 и 1961 гг. О находках «необычных» гривенников 1958 г. региональная пресса писала ещё в 1960-м году. Эти публикации привели к тому, что ряд руководящих работников Министерства финансов получил дисциплинарные взыскания. Следует отметить, что в музейных собраниях иррегулярные и пробные (отчеканенные в других металлах) монеты 1959 и 1961 гг. представлены более полно, чем в частных.

Например, в Мюнцкабинете СПМД сохраняются два комплекта монет 1959 г., достоинством в 10,15, 20 и 50 копеек. В основном собрании Государственного Эрмитажа находятся 20-копеечники с «мелкими цифрами даты» (отчеканенные, предположительно, один из никелевого сплава, а другой - из латуни), 15-и 10-копеечники с двумя вариантами «мелких... [и] ещё мельче» цифр даты (все четыре монеты - в «никеле»), три латунных монеты с уменьшенными цифрами даты (номиналом в 1,2 и 3 копейки), «пробная 20 копеек 1959г. [в «никеле»]» и две полукопеечных монеты 1961 г., разных вариантов штемпелей. В коллекции ГИМ имеется 15-копеечник 1961 г. с малыми цифрами даты, поступивший в музей из собрания Якубенко. Есть подобные монеты и в других музеях. В ряде случаев, в ходе бесед с бывшими сотрудниками Монетного двора, удалось даже установить личности дарителей, чьи инициалы и фамилии, порой, не были отражены в книгах поступлений Эрмитажа. Так, например, латунный 15-копеечник 1961 г. (медно-никелевые монеты в 10,15 и 20 копеек 1961 г. с малыми цифрами даты, также принесённые в музей именно им, но записаны как поступление от Б.Е. Быховского), по его словам, были подарен слесарем ЛМД О.К. Беловым в 1964 г, но зафиксирован в документах ОН ГЭ под другой датой. Два различных варианта полукопеечных монет 1961 г. поступили в коллекцию Эрмитажа от главного художника Монетного двора А.В. Козлова.

К сожалению, поступление целого ряда иррегулярных и пробных экземпляров (20 копеек 1959 г., латунного 20-копеечника 1961 г., 1,2, 3,10 и 15 копеек с нестандартными размерами цифр даты) и оттисков (например, в олове - портрета В.И.Ленина и герба СССР; крайне вероятно, что эти предметы имеют прямое отношение к пробной чеканке монет старших номиналов в начале 1960-х гг.) атрибутировать пока не удаётся.
Некоторые из упомянутых выше монет изредка можно увидеть на государственных экспозициях. Например, 10,15 и 20 копеек с малыми цифрами даты и 50-копеечник 1959 г. присутствовали на проходившей с 23 апреля по 1 декабря 1994 г. в Государственном Эрмитаже выставке, посвящённой 90-летию И.Г. Спасского и одновременному празднованию 270-летия Петербургского монетного двора.
В частных собраниях иррегулярные монеты 1959 и 1961 гг. тоже встречаются. В1981 г. В.А. Назаров наблюдал 10,15 и 20 копеек 1959 г. в коллекции Д.И. Мош-нягина. В1984 г. фотографии 10, 15, 20 и 50 копеек 1959 г., а также 15 и 20 копеек 1961 г. с малыми цифрами даты, как монет, происходящих из его собственной коллекции, опубликовал Р Каим20 (правда, не исключён вариант, что к немецкому собирателю попали те же экземпляры, что были у русского нумизмата).Обозначенный владельцем как «пробный» 20-копеечник 1959 г., приобретённый на аукционе в ноябре 1992 г, имелся в коллекции В. Фукса и был продан им на Сотби в начале октября 1996 г.22 В конце 2004 г. на антикварном рынке Москвы предлагался некий полтинник, датированный 1959 г. О происхождении в частных коллекциях иррегулярных монет 1961 г. автор данной статьи уже неоднократно сообщал нумизматам.

Нейзильбер-10; 20 копеек 1961 г. Из бывшей коллекции Р.Каима(Хаген, ФРГ)

Значительно меньше, чем медно-никелевых, известно иррегулярных монет мелких номиналов 1961 г. достоинством от 1 до 5 копеек, отчеканенных на кружках из марганцовистой латуни. Цифробуквенные обозначения номинала на указанных экземплярах набиты пуансонами особых геометрических размеров, отличающимися как от монет 1958, так и от обычных -1961 г. Номинал особого вида, достоинством в 5 копеек автору до сих пор обнаружить не удалось. Впервые фотографии монет младших номиналов (от 1 до 3 копеек) были опубликованы в книге талантливого, недавно безвременно ушедшего от нас белорусского учёного В.Н. Рябцевича. В книгах А. Федорина нет даже ссылок на этот фундаментальный труд, хотя приводимые им изображения взяты именно из этого издания и «творчески подправлены» (но полностью скрыть следы заимствования, называющегося в научной среде плагиатом, ему не удалось). Не очень высокое качество полиграфии оригинального издания не позволило А.Федорину определить штемпель лицевой стороны однокопеечной монеты и поэтому он просто указал, что этот экземпляр отчеканен штемпелем «стандартных тиражных монет» (как известно, их в 1961 -м году использовалось, как минимум, три). Автор настоящей работы этой информацией владеет.

Марганцовистая латунь ЛМц 58-2; 1, 2, 3 копейки

 

 

 

В целом, из 13-ти приведённых в книге А. Федорина «пробных» монет 1959 и 1961 гг., достоинством от 1 до 50 копеек, фальсификации не подверглись только изображения трёх экземпляров - двух 20-копеечников 1961 г. и 15-копеечника с малыми цифрами даты. Анализ изображения 50-копеечника 1959 г. допускает, что оно может быть «неподкорректировано», однако определение подлинности указанной монеты в рамках данной статьи не обсуждается. Остальные восемь изображений металлических купюр рассматриваемых лет, безусловно, несут на себе следы многочисленных «реконструкций». Особенно хорошо это заметно при рассмотрении 10-копеечников 1959 г. и 1961 г. со средними цифрами даты. Ясно виден дефект изображения, расположенный на 81/2 часов и идущий от края к центру монеты, а также небольшая «примятость» в наружной правой части цифры «О». У обоих рассматриваемых экземпляров они абсолютно одинаковы, что свидетельствует о том, что исходным изображением для изготовления фальсификатов послужил скан некой третьей монеты. Можно даже утверждать, что это была купюра 1961 года, так как следы от плохо закрашенного основания ножки цифры «1» видны под изображением последней цифры даты на гривеннике 1959 г. Нахождение дальнейших сходств и установление монет, послуживших «макетом» для «реконструирования» автор предоставляет найти читателям самостоятельно.

В начало раздела "Монеты">>>