Логотип
LANCOME

Паспорт: это слишком серьезно?

В России отношение к паспорту всегда было негативным – усиление контроля со стороны власти, жесткая, почти крепостная, привязка к месту проживания… Но времена проходят, и паспорта, отжившие свое, становятся предметами иного рода. Например, коллекционирования.

 

Патент барона Сергея Строганова «об определении его при дворе камер-юнкером». 29 марта 1724.

Как отдельная дисциплина коллекционирование паспортов пока «не существует» — нет термина. Но паспорта собирают не менее увлеченно, нежели другие предметы. Коллекционируют по всем правилам, не без успеха — в знаменитой книге Гиннеcса отмечен первый рекордсмен. Ги ван Кеер — коллекционер из Бельгии. Он собрал самую большую в мире коллекцию паспортов — 4260 документов. Самый старый относится к 1630 году. О паспортах и пойдет речь. Повод к разговору подходящий — завершение очередного этапа паспортизации россиян.

«Податель сего…»

Потребность в паспорте очевидна. Изначально этот документ появился для удостоверения личности человека, который выезжал из одной страны и прибывал в другую. Отсюда слово, его обозначающее, — passporte (фр. досл. — прибывающий в порт, нем. — Passport, ит. — passaporta).

Нагрузки, которую паспорт имеет сегодня, тот документ не нес. В европейских странах с жесткой централизованной властью рано или поздно, вставал вопрос об учете и контроле народа со стороны властных структур. Требовался некий документ, который не просто удостоверял личность, но и давал его обладателю определенную законом полноту прав и свобод. При этом не забывали и об ограничении этой полноты.

Разделение труда и имущественное расслоение общества выявило претензии элиты (знатных, богатых) на права, привилегии и власть — закон мироздания. Например, в Древней Греции каждый житель полиса (города-государства) имел при себе металлический жетон: золотой, серебряный или бронзовый (зависело от положения в обществе и той самой полноты прав). «Беспаспортных», то бишь, «не граждан», гордые эллины презирали, называя варварами — плохоговорящими, невеждами. Так паспортизация впервые выявила свою негативную сторону. В Греции зародились зачатки паспортной традиции. Ее усовершенствовали в Древнем Риме. Потом на несколько столетий забыли, а на стыке XIII–XIV веков реанимировали — появился тот самый «проездной документ».

Внутри некоторых европейских стран ходили отдельные документы — метрики, по которым государственный аппарат отслеживал жизнь и деятельность народа. Так в германских королевствах и княжествах в конце XVII века появился Ausweis — удостоверение личности. Его выдача и продление срока действия стоило немалых денег, поэтому получение аусвайса для многих было недостижимо. Требовалась сия бумага для того, чтобы человек обладал правом выезжать из того места, за которым был закреплен, в другие. Говоря современным языком, был прописан, имел вид на жительство. Само понятие аусвайс происходить от немецкого «высылать за [пределы]». Если стражники на кордонах — пропускных пунктах — обнаруживали беспаспортного человека, его отправляли после выяснения личности по месту прописки. И это в лучшем случае! В худшем нарушителя паспортного режима ждало суровое наказание. Каждый сверчок знал свой шесток. Через это, в той или иной форме, прошли все цивилизованные страны.

Паспорт («билет») на имя Дементия Шепелева «о препровождении актеров ко двору Анны Иоанновны». Май 1733.

Сначала паспорт представлял собой грамоту, в которой от имени местного правителя или высокого должностного лица оговаривались привилегии обладателя — «Податель сего…». Этот вид удостоверения личности назывался: «рекомендация», «привилегия» или «патент». Постепенно в борьбе с мошенниками, которые умело подделывали документы, паспорт превращается из грамоты в целую книжку плотной бумаги с множеством степеней защиты и переплетом.

И только во второй половине XIX века в процессе возрождения гуманистических ценностей паспорт приобретает новые функции. Внутри страны дает права и свободы, вне ее — позволяет перемещаться по свету, между людьми он — гарант цивилизованных взаимоотношений. В некоторых странах обладание паспортом обрело еще одно «звучание»: люди стали гордиться гражданством и своей родиной. Хотя не везде.

Роман человека с государством

Надо сказать, что пытливому глазу специалиста — и не только — паспорт может рассказать о многом. Помимо обычных сведений о человеке, сей документ «говорит» о внутреннем устройстве государства, его социальном и даже экономическом состоянии.

В России название «паспорт» распространилось в XVIII веке, но появилось раньше, хотя внутреннего хождения документ не имел — не было нужды. При пересечении госграницы иной порядок… Вот государь Петр Алексеевич с Великим посольством отправляется в Европу. Ему выправляют паспорт. Правда, на подставное лицо — Петра Михайлова, — но «не корысти ради», а из соображений политических.

Штампы с российского паспорта, выданного 26 апреля 1880.

Петр завершал грандиозный первый этап превращения России в империю со всеми вытекающими отсюда последствиями. Паспорт в XVIII столетии играл роль не столько удостоверения или документа «на перемещение», а узды для подданных Его Величества. Кстати, император с семьей паспортов не имели. Ни к чему, ведь государство — это Он! Холопы же дело другое. Крепостным (рабам) такой милости вообще не полагалось.

Век XIX паспортную систему в России значительно усложнил, она стала многогранной и универсальной. На пути своего развития паспорт приобретал и терял многие свои функции в соответствии с потребностями времени. Так, одним из самых распространенных видов паспорта в период существования крепостного права был тот, который удостоверял разрешение помещика своему крепостному на проживание и работу вне его имения, то есть занятие «отхожим промыслом». «Не подлым сословиям» для перемещения куда-либо полагался «проездной билет», «подорожная» — бумага, кстати, полезная.

На почтовых станциях (ямах) обладателя «билета» принимали по чину, отпускали нужное количество лошадей и многое другое. Заодно отслеживали: кто, куда, зачем и почему…

69-я верста от Петербурга по Белорусско-Киевскому тракту. Проезжающих встречает полосатый столб, за ним в отдалении музей дорожного быта «Домик станционного смотрителя». Придорожное селение Выра. Здесь все желающие могут ознакомиться с «подорожной» А.С. Пушкина, «Правилами для проезжающих…». Музей этот — волей-неволей — стал не только тем, чем назван, но еще и в некотором роде музеем паспортной системы России XIX столетия.

В первой половине века развилась фискальная функция паспортов — получение с их помощью доходов в казну. Срок действия паспорта уменьшался, а его получение облагалось весьма значительными пошлинами. Со второй половины XIX века «закрепительная» функция паспортов и в Европе, и у нас, в России, стала сокращаться. Паспорт все больше становился похожим на нынешний. Он удостоверял личность перед властью и в других необходимых случаях. Стала важной полнота сведений о предъявителе документа.

Внутрироссийский паспорт встретил ХХ век как «вид на жительство». Такое наименование устанавливал закон 1896 года. Но уже в 1903 для документа восстанавливается хорошо знакомое россиянам название — «паспорт». Правда, не всем он был нужен. Как правило, лица, проживавшие в сельской местности и не удалявшиеся, по роду своей деятельности, на расстояние, не превышающее 50 верст от места проживания, могли не иметь паспортов. Жители городов и территорий, находящихся на «положении усиленной охраны» (столицы, например), а также рабочие фабрик и заводов, на которых распространялись правила «о надзоре за промышленными заведениями», должны были паспорт иметь всегда. Беспаспортное лицо обязано было «свидетельствовать себя» любым способом, удовлетворяющим власти, или получить паспорт в течение шести месяцев. В противном случае нарушителя заставляли покинуть территорию незаконного пребывания; не уехавшие выдворялись насильно полицией. Для Петербурга действовали «особые правила» как для «места пребывания царствующей особы». Строгий режим. Однако, подделывали паспорта все равно.

Памятуя поддельный паспорт Ленина, стоит отметить, что, положим, полная подделка паспорта каралась тюремным сроком от 4 до 8 лет.

Tempera mutandum?

 

Российский паспорт В.И. Ленина на подставное лицо (К.П. Иванов). Выдан 1 января 1918 (ч/б фотокопия).

Паспорт нужен был везде: при появлении в «не своей» местности, в момент устройства на работу, во время найма жилья… По паспорту, кстати, взимали налоги. Представители податных сословий (работающие, имеющие доходы) обязывались получить паспорта, которые выдавались по месту постоянного проживания. За крестьян, мещан, ремесленников и т.п. поручались местные сословные органы — сельские сходы, цеховые управы, купеческие и дворянские собрания… Но условия получения паспортов для разных сословий разнились — зависели от общественного положения. Постоянные бессрочные паспортные книжки получали дворяне, государственные служащие (бывшие в том числе), офицеры (в том числе запаса), почетные граждане, купцы и разночинцы. Причем в паспорте была любопытная графа, которая фиксировала изменение социального положения человека. И это еще не все.

Государство отделяло от полноправных граждан неработающих женщин, совершеннолетних, но без постоянного дохода, безземельных крестьян или, например, умалишенных. Правил было очень много с не меньшим количеством оговорок и уточнений.

В паспорт вносились данные, знакомые нам сегодня, и, так как не было фотографий — они появятся только в 1910-х годах, — сведения о росте, цвете волос, особые приметы. Недоумение может вызвать графа «вероисповедание», которая определяла принадлежность владельца паспорта к религиозной общине. Кстати, служители культов узаконенных вероисповеданий получали паспорта не у светских, а у духовных властей. А вот, например, старообрядцам положен был «отдельный» паспорт.

Заграничные паспорта в это время могли выдаваться всем достигшим 21 года российским подданным при условии исполнения ими воинской повинности. Требовалось также предъявление удостоверения полиции «об отсутствии препятствий к отъезду». Препятствиями могли быть заявления частных лиц и государственных органов о неуплате налогов, неисполнении долговых обязательств, нахождении заявителя под судом и следствием… Впрочем, этот препон обходился «ручательством надежных лиц».

«У советских собственная гордость…»

 

Вариант крепления фотографии в российских паспортах. 18 мая 1916.

Сложная, витиеватая паспортная система населением никогда не принималась. Как только грянули революционные бури 1917 года, от паспорта, как пережитка прошлого, поторопились отказаться, забыв, что мгновенно ничего в этом мире не меняется. Люди, их мировоззрение, понимание ими чести и достоинства, да много еще что — все осталось прежним. Это с одной стороны.

С другой же, владелец «старого» паспорта рисковал попасть под карающий меч революции. Документ нес слишком много информации новым властным структурам. Дореволюционный паспорт исчез.

Сначала для граждан Советской республики ввели справки, выдаваемые от имени местных советов, домовых комитетов, органов милиции.

Удостоверением считался и пресловутый профсоюзный билет. Объявление «Пиво только членам профсоюза» не шутка Ильфа с Петровым, а реалия времени. Вскоре появится не менее достойная замена паспорту — единая трудовая книжка. Она содержала большой перечень сведений о владельце.

Чуть позже, в 1925 году, к трудкнижке добавляется свидетельство о прописке для граждан, проживающих в крупных городах страны. Прописка лишь предварила всеобщую паспортизацию страны.

Ее введение на территории страны власти мотивировали так: «В видах разгрузки Москвы, Ленинграда и других крупных городских центров СССР от лишних, не связанных с производством и работой учреждений, а также от укрывающихся в городах кулацких, уголовных и других антиобщественных элементов».

Паспорт был восстановлен ЦИК и Совнаркомом Союза ССР законом от 16 декабря 1932 года. Паспортная система практически в точности повторяла дореволюционную. В период индустриализации и коллективизации 1930-х она стала уздой для многих граждан.

Новая власть восприняла исторический опыт паспортной системы конца XIX — начала XX веков. В отдельных своих чертах система применяла его буквально, другие стороны новой паспортизации принципиально отличались от прежней, но это лишь подчеркивает преемственность, являющуюся неотъемлемой чертой любого цивилизованного процесса.

Подчеркнем, цивилизованного. И никуда от этого не деться. 

В начало раздела "Разное">>>