Логотип
LANCOME

Портрет княгини Сан-Донато

Экспертиза художественного произведения выполняется порой в короткий срок, в отличие от научной работы в музее, которая планируется, делается не торопясь и позволяет систематизировать всю полученную информацию. Иногда этот факт существенно влияет на результат.

 

Ф.К. Винтерхальтер (?). Портрет Елены Петровны Демидовой, княгини Сан-Донато. Холст, масло. Частное собрание, Санкт-Петербург. Ранее — Портрет княжны Екатерины Михайловны Долгорукой

В 2001 году на экспертизу в Русский музей в Петербурге поступил портрет неизвестной молодой дамы, выполненный на холсте неизвестным художником второй половины XIX века. Рисунок старинной золоченой рамы указывал на ее западноевропейское происхождение. Неизвестная дама была запечатлена на нейтральном фоне в профиль в парчовой накидке, отороченной мехом. В заявке на экспертизу владелец высказал мнение, что на портрете изображена княжна Екатерина Михайловна Долгорукая (1848–1922), фрейлина императрицы Марии Александровны, супруги императора Александра II. Основой для подобного предположения послужил инициал «Д», расположенный слева в верхнем углу под княжеской короной.

Сравнение неизвестной на живописном портрете с достоверными изображениями княжны Е.М. Долгорукой (фотография, гравюра) не подтвердило предположения владельца о том, что на данной картине изображена морганатическая жена русского императора. По воспоминаниям современников, Екатерина Михайловна отличалась белизной кожи, большими светлыми глазами, имела роскошные, чуть вьющиеся волосы с золотистым отливом. А на полотне, отданном на экспертизу, изображена женщина с гладкими темными волосами и чертами лица, не похожими на те, что запечатлены на фотографии возлюбленной императора. Есть еще одно соображение, отвергающее имя княжны Долгорукой. Наличие на картине геральдических элементов с инициалом (заглавной буквой фамилии персонажа), не свойственное русской живописи XIX века, говорит о том, что работа выполнена в традиции западноевропейского сословного портрета.

Узнать имя изображенной не удалось. Время, отпущенное на экспертизу, закончилось, портрет вернулся к владельцу, убежденному, что инициал «Д» под короной означает — княжна Долгорукая. Я не был с этим согласен, но не мог назвать истинное имя прекрасной незнакомки в парчовой накидке.

В начале 2004 года в петербургском издательстве «ДЕАН» вышло биографическое исследование доктора геолого-минералогиче¬ских наук, петербургского краеведа и историка С.С. Щульца-младшего о жизни знаменитой красавицы пушкинского и лермонтовского времени Авроры Карловны Шернваль фон Вален (1808–1902). Фрейлина петербургского двора, она с 1836 года была супругой Павла Николаевича Демидова (1798–1840), а с 1846 — сына известного русского историка Н.М. Карамзина Андрея Николаевича Карамзина (1814–1854).

В 1937 году в Финляндии на шведском языке была опубликована книга об Авроре Карамзиной, проиллюстрированная семейными портретами и фотографиями. Одну из репродукций С.С. Шульц воспроизвел в своей книге на 166 странице. На ней в овале запечатлен портрет неизвестной в парчовой накидке, отороченной мехом, идентичный портрету дамы, что был на экспертизе в Государственном Русском музее. Корона и инициал в русском издании остались за рамкой овала, в финском — прямоугольный портрет обрезан линией овала, но полностью видна буква «Д» и часть короны.

На портрете изображена Елена Петровна Демидова, княгиня Сан-Донато (1852–1917), вторая жена Павла Павловича Демидова, князя Сан-Донато (1839–1885). Аврора Карамзина, урожденная Шернваль, в первом браке была женой П.Н. Демидова и матерью Павла Павловича Демидова, супруга изображенной на портрете.

Княжна Е.М. Долгорукая. Фотография. Частное собрание, Санкт-Петербург

П.П. Демидов в 1873 году унаследовал от своего бездетного дяди А.Н. Демидова титул князя Сан-Донато, что подтвердил грамотой итальянский король Виктор-Эмманиул II. Высочайшим указом Александра II от 2 июня 1873 Павлу Павловичу Демидову с наследованием в старшей линии было дозволено принять этот титул.

Видимо, в связи с этим актом и был заказан парадный портрет хозяйки Сан-Донато княгини Елены Петровны Демидовой. Высокое положение в среде европейской аристократии обязывало Демидовых обратиться к самому модному портретисту, чьи работы украшали апартаменты знати. Выбор пал на Франца Ксавьера Винтерхальтера (1805–1873) — знаменитого немецкого художника середины XIX века, придворного портретиста французского императора Наполеона III. Особо удавались ему жен­ские портреты. Как никто другой он умел передать блеск драгоценностей, фактуру дорогих тканей, тончайшую паутину кружев, изящество женских причесок, не забывая при этом подчеркнуть красоту модели.

Кто только не позировал Винтерхальтеру: супруга Наполеона III императрица Евгения, придворные дамы парижского двора, российские императрицы Александра Федоровна, Мария Александровна, великие княгини Мария Николаевна и Елена Павловна, прекрасные представительницы княжеских и графских родов Шуваловых, Бобринских, Юсуповых, Радзивилл, Мусиных-Пушкиных.

В 1903 П. Бартенев в своем журнале «Русский Архив» (книга 2) опубликовал русский перевод с французского языка документального описания княжества Демидовых Сан-Донато: «Третья хозяйка (княгиня Елена.— Ю.Е.), царившая под сводами забытого аббатства была в свою очередь прекрасным видением. Ее очаровательный, нежный профиль заманчиво рисуется на портрете Винтерхальтера, ныне перевезенном из Сан-Донато в незадолго купленное соседнее Пратолино. Она рождала многих детей в старом доме, согретом тремя поколениями одной и той же семьи и украшенном новым владельцем с небывалою еще до того роскошью и пренебрежением к расходу…».

Супруги Демидовы делили свое время между Петербургом, Москвой и Киевом, где одно время служил Павел Павлович. Большей частью они жили в Сан-Донато, где широко занимались благотворительностью. В 1873 году во Флоренции разразился экономический кризис. Горожане были на пороге голодной смерти. П.П. Демидов организовал на свои деньги бесплатную столовую, которую назвал именем своей супруги Елены. Совет Флоренции постановил отчеканить в честь Демидовых золотую медаль с профильным портретом князя Сан-Донато. Бронзовый отлив медали хранится в Ярославском художественном музее. На деньги П.П. Демидова во Флоренции была создана общественная библиотека с фондом в 40 тысяч книг. Еще большие суммы ушли на покупку на острове Эльба имения Наполеона Бонапарта и создание там великолепного музея. Увы, даже миллионное состояние Демидовых не выдержало бремени колоссальных расходов.

Княжна Е.М. Долгорукая. Гравюра на стали

В начале 1883 года состоялся аукцион сокровищ из Сан-Донато. В руки французских и итальянских антикваров попали картины Греза, портреты, редкая мебель, уникальные предметы из серебра и бронзы, камины, инкрустированные двери, изделия из уральского малахита. «Шесть недель, — писал современник, — под музыку трех оркестров разорялось Сан-Донато».

Возможно, это полотно, некогда украшавшее покои виллы Сан-Донато, теперь хранится в одном из петербургских частных собраний. Иконографическое исследование, затянувшееся на три года, поз­волило определить имя модели. Портрет Елены Петровны, княгини Сан-Донато, урожденной княжны Мещерской, до настояще¬го времени специалистами по истории рода Демидовых считался утраченным. Сделанное открытие стало еще одним свидетельством давних русско-итальянских культурных и художественных связей.

В начало раздела "Разное">>>