Логотип

 

Химия большого бизнеса

Человечество обязано Дюпонам многими замечательными открытиями. Но почему-то только одно из них удостоено Нобелевской премии!

Шесть поколений семейного клана Дюпонов за два с половиной столетия кого только не дали миру — революционеров, сенаторов, адмиралов! Но, конечно, больше всего на ветвистом генеалогическом древе Дюпонов разместилось предпринимателей, промышленников, ученых-химиков и изобретателей. Именно их усилиями был создан нынешний промышленный гигант DuPont — вторая по капитализации химическая компания в мире.

Взрывоопасное дело

А начиналось все в 1785 году, когда 14-летний Элевтер Ириней Дюпон де Немур (1771-1834) написал свою первую научную работу по технологии производства пороха. Способный мальчуган, которого все звали просто Э. И., был младшим из двух сыновей парижского часовщика Пьера Самюэля Дюпона де Немура (1739-1817), по происхождению аристократа.

Три поколения Дюпонов

Старший сын — Виктор-Мари Дюпон де Немур (1767-1827) — преуспел на дипломатическом поприще, занимал пост французского консула в США, а после эмиграции туда же всего семейства основал с партнером фирму по торговле шерстью Du Pont, Bauday & Co. Его сын Сэмюэл Фрэнсис Дюпон (1803-1865) пошел еще дальше — стал контр-адмиралом ВМФ США, героем нескольких войн.

Достижения “младшенького” Э. И. на “взрывоопасной” ниве также не прошли незамеченными: опыты с порохом молодой человек проводил уже на посту чиновника революционной Франции. Он трудился в Национальном пороховом агентстве. В самый канун якобинского переворота 1893 года 22-летний Элевтер Ириней Дюпон оставил свой пост, чтобы помогать отцу в его бизнесе — к тому времени издательском.

После установления режима Директории взгляды отца и сына (“социальное партнерство предпринимателей и рабочих” и все такое…) были расценены как опасное левачество. В 1797 году типография Дюпонов была разгромлена, а ее владельцы посажены под домашний арест. Решив не искушать судьбу, отец с сыном бежали из страны и в январе 1800 года прибыли в Америку. А 19 июля 1802 года Дюпон-младший в окрестностях Уилмингтона (штат Делавэр) открыл свою собственную пороховую фабрику. Эта дата считается официальным днем рождения компании E. I. du Pont de Nemours — или сокращенно DuPont, чья штаб-квартира по сей день находится в том же Уилмингтоне.

Война и мир в семье Дюпонов

Почти восемь десятилетий единственным продуктом компании Дюпонов оставался порох. Уже к началу 1820-х годов она стала официальным поставщиком американского правительства.

В 1857 году семейный бизнес возглавил представитель четвертого поколения Дюпонов — Ламмот Дюпон (1831-1884). Он тут же запатентовал новый вид пороха — “взрывной” (в нем нитрат калия был заменен на более дешевый нитрат натрия). Став лидером на пороховом рынке, Ламмот Дюпон основал компанию Repauno Chemical. Во время Гражданской войны ее глава выполнял деликатные поручения правительства Линкольна в Великобритании (в частности, закупил там почти полторы тысячи тонн дефицитной селитры), а после победы северян был избран президентом Пороховой ассоциации, регулировавшей цены и производство взрывчатых веществ в США.

Закончил свою жизнь главный пороховщик Америки символически — погиб во время очередного взрыва на собственной фабрике. А его главное детище — завод Repauno в штате Нью-Джерси — к 1920-м годам превратилось в крупнейшего мирового производителя нового взрывчатого вещества, пришедшего на смену пороху, — динамита.

Свой первый столетний юбилей DuPont отметила кардинальной сменой приоритетов. В 1902 году у руля компании встали представители пятого поколения семейного клана — двоюродные братья Томас Колмен (1863-1930), Пьер Сэмюэл II (1870-1954) и Альфред Ириней (1864-1935) Дюпоны. Последний прославился еще и как талантливый музыкант и композитор, финансист и филантроп: в 2006 году основанный им благотворительный фонд “весил” $4,5 млрд.

Начали “новые Дюпоны” с кардинального перепрофилирования производства — по их замыслу на смену взрывчатым материалам должна была прийти бытовая химия. В широчайшем ассортименте и непременно высокотехнологичная и передовая. С этой целью амбициозные кузены начали активно продвигать на рынок новые продукты: краски, красители, пластмассовые изделия и синтетику.

А взрывчатые вещества начиная с 1912 года производили отпочковавшиеся от DuPont компании Hercules и Atlas. Обе они образовались отнюдь не от хорошей жизни, а в результате “наезда” всесильного американского антимонопольного ведомства и соответствующего вердикта федерального суда.

Но окончательно порвать со “взрывоопасным” бизнесом у DuPont не вышло. Началась Первая мировая война, и только что построенный новый завод в Хоупвелле (штат Вирджиния) быстро превратился в крупнейшего в мире производителя нитроцеллюлозы — основы для изготовления пироксилина, бездымного пороха (изобретенного Пьером Сэмюэлом II на пару с еще одним внуком основателя семейного дела — Фрэнсисом Гарни Дюпоном) и прочих орудий массового уничтожения. Правда, после войны бездымному пороху нашлось и мирное применение — в строительстве и горнодобывающей промышленности. Как и взрывоопасный аммиак, в дальнейшем сыгравший важную роль в создании таких “мирных” товаров, как нейлон и полиэтилен.

Одним из серьезных “чисто мирных” направлений для DuPont стал автомобильный бизнес. Начало альянсу с американским автопромом положил упомянутый выше Пьер-Сэмюэл Дюпон II. В 1920 году, когда компания General Motors оказалась на грани банкротства, сын Ламотта и внук Элевтера Иринея Дюпонов владел более чем третью ее акций. Выйдя из состава руководящего “братского трио” DuPont, но сохранив за собой пост председателя совета директоров “родной” компании, Пьер Дюпон одновременно с этим занял пост президента GM. И вместе со своим будущим преемником — легендой американской автомобильной промышленности Альфредом Слоуном — создал независимую управленческую структуру, которая позволяла автомобильному и химическому гигантам эффективно кооперироваться друг с другом. К 1928 году, когда Пьер Дюпон отошел от дел, он оставил GM крупнейшей корпорацией в мире.

К этому времени химический гигант постарался окончательно избавиться от своего “взрывного” имиджа с помощью масштабной рекламной кампании, которая прошла под слоганом: “Лучшие товары для лучшей жизни — с помощью химии”. В дальнейшем слово “химия” было опущено, а в канун миллениума сменился и сам слоган, уступив место существующему до сих пор “Чудеса науки”. По мнению руководства DuPont, он должен окончательно позиционировать компанию как высокотехнологичную и инновационную, ориентированную на передний край науки.

Однако, прежде чем полностью перестроиться на созидательный бизнес, компания Дюпонов успела еще раз вернуться к бизнесу разрушительному — и какому! Во время Второй мировой войны по заказу правительства она построила первый в мире завод по производству плутония в Хэнфорде (штат Вашингтон), внеся посильный вклад в создание первой атомной бомбы.

Весь мир в синтетике

Начиная с 1920-х годов DuPont выдвинулась в мировые лидеры на рынке синтетических материалов и бытовой химии. Благодаря массовому спросу на продукцию компании многие ее успешные торговые бренды быстро превратились в имена нарицательные.

Первой ласточкой стал целлофан, изобретенный в 1923 году сотрудником DuPont Уильямом Чарчем, прозванным Мистером Целлофаном. А главный успех на “бытовом” направлении ждал компанию во второй половине 1930-х годов, когда группа сотрудников DuPont под руководством Уоллеса Хьюма Карозерса создала нейлон.

Исследованиями полимеров, способных заменить натуральный шелк, тогда активно занимались ученые еще одного потенциального противника США — Германии. А в самих Штатах — только сотрудник Гарвардского университета Уоллес Карозерс. Его-то и переманили в DuPont, предложив пост руководителя отдела органической химии и месячный оклад $6 тысяч — почти вдвое больше гарвардского.

Материальное стимулирование и абсолютная творческая свобода, созданная для группы Карозерса, сделали свое дело. В феврале 1935-го один из членов группы, Жерар Берше, синтезировал искомый синтетик, названный Nylon. Дальнейшее напоминало шпионский роман. В обстановке глубочайшей секретности два мотка экспериментальной пряжи с соблюдением всех мер конспирации были отправлены на чулочную фабрику в штате Мэриленд. Позже сотрудник, доставивший их туда, вспоминал, что подобных мер безопасности не было и в Хэнфорде, где делали плутоний… Кроме того, руководство компании сделало все, чтобы не допустить утечки информации в прессу.

В результате всех этих усилий массовая продажа нейлоновых чулок 24 октября 1939 года во всех крупных магазинах Уилмингтона стала первополосной американской сенсацией. Когда новый товар “выкинули” в Нью-Йорке, очереди за ним растянулись на несколько улиц. За первый день было продано 780 тысяч пар, за четыре дня был раскуплен месячный запас — 4 млн пар, а за первый год — 64 млн.

Впрочем, к моменту появления на рынке нейлона компания успела развить наступление по всему “синтетическому” фронту — на рынке уже пользовались успехом первая синтетическая резина Neopren и сверхпрочная пластмасса Lucit. Сразу же вслед за нейлоном очередную сенсацию мог бы вызвать водоотталкивающий Teflon, открытый Роем Планкеттом в 1938-м, но об этом материале мир узнал гораздо позже, когда с тефлона, использовавшегося в том же атомном проекте Manhattan, была снята завеса секретности. А за ними последовали акриловое волокно Orlon, продукты из полиэстера — Dacron (прозванный “Выстирал и носи”) и Maylar (к 1960-м годам окончательно вытеснивший целлофан); эластичный материал Lycra; используемый в бронежилетах и суперпрочных автопокрышках синтетик Kevlar; жаростойкий Nomex; упоминавшиеся выше материалы Corian, Zodiaq и многое другое.

Брендов накопилось столько, что к концу века в DuPont создали специальную компьютерную базу данных для хранения информации об уже использованных наименованиях и оптимального выбора будущих. Удивительно, как при таком изобилии открытий и изобретений из сотрудников DuPont лишь один был удостоен Нобелевской премии по химии! В 1987-м ею наградили Чарлза Педерсена за достижения в исследовании так называемых краун-эфиров.

В семье не без Дюпона

В канун нового века и тысячелетия была сформирована новая “корпоративная идентичность” компании DuPont. Теперь ее мозговые центры нацелены на два направления — медицину и биотехнологии.

Еще в 1926 году сотрудник компании Генри Уоллес своими опытами по скрещиванию сельскохозяйственных культур совершил самую настоящую “аграрную революцию”. За последующие три четверти века компания превратила эту революцию в перманентную. На рынок одно за другим поступали новые эффективные гербициды и прочие средства повышения урожайности и борьбы с вредителями полей и огородов. С той же регулярностью специалисты DuPont изобретали новые лекарственные препараты, пленки для рентгеновского оборудования, средства диагностики и другие важные продукты и аппараты, способствующие сохранению и укреплению здоровья человека.

Правда, в последние десятилетия компании не раз приходилось отбиваться от “зеленых”: от Большой Химии, как мы знаем сегодня, человечеству достались не одни блага, но и многочисленные проблемы. Те же фреоны, на которые многие возлагают главную ответственность за разрушение озонового слоя планеты, синтезировали в 1930-х годах два сотрудника General Motors, а промышленное производство было налажено как раз на заводе DuPont в Дипуотере (штат Нью-Джерси). Споры о степени “вины” фреонов за гипотетическое глобальное потепление ведутся по сей день, но DuPont решила на всякий случай перестраховаться и в 1995 году нашла менее вредную замену фреоновым холодильникам и аэрозолям — соответственно охладитель Suva и аэрозольный разбрызгиватель Dymel.

С середины прошлого века руководящие посты в DuPont занимают “сторонние” топ-менеджеры, но “семья” сохраняет за собой контроль над ней, владея крупными пакетами акций. И в нынешнем составе совета директоров есть один человек с фамилией Дюпон.