Логотип
Hoff

Подарок Наполеона Александру I

Вазы на камине Гостиной императрицы во дворце Коттедж в Петергофе

На русском антикварном рынке произведения мануфактуры встречаются не часто: коллекционеры редко расстаются с любимыми украшениями своих собраний. Лучшие произведения хранятся в музеях. Но даже в музеях зачастую история бытования произведений теряется во времени. Ее возвращению помогают поиски в архивах. Изучение документов позволило восстановить историю происхождения парных севрских ваз из собрания Государственного музея-заповедника «Петергоф».

В истории дипломатических отношений Франции и России были периоды как взаимного охлаждения, так и тесного сближения на почве общих интересов. Материальными памятниками дружественных взаимоотношений являются дипломатические подарки, как правило, произведения искусства. К ним относятся и две вазы из петергофского дворца Коттедж, изготовленные на Севрской Императорской фарфоровой мануфактуре в период правления Наполеона.

На обеих вазах марки мануфактуры, выполненные красной краской по неглазурованной поверхности: «М. Imp. le de Sevres», и метки: Z — красная, D — золотая. Вазы имеют прекрасно найденные пропорции: тулово в форме фюзо, с высоким горлом раструбом, на конусообразной ножке, опирающейся на невысокий квадратный плинт золоченой бронзы. Внешняя поверхность ваз имеет знаменитый севрский темно-синий фон, на тулове с двух сторон резервы в прямоугольной со срезанными углами золоченой цированной рамке. Между резервами на тулове золотые композиции: лира в лавровом венке, по горлу и ножке золотой растительный орнамент из листьев и плодов, гузок украшен золотым геометрическим орнаментом. В резервах помещены сюжетные композиции, выполненные «en grisaille». Сцены в резервах представляют собой копии иллюстраций Франсуа Жерара (Francois Gerard, 1770–1837)из лучшего издания поэм Публия Вергилия Марона (70–19 гг. до н.э.) «Буколики, Георгики, Энеида». В одном резерве — сцена из «Буколик» («Пастушеских стихотворений»), в которых римский поэт развертывает картины идиллического мира жизни пастухов. В трех других помещены иллюстрации к «Георгикам» («Земледельческим стихам»), посвященным добродетельной жизни италийских крестьян.

Архивные документы позволяют точно определить дату получения ваз, присланных «к государю императору Александру I от французского императора Наполеона», на основании пометки в «Описи вещам, находящимся в Эрмитаже с 1786 г.», внесенной 2 марта 1808 года. Она гласит: «В Уборной комнате ... на столах ... ваз фарфоровых без крышек по синему грунту с позолотою и живописью одноколерною темноватого цвету на четыреугольных цоколях золоченой бронзы две.

Присланные к Государю Императору Александру I от французского Императора Наполеона, а в Эрмитаж принесены марта 2 числа 1808 года и перенесены в Уборную октября 18 числа 1808 года». Выписка из документов Севрской фарфоровой мануфактуры, любезно предоставленная Музею-заповеднику «Петергоф» заведующей архивом Национальной Севрской фарфоровой мануфактуры Тамарой Прео (Tamara Preaud), подтверждает эти данные, а также позволяет назвать имя художника Севрской мануфактуры, выполнившего роспись в резервах: Жан Алексис Жирар (Girard, Jean-Alexis, работал на мануфактуре в 1795–1817 годах, специалист по изображению фигур). Судя по предоставленному мадам Прео документу, работа по росписи в резервах продолжалась в течение апреля–ноября 1807 года: «Апрель. 2 Вазы фюзо... Сюжеты серым... Взяты из Вергилия. 1-ая выплата художнику 300 ... Ноябрь. 2 Вазы фюзо... 4 сюжета гризайлью... Взяты из Вергилия. Цена 162.50». Кроме того, в регистрационной книге мануфактуры имеется запись от 31 января 1808 года: «На счет Его Величества Г-ну Великому Маршалу Двора для Императора России» выданы: «1. Картина на жанровый сюжет работы Дроллинга 3000; 2. Вазы формы фюзо синий фон... с гризайльными сюжетами работы Жирара декор золотой 2000; 3. Чашка и блюдце зеленый фон с портретом Императора 240».

«...Песням моим ты не внемлешь, увы, жестокий Алексис! Иль не жалеешь ничуть? Доведешь ты меня до могилы!» Эклога II «Буколик», песнь Коридона о страсти, которую в нем зажег «прекрасный собою Алексис»

Фотографии образцов рисунков золотого орнамента для декорации ваз из архива Севрской мануфактуры дают возможность определить также автора орнаментальной росписи золотом на вазах: Александр-Теодор Броньяр-отец (Alexander-Theodore Brongniar, 1739–1813 (?), работал на мануфактуре 1801–1812). Вероятно, он же и автор формы. Это предположение следует из сравнения ваз петергофской коллекции и вазы такой же формы, но с ручками, опубликованной в книге Marcelle Brunet et Tamara Preaud «Sevres. Des origines a’nos jours» (1978. Pl. LXII. С. 117).

Как дипломатические подарки, хранящиеся в Петергофе вазы представляют собой свидетельство сближения, хотя и на короткое время, интересов России и Франции в ходе «наполеоновских войн» и, соответственно, дружественных в этот период отношений императоров Наполеона и Александра I.

Начало короткой и непрочной дружбе было положено в 1807 году во время встречи в Тильзите (до 1945 года — город в Германии, после Второй мировой войны вошел в состав России и с 1946 года называется Советск). Там были определены условия мирного сосуществования Франции и России, и там Александр I, забыв свои предубеждения, проникся не только уважением, но и симпатией к Наполеону. Наполеон, со своей стороны, испытывал в этот период, быть может, более искреннее чувство приязни к русскому императору, так как имел политическое преимущество перед ним. Вместе с тем, условия союза, заключенного в Тильзите, выполнялись недостаточно непреклонно.

В связи с этим в феврале 1808 года Наполеон предложил Александру I новое свидание для обсуждения возникших проблем. Оно состоялось в Эрфурте в сентябре-октябре 1808 года. Возможно, перечисленные в вышеприведенном списке подарки, отправленные Наполеоном Александру I, должны были свидетельствовать о дружественных намерениях. Заслуживает внимания тот факт, что полученные вазы были установлены Александром I в его Уборной в Зимнем дворце в Петербурге, комнате, находившейся за личными покоями, где в первые годы правления молодой император работал над проектом реформы умеренно-демократического преобразования России.

Война против нашествия Наполеона в Россию 1812 года, ставшая для российского народа Отечественной, а также последующие события борьбы с Наполеоном коалиции европейских держав, возглавленной Александром I, не повлияли на судьбу двух ваз, которые по-прежнему занимали место в Уборной русского императора. Лишь в 1822 году они были переданы из Зимнего дворца в Петергофское Дворцовое Управление, о чем свидетельствует упоминавшаяся выше «Опись вещам, находящимся в Эрмитаже с 1876 г.»: «Вазы фарфоровые без крыш отпущены в Петергофской дворец 1822 года июля 8».

Петергоф — летняя парадная резиденция русских царей — расположен недалеко от Петербурга. Он был основан в 1714 году императором Петром I как «русский Версаль» и вплоть до революции 1917 года всегда служил местом летних парадных приемов и официальных празднеств. Для проведения торжеств служил Большой Петергофский дворец, но уже сам Петр I положил начало традиции использовать для частной жизни другие дворцы. Постепенно вокруг основного ядра официальной резиденции стали появляться дворцово-парковые комплексы, своеобразные «дачи» императорской семьи.

Одной из таких усадеб стал Английский парк с Английским дворцом, построенный для императрицы Екатерины II. Став императором, Павел I приспособил дворец под казармы, но внук Екатерины II, Александр I, приказал отреставрировать сильно пострадавшие интерьеры, и в начале 1820-х годов дворец стал использоваться как гостиница для лиц дипломатического корпуса во время пребывания царского двора в Петергофе. В 1822 году вазы вошли в убранство новой придворной гостиницы, разместившейся в Английском дворце.

Английский дворец в Петергофе. Литография К.К. Шульца по оригиналу И.Я. Мейера. Ок. 1850

Сохранившиеся в Петергофе описи имущества Английского дворца позволяют проследить судьбу ваз. Первая по времени опись 1831 года фиксирует место их пребывания в Спальне квартиры французского посла, находившейся в Бельэтаже дворца. В следующей описи 1859 года они числятся в «3-ей комнате квартиры № 13 в Бельэтаже» этого же дворца. Во время первой мировой войны Английский дворец был превращен в госпиталь, а после революции стал использоваться как дом отдыха трудящихся. Во время оккупации Петергофа в годы Великой Отечественной войны он был разрушен.

В описи имущества Английского дворца 1859 года имеется карандашная пометка гоффурьера: «взято Государем». Она относится к более позднему времени, между 1881 и 1884 годами, когда на престоле был император Александр III.

Осенью 1878 года Государь Наследник Цесаревич Александр Александрович, будущий император Александр III, увлекавшийся коллекционированием, впервые отобрал в разных петергофских дворцах и кладовых фаянсовые и фарфоровые изделия для украшения дворца Коттедж — царской усадьбы Александрия в Петергофе, созданной Николаем I для жены, императрицы Александры Федоровны. В 1867 году, после смерти Александры Федоровны, Коттедж перешел по наследству во владение наследника престола и его жены Марии Федоровны. Вероятно, новый владелец неоднократно приказывал изымать понравившиеся ему ценные предметы для украшения Коттеджа, в связи с чем появилось распоряжение Министерства Императорского Двора, в котором говорилось, что для облегчения учета предметов убранства, числящихся за петергофскими дворцами и перемещенных во дворец Коттедж, «совершенно достаточно отметить лишь в описных книгах Придворной Конторы, что таковые отпущены во дворец Коттедж». Это и было выполнено в очередной раз петергофским гоффурьером, сделавшим пометку: «Взято Государем», которая позволяет уточнить время перемещения ваз в Коттедж: Александр Александрович стал государем в 1881 году. Его увлечение коллекционированием предметов искусства вызвало к жизни издание нескольких томов «Описей предметам, имеющим преимущественно художественное значение» во дворцах Петербурга и пригородов. В 1885 году вышел том, посвященный Петергофу, в котором севрские вазы уже описаны как украшение интерьера Гостиной императрицы дворца Коттедж. Составленная Д.В. Григоровичем «Опись...» (СПб., 1885. С. 159) — единственный опубликованный источник, где имеются сведения о вазах. Однако автор не только ошибочно определил сюжеты композиций в резервах, как «сцены из истории Одиссеи», но и не упомянул об их происхождении, которое к этому времени было уже забыто.

В дальнейшем инвентарная книга дворца 1899 года, а также инвентарные книги, составленные после 1917 года, имеют записи о местонахождении ваз в этом же интерьере. После смерти Александра III дворец Коттедж перешел его вдове и принадлежал ей до революции 1917 года, после которой был национализирован и превращен в музей.

Музейная экспозиция за небольшим исключением сохранила дореволюционный облик интерьеров. В годы Великой Отечественной войны основная часть коллекции благодаря усилиям музейных сотрудников была спасена в эвакуации. Вместе с другими музейными предметами две севрские вазы проделали путь из Петергофа в Новосибирск и обратно. В настоящее время они продолжают занимать свое место на камине Гостиной императрицы во дворце Коттедж, одном из дворцов-музеев, входящих сегодня в состав Государственного музея-заповедника «Петергоф».

В начало раздела "Керамика">>>