Логотип

МОНЕТЫ В СРЕДНЕВЕКОВУЮ ЭПОХУ

 Когда Древний Рим пал под ударами рабов и варваров — бесчисленных племен гуннов и германцев, давно уже осаждавших и восточную и западную части империи, монетное дело в Европе пришло в страшный упадок. Первое время потребности торговли обеспечивались старыми римскими серебряными монетами. И короли бесчисленны вестготов и остготов, бургундов и лангобардов — новая знать довольствовалась этим. Потом они стали чеканить свои монеты. Считалось достаточным, что на монетах стоят начальные буквы их имен — монограммы.

Теодорих, который создал в Италии на развалинах римских городов и вилл новое государство, изображал на монете римского императора, а на ее обороте — свою собственную монограмму. То, что так хорошо понимали цезари Рима, было совершенно непонятно германским королям на заре средневековья. Их монеты выглядели грубыми, схематичными, примитивными по сравнению со старыми античными монетами. Но таковы вкусы и культура той эпохи. Это был переход от античности к средневековью, от рабовладельческой формации к феодальной.

Но от этого схематизма и примитивности изображений монеты раннесредневекового времени не становятся менее интересными для нумизмата и для историка, менее важным источником информации о той эпохе. В частности, они рассказывают нам о взаимоотношении варварских королей с христианской церковью, т. е. о важнейшем политическом, социальном и духовном вопросе того времени.

Короли считали себя христианами. Но что это были за христиане? На монетах меровингского короля Теодоберта изображали ангелов с крестами. Христианство ранних средневековых государств на рубеже VI — VII вв. больше напоминало язычество. Меровингский король Хлодвиг принял христиан­ство. Как-то раз во время битвы с племенем алеманов он поднял руку и воскликнул: «Я призвал своих бо­гов, но они меня покинули. Если ты, Исусе Христе, дашь мне победу над врагами и я узнаю силу твою, испытанную народом, который тебе поклоняется, я поверю в тебя и окрещусь именем твоим». Так рассуж­дал король, готовый признать любого бога, который принесет ему победу, а с ней золото, серебро, каменья, рабов, богатые дары и выкупы. Он заявил епископу, рассказавшему ему об искупительных страданиях Хри­ста: «Если бы я был там с моими франками, я бы отом­стил за него». Но великодушное заявление в пользу «всепрощающего» бога, исходившее от самого сердца, не помешало ему убить одного соперника из франкских вождей за трусость, другого якобы за смерть отца, кото­рую он сам же и подстроил. Щедро одаривал он цер­ковь, делясь трофеями, захваченными в боях. Это были всевозможные украшения, пояса, бляхи, сосуды. Цер­ковь прощала ему все злодеяния и благословляла завоевания.

Такими «христианами» были и другие Меровинги. На монетах этих королей появляются символы и моно­граммы Христа. Перед нами прекрасная иллюстра­ция того, как быстро освоилась церковь с новым поло­жением вещей, поняла, за кем будущее, и решительно вступила в союз со знатью, с королями. За кем реаль­ная сила, с теми и церковь — вот о чем говорят эти освященные христианскими эмблемами монеты. Они свидетельствуют, что там, где власть, там нужна и ре­лигия, чтобы освящать эту власть и помогать в управ­лении людьми.

Вообще же монеты раннесредневековой эпохи дают много сведений о своем времени, но содержат и множе­ство загадок. И одна из них связана с так называемым монетным металлом. Монеты чеканили из самых разных металлов. Иногда только золотые или только серебряные. Такие денежные системы называют монометаллическими. В другие периоды выпускали и серебряные и золотые монеты, а иногда и медные монеты — это полиметал­лические и биметаллические монетные системы.

Вопрос о денежных металлах интересует не только нумизматов, но и историков. На одном из кон­грессов ученых-историков и археологов в середине XIX в. во Франции ставился вопрос: почему Меровинги (короли Франции VI—VIII вв.) чеканили сравни­тельно мало серебряных и значительно больше золотых монет, а Каролинги (VIII—IX вв.) — выпускали глав­ным образом серебряные? Некоторые ученые считали, что иссякли запасы золота, другие — что при Меро-вингах осталось много старой римской монеты и не было нужды еще чеканить серебряные деньги. А когда при Каролингах римские денарии износились и стали исче­зать с рынков, то и понадобились новые серебряные монеты. Более вероятным является предположение, что при Меровингах потребности в денежном обращении бы­ли малы и потому серебра чеканили мало. Золотые же монеты являлись больше средством накопления, чем обращения, ими награждали слуг и вассалов, в них переплавляли награбленную добычу. Особой потребно­сти в массовых деньгах еще не было. Когда же она стала ощущаться, начали чеканить серебро. Посте­пенно пришли к массовому выпуску серебряных монет. Законодательно это потом закрепили денежной рефор­мой Карла Великого.

Монетные металлы как бы поделили сферы своей деятельности: серебро обслуживало массовую торговлю, золото — сферу накопления, а также область крупных торговых операций. Такое разделение обязанностей су­ществовало во многие древние эпохи и во многих странах.

Карл I ввел новый твердый весовой стандарт — фунт — и даже попытался централизовать денежные дела. Его указы запрещали чеканить монеты где-либо, кроме резиденции короля. Однако в реальной жиз­ни монеты чеканили многие его вассалы. Сохранялось положение, сложившееся еще при Меровингах, когда монетный двор действовал чуть ли не на каждом боль­шом рынке. Часто эти монеты брали охотнее, чем че­каненные в королевских денежных мастерских. Карл угрожал штрафом свободным людям и телесными нака­заниями несвободным, если они будут отказываться брать королевскую монету и принимать некоролев­скую. Но это не помогало.

О чем говорят все эти факты? Они ярко характери­зуют период, который принято называть империей Кар­ла Великого, период кратковременного единства и по­литического централизма в раннесредневековой Европе. Это время закабаления крестьян. Складывались буду­щие феодальные отношения. Между прочим, утяже­ление серебряной монеты, проведенное реформой Кар­ла, также способствовало усилению эксплуатации кре­стьян. Они должны были платить ту же сумму обло­жения, но в более тяжелых монетах.

Развитие феодальных отношений приводит, как из­вестно, к децентрализму. Так и случилось. Очень ско­ро империя Карла Великого распалась. Его преемники еще пытались удержать некоторый централизм денеж­ного дела, достигнутый Карлом. Так, Карл Лысый в 864 г. издает эдикт — самый древний документ о регламентации монетной чеканки, сохранившийся от эпохи средневековья. В нем говорилось, что монетные мастерские могут работать только при дворе короля и в городах Руане, Реймсе, Сане, Париже, Орлеане, Шалоне, Лилле и Нарбонне. Для чеканки монеты мастерские должны посылать мастеров в сопровожде­нии вице-графов и двух состоятельных людей в коро­левскую казну за серебром. В установленный срок полученное серебро нужно было по весу вернуть в казну в виде звонкой монеты. Если же монетчик навлекал на себя подозрения, то должен был отвести их от себя «божьим судом» — испытанием огнем или кипятком. Если «божий суд» оказывался для него неудачным, ему отрезали руки как фальшивомонетчику. Такими жестокими мерами пытался король Франции навести порядок в денежном деле.

В начало раздела "Монеты">>>